Фандом: Изумрудный город. Менвит-зоолог Эль-Сун отправляется в автономную экспедицию к Большой реке изучать беллиорских крокодилов. В качестве связиста и помощника он арендует у начальника связи «Диавоны» Ра-Хора его личного раба и ассистента Лана. Что ожидает пришельцев — избранника и раба в лесах Гудвинии? Ведь пока они изучают местное зверьё, в Ранавире грядут нашествие мышей, Дни Безумия вещей и прочие«приятные» события канона!
274 мин, 43 сек 11941
Четыре руки встретились на гладком пластиковом корпусе. Узкие, но даже на вид сильные и ловкие ладони арзака утонули под широкими и цепкими ладонями менвита.
Обоих мгновенно бросило в жар, арзак сильно вздрогнул и инстинктивно попытался отдёрнуть руки.
— Ку-уда?! — мигом среагировавший Эль вцепился в его собирающиеся ускользнуть пальцы. — Рация!
Последнего слова было достаточно, чтобы арзак тоже вцепился в то, что было под рукой — в означенную рацию. Несколько мгновений они так и сидели — держась за корпус злополучного прибора и за руки. Словно влюблённые — за коробку со свадебным тортом. А потом Лан осторожно потянул рацию к себе и опустил на одеяло.
— Простите, господин… — прошептал он, понурившись и сжавшись. — Я… не хотел…
Элю вдруг представилось: Лан — маленький, беспомощно съёжившийся в углу, с цепочкой проступивших позвонков на обнажённой, сплошь исполосованной спине и затравленным взглядом… Тусклый и недобрый отблеск ошейника, полускрытого спутанными, неровно обрезанными прядями волос… цепь, уходящая от него куда-то в сторону. И страшная чёрная тень, нависающая над беззащитной светлой фигуркой и готовая наползти, подмять, поглотить…
Менвит мотнул головой: да что же это такое творится в голове? То беллиорцы, то раб этот… И вот надо было Ра-Хору брякнуть про цепь! Теперь всякая ересь представляется…
«Как-то странно на меня влияет Беллиора!» — подумал зоолог. Спохватившись, он разжал пальцы, и ладони раба тут же выскользнули из них. Смотреть на избранника арзак теперь избегал.
— А что… — поинтересовался Эль, чтобы заполнить неловкую паузу, — Твой господин и правда тебя может на цепь посадить? — недавно промелькнувшее видение почему-то не хотело отпускать.
Лан удивлённо вскинул взгляд, но спохватился и отвёл его в сторону. Чуть подумал, пожал плечами.
— Не знаю, господин. До сих пор не сажал. Впрочем, это в его праве…
— Что-то не похоже, чтобы тебя это пугало. Тебе что, нравится, когда тебя мучают и держат в оковах?
Арзак вздрогнул, в глазах его на миг мелькнуло что-то одновременно беспомощное и… яростное («И правда — как у загнанного в ловушку волка!» — подумал зоолог), но он быстро справился с собой.
— Нет, господин. Мне это совсем не нравится. Просто я знаю, что… если моему господину и захочется когда-нибудь посадить меня на цепь — он сделает это только ради моей же безопасности. Чтоб не лазил, где попало.
«И с кем попало» — самокритично докончил про себя Эль. А вслух переспросил:
— Знаешь?
— Я уверен в этом, господин. Вернее — понимаю мотивы господина Ра-Хора. Всё-таки, я уже достаточно давно ему принадлежу.
— Хм… — сказал зоолог и замолчал.
— Господин… — робко проговорил Лан.
— Что?
— Простите, что смею…
— Не занудствуй. Короче.
— Рация. Полагаю, что её нужно спрятать от беллиорцев. Вы же сами сказали моему господину, что не знаете, как они отреагируют…
— Правильно полагаешь. — менвит одобрительно посмотрел на раба. — А сеансы проводить в тайне. Вот только о какой тайне может идти речь, когда ты здесь, в доме, где полно чужих ушей и глаз? В палатке это было бы гораздо спокойнее и безопаснее.
— А…
— Что?
— Простите, господин, а вы сами могли бы выходить на связь с Ранавиром? Из палатки? До тех пор, пока я не смогу выйти отсюда?
— Хм…
Эль-Сун озабоченно потёр затылок. Если раб и был в курсе (от своего чрезмерно либерального хозяина) о странных особенностях «временного господина», то деликатно об этом молчал. Если же нет…
— Не думай, что я не умею пользоваться всей этой аппаратурой. — зоолог всё же решился на откровенность. — Или — подобно другим моим соплеменникам — не желаю пачкать руки и потому хочу спихнуть всю работу на раба. Просто… у меня с техникой — давние нелады. Она почему-то дохнет в моих руках. Отказывается работать. Ломается. Так что я стараюсь не рисковать. Можешь поверить — дома даже лифтами не пользуюсь.
