Банник

В баню, где нет оберегающих икон и где мылись, парились, снимая охранительный нательный крест, входили с оглядкой, прося разрешения у банного хозяина, иногда приговаривая: «Крещеный на полок, некрещеный с полка». Нельзя было и шуметь, ругаться. Вымывшись, не благословив, не перекрестив, оставляли на полке ведро и веник для банного, благодарили его, приглашали: «Хозяин с хозяюшкой, с малыми детушками, гостите к нам в гости!»(Терский Берег Белого моря). Иногда обращались и к самой бане:«Тебе, баня, на стоянье, а нам на доброе здоровье». Нарушение этих правил влекло за собой появление «страшного» банника, который мог защекотать, задушить, запарить и даже затащить на каменку, содрать с неугодного ему человека кожу, повесив ее сушиться на печку. Губящий людей банник может обернуться родственником, знакомым: к припозднившемуся в бане мужчине является соседка и начинает«поддавать»(лить воду на каменку), отчего становится невыносимо жарко. Незадачливый посетитель бани едва не задыхается и насилу изгоняет«соседку-банника» руганью… В другом рассказе начала XX в. такие же«знакомые и родственники» (и даже в сопровождении красноармейца) запаривают и забивают за полок старушку…

В поверьях русских крестьян есть и женский персонаж, подобный «страшному» баннику, — банная обдериха,«занятия» которой исчерпывающе характеризуются ее названием (см. ОБДЕРИХА). Есть в русских поверьях и байниха, банниха, банница (Арх., Свердл., Тобол.) — банный дух женского пола, характеризуемый не столь определенно, как обдериха, но в общем сходный по описаниям с банником:«Старые люди слыхали: как выйдешь из бани, а там еще хлещутся, парятся: это никто как банница». Упоминаются и дети банника, которыми он может подменить детей, оставленных в бане без присмотра. Козни банников могут быть и совершенно немотивированными, но всегда опасны, злы: банник, прикинувшись проезжим барином, просит истопить баню и «запаривает» жену крестьянина… В баню, где на полке прячется крестьянин,«входят как два человека и тащат солдата. И начали с солдата кожу снимать и бросили ее на крестьянина. Тот лежит ни жив ни мертв и читает молитву:» Да воскреснет Бог«. А они услышали и ему в ответ:» Да растреснет лоб«. Он читает дальше:» Да расточатся враги Его«. А они:» Да раскачается осина«. И так до половины отчитывался. Прочитал он всю молитву, лежит — и кожа на нем. Банники пропали. Утром проснулся, глядь — а на нем лежит рогожа»… Образ коварного, обитающего у печки-каменки банника, пожалуй, ближе всего к персонификации жара, морока, душащего человека, жгущего его, к персонификации подстерегающих в бане опасностей. Однако банник иногда проявляет себя не только как дух бани, но и как дух-охранитель людей — хозяев бани. Он защищает их от «чужих» банников,«чужой» нечисти.«К одному крестьянину приходит вечером захожий человек и просит:» Укрой меня в ночи, пусти ночевать«.»

— «Да места-то нету, вишь, теснота-то какая! Не хошь ли в баню, сегодня топили?» — «Ну вот и спасибо».

— «Ступай с Богом». На другое утро этот мужик и рассказывает: «Лег это я на полок и заснул. Вдруг входит в баню такой мужчина, ровно как подовинник, и говорит:» Эй, хозяин! На беседу звал, а сам ночлежников пускаешь, я вот его задушу!«Вдруг поднимается половица и выходит хозяин, говоря:» Я его пустил, так я и защищаю, не тронь его«. И начали они бороться. Долго боролись, а все не могут друг друга побороть. Вдруг хозяин (банник) и кричит мне:» Сними крест да хлещи его!«Поднявшись как-то, я послушался и начал хлестать, и вдруг оба пропали»… Существенная для крестьянского рода, семьи охранительная роль банного хозяина (менее ярко, но прослеживающаяся в поверьях и рассказах о нем) связана с двойственным восприятием самой бани. Традиционно в крестьянском обиходе баня — место нечистое, опасное (здесь сказываются и некоторая отдаленность ее от дома, отсутствие икон, смываемая в бане грязь и т. п… В то же время «переходное», очищающее пространство бани необходимо: в ней как бы «смывается» прошедшая жизнь, пыль, грязь, грехи и происходит своеобразное возрождение человека к новой, чистой жизни.