Давным-давно в нашем городе Травнике жил один бедняк. Кто-то сказал ему, что в Царьграде можно заработать деньги, если стать носильщиком, и он решил попытать счастья. И не ошибся…
8 мин, 32 сек 9902
Столица падишаха кипела людьми, а в гавань каждый день заходили корабли из близких и далёких стран, груженые заморскими товарами. Работы — сколько угодно, только не ленись. А наш земляк был сильным и трудолюбивым. Трудом и бережливостью он сумел за несколько лет накопить целых сто дукатов.
«На эти деньги — думал носильщик, — я смогу в Травнике открыть лавку. Заживу по-человечески и люди станут меня уважать. Хватит с меня тех товаров, что я до сих пор перетаскал на своей спине и от этого сгорбился, как верблюд. Поработаю носильщиком ещё некоторое время, пока не накоплю денег на обратную дорогу, а эти сто дукатов отдам на хранение какому-нибудь честному человеку.»
Начал он присматриваться к людям, выискивать человека, которому можно было бы доверить деньги. В конце концов остановил он свой выбор на одном паломнике, хозяине большой лавки, полной дорогих товаров.
«Наверняка это почтенный человек. Он не только богат, но и в Мекку на поклонение ходил. В его руки я спокойно могу отдать деньги, накопленные с таким трудом, ценой стольких лишений и полуголодной жизни — подумал носильщик и вошёл в лавку.»
Паломник-купец спросил его, зачем он пожаловал, и наш земляк рассказал, что его привело к нему:
— Эти сто дукатов я заработал честным трудом. Хочу их дать тебе на сохранение, пока не соберу ещё немного на обратную дорогу. А за услугу я заплачу тебе сколько положено.
Купец с радостью согласился взять деньги, пообещав не брать ни гроша за услугу у такого бедного человека.
Носильщик опорожнил свой потертый кошелёк, поцеловал руку почтенному паломнику и опять отправился на пристань таскать тюки и ящики.
Прошло немного времени. Носильщик не доедал, не досыпал, жил в грязной лачуге, и в конце-концов накопил нужные на дорогу деньги. Отправился он к купцу.
— Я пришёл за своей сотней дукатов, пора мне в родной город возвращаться, — сказал он с поклоном.
— Какие сто дукатов? — вскочил купец. — Прогоните вон этого сумасброда! — крикнул он слугам, и те вытолкали бедняка на улицу.
Так и остался носильщик с пустыми руками. Пошёл он, куда глаза глядят. Шёл, шёл и остановился на углу улицы.
— Ой, какая беда! Столько трудов, столько лишений и всё пошло насмарку! — запричитал горемыка.
Из окна одного дома его заметила турчанка и послала за ним свою служанку. Носильщик решил, что его зовут что-нибудь перенести и побрёл за женщиной.
— Мне показалось, что ты чем-то огорчён, вот я и захотела узнать, что с тобой стряслось? — сказала турчанка.
— Провались ты пропадом, женщина, со своими расспросами! — рассердился обманутый бедняк. — Всё равно ты ничем мне не поможешь.
— Ты лучше расскажи, что у тебя за беда, а уж я что-нибудь придумаю.
Он рассказал ей всё по порядку: как приехал в Царьград, как работал не покладая рук, пока не скопил сто дукатов, как отдал их на хранение купцу и как поплатился за свою доверчивость.
Женщина внимательно его выслушала и сказала:
— Твоему горю можно помочь. Я догадываюсь о каком человеке идёт речь. Многих людей обманул он, пока разбогател. Чтобы аллах простил ему его прегрешения, отправился он паломником в Мекку, но, видно, каким был, таким и остался. Ты обожди, я сейчас переоденусь. Мы выйдем вместе, ты пойдёшь впереди меня и как только приблизимся к лавке этого обдиралы, дай мне украдкой знак. Я зайду в лавку, а ты постой немного на улице, а потом войди и потребуй свои сто дукатов. Только притворись, что меня не знаешь. Вот увидишь, что он вернёт тебе деньги.
Так они и сделали, как посоветовала турчанка. Носильщик показал ей лавку и остался ждать на улице, а турчанка вошла и поздоровалась:
— Селям алейкум!
— Алейкум селям! — поклонился купец. — Пожалуйста, госпожа, присядь! — указал он ей на стул.
Женщина села и заговорила таинственным шёпотом:
— Я хочу, чтобы ты оказал мне услугу. Только поклянись, что не скажешь никому ни слова.
Купец пообещал сохранить тайну и сделать всё, что в его силах, лишь бы услужить госпоже.
— Я была женой богатого человека, — начала рассказывать она. — Недавно мой муж умер и оставил мне много драгоценностей и около четырёх-пяти тысяч дукатов. Однако после его смерти объявилась уйма наследников, а мне не хочется делить с ними богатства моего мужа. Вот я и решила попросить тебя спрятать эти деньги и драгоценности, пока власти не разделят имущество моего мужа. За эту услугу я заплачу тебе сколько положено, когда приду за моим богатством.
С первых же её слов купцу стало ясно, что он сможет поживиться чужим добром. Он еле дослушал турчанку и заверил её, что с радостью услужит ей, а за хранение богатства не возьмёт ни гроша. В это время вошёл носильщик и попросил вернуть ему деньги.
— Одну минуточку, сынок, — заторопился купец. — Сколько денег ты мне дал?
— Сто дукатов!
Купец отсчитал ему деньги, а носильщик спросил:
— Сколько я должен тебе за услугу?
— Нисколько. Грешно брать деньги у бедного человека за такую ничтожную услугу, — ответил купец.
«На эти деньги — думал носильщик, — я смогу в Травнике открыть лавку. Заживу по-человечески и люди станут меня уважать. Хватит с меня тех товаров, что я до сих пор перетаскал на своей спине и от этого сгорбился, как верблюд. Поработаю носильщиком ещё некоторое время, пока не накоплю денег на обратную дорогу, а эти сто дукатов отдам на хранение какому-нибудь честному человеку.»
Начал он присматриваться к людям, выискивать человека, которому можно было бы доверить деньги. В конце концов остановил он свой выбор на одном паломнике, хозяине большой лавки, полной дорогих товаров.
«Наверняка это почтенный человек. Он не только богат, но и в Мекку на поклонение ходил. В его руки я спокойно могу отдать деньги, накопленные с таким трудом, ценой стольких лишений и полуголодной жизни — подумал носильщик и вошёл в лавку.»
Паломник-купец спросил его, зачем он пожаловал, и наш земляк рассказал, что его привело к нему:
— Эти сто дукатов я заработал честным трудом. Хочу их дать тебе на сохранение, пока не соберу ещё немного на обратную дорогу. А за услугу я заплачу тебе сколько положено.
Купец с радостью согласился взять деньги, пообещав не брать ни гроша за услугу у такого бедного человека.
Носильщик опорожнил свой потертый кошелёк, поцеловал руку почтенному паломнику и опять отправился на пристань таскать тюки и ящики.
Прошло немного времени. Носильщик не доедал, не досыпал, жил в грязной лачуге, и в конце-концов накопил нужные на дорогу деньги. Отправился он к купцу.
— Я пришёл за своей сотней дукатов, пора мне в родной город возвращаться, — сказал он с поклоном.
— Какие сто дукатов? — вскочил купец. — Прогоните вон этого сумасброда! — крикнул он слугам, и те вытолкали бедняка на улицу.
Так и остался носильщик с пустыми руками. Пошёл он, куда глаза глядят. Шёл, шёл и остановился на углу улицы.
— Ой, какая беда! Столько трудов, столько лишений и всё пошло насмарку! — запричитал горемыка.
Из окна одного дома его заметила турчанка и послала за ним свою служанку. Носильщик решил, что его зовут что-нибудь перенести и побрёл за женщиной.
— Мне показалось, что ты чем-то огорчён, вот я и захотела узнать, что с тобой стряслось? — сказала турчанка.
— Провались ты пропадом, женщина, со своими расспросами! — рассердился обманутый бедняк. — Всё равно ты ничем мне не поможешь.
— Ты лучше расскажи, что у тебя за беда, а уж я что-нибудь придумаю.
Он рассказал ей всё по порядку: как приехал в Царьград, как работал не покладая рук, пока не скопил сто дукатов, как отдал их на хранение купцу и как поплатился за свою доверчивость.
Женщина внимательно его выслушала и сказала:
— Твоему горю можно помочь. Я догадываюсь о каком человеке идёт речь. Многих людей обманул он, пока разбогател. Чтобы аллах простил ему его прегрешения, отправился он паломником в Мекку, но, видно, каким был, таким и остался. Ты обожди, я сейчас переоденусь. Мы выйдем вместе, ты пойдёшь впереди меня и как только приблизимся к лавке этого обдиралы, дай мне украдкой знак. Я зайду в лавку, а ты постой немного на улице, а потом войди и потребуй свои сто дукатов. Только притворись, что меня не знаешь. Вот увидишь, что он вернёт тебе деньги.
Так они и сделали, как посоветовала турчанка. Носильщик показал ей лавку и остался ждать на улице, а турчанка вошла и поздоровалась:
— Селям алейкум!
— Алейкум селям! — поклонился купец. — Пожалуйста, госпожа, присядь! — указал он ей на стул.
Женщина села и заговорила таинственным шёпотом:
— Я хочу, чтобы ты оказал мне услугу. Только поклянись, что не скажешь никому ни слова.
Купец пообещал сохранить тайну и сделать всё, что в его силах, лишь бы услужить госпоже.
— Я была женой богатого человека, — начала рассказывать она. — Недавно мой муж умер и оставил мне много драгоценностей и около четырёх-пяти тысяч дукатов. Однако после его смерти объявилась уйма наследников, а мне не хочется делить с ними богатства моего мужа. Вот я и решила попросить тебя спрятать эти деньги и драгоценности, пока власти не разделят имущество моего мужа. За эту услугу я заплачу тебе сколько положено, когда приду за моим богатством.
С первых же её слов купцу стало ясно, что он сможет поживиться чужим добром. Он еле дослушал турчанку и заверил её, что с радостью услужит ей, а за хранение богатства не возьмёт ни гроша. В это время вошёл носильщик и попросил вернуть ему деньги.
— Одну минуточку, сынок, — заторопился купец. — Сколько денег ты мне дал?
— Сто дукатов!
Купец отсчитал ему деньги, а носильщик спросил:
— Сколько я должен тебе за услугу?
— Нисколько. Грешно брать деньги у бедного человека за такую ничтожную услугу, — ответил купец.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 1 из 3