— Ого… — пробормотал арзак и… во все глаза уставился на избранника, игнорируя опасность поймать его взгляд и оказаться под воздействием. — Я… и не знал, что такое бывает…
Лицо раба приобрело выражение живейшего интереса, глаза — ещё недавно подёрнутые поволокой страха и ярости — заблестели.
— Как видишь — бывает. — подытожил Эль-Сун и взял под мышку чемоданчик с рацией.
В глазах арзака немедленно всплеснулось молчаливое, но от этого не менее громкое: «ОСТОРОЖНО!». Он даже дёрнулся, чтобы перехватить несчастный прибор. И тут же стиснул зубы, удерживая непроизвольный вскрик: резкое движение отозвалось в месте перелома.
— Выключенной технике я не опасен. — успокоил его менвит. — Не дёргайся.
— Да, господин… — Лан тихонько перевёл дух и поморщился: больно!
— Молодец. И… вот ещё. — Эль остановился на полдороге и развернулся к рабу. Тот смотрел на него в ожидании нового приказа.
— Нам с тобой надо как можно быстрее выучить язык беллиорцев. Завтра же и начнём.
Обоих мгновенно бросило в жар, арзак сильно вздрогнул и инстинктивно попытался отдёрнуть руки.
— Ку-уда?! — мигом среагировавший Эль вцепился в его собирающиеся ускользнуть пальцы. — Рация!
Последнего слова было достаточно, чтобы арзак тоже вцепился в то, что было под рукой — в означенную рацию. Несколько мгновений они так и сидели — держась за корпус злополучного прибора и за руки. Словно влюблённые — за коробку со свадебным тортом. А потом Лан осторожно потянул рацию к себе и опустил на одеяло.
— Простите, господин… — прошептал он, понурившись и сжавшись. — Я… не хотел…
Элю вдруг представилось: Лан — маленький, беспомощно съёжившийся в углу, с цепочкой проступивших позвонков на обнажённой, сплошь исполосованной спине и затравленным взглядом… Тусклый и недобрый отблеск ошейника, полускрытого спутанными, неровно обрезанными прядями волос… цепь, уходящая от него куда-то в сторону. И страшная чёрная тень, нависающая над беззащитной светлой фигуркой и готовая наползти, подмять, поглотить…
Менвит мотнул головой: да что же это такое творится в голове? То беллиорцы, то раб этот… И вот надо было Ра-Хору брякнуть про цепь! Теперь всякая ересь представляется…
«Как-то странно на меня влияет Беллиора!» — подумал зоолог. Спохватившись, он разжал пальцы, и ладони раба тут же выскользнули из них. Смотреть на избранника арзак теперь избегал.
— А что… — поинтересовался Эль, чтобы заполнить неловкую паузу, — Твой господин и правда тебя может на цепь посадить? — недавно промелькнувшее видение почему-то не хотело отпускать.
Лан удивлённо вскинул взгляд, но спохватился и отвёл его в сторону. Чуть подумал, пожал плечами.
— Не знаю, господин. До сих пор не сажал. Впрочем, это в его праве…
— Что-то не похоже, чтобы тебя это пугало. Тебе что, нравится, когда тебя мучают и держат в оковах?
Арзак вздрогнул, в глазах его на миг мелькнуло что-то одновременно беспомощное и… яростное («И правда — как у загнанного в ловушку волка!» — подумал зоолог), но он быстро справился с собой.
— Нет, господин. Мне это совсем не нравится. Просто я знаю, что… если моему господину и захочется когда-нибудь посадить меня на цепь — он сделает это только ради моей же безопасности. Чтоб не лазил, где попало.
«И с кем попало» — самокритично докончил про себя Эль. А вслух переспросил:
— Знаешь?
— Я уверен в этом, господин. Вернее — понимаю мотивы господина Ра-Хора. Всё-таки, я уже достаточно давно ему принадлежу.
— Хм… — сказал зоолог и замолчал.
— Господин… — робко проговорил Лан.
— Что?
— Простите, что смею…
— Не занудствуй. Короче.
— Рация. Полагаю, что её нужно спрятать от беллиорцев. Вы же сами сказали моему господину, что не знаете, как они отреагируют…
— Правильно полагаешь. — менвит одобрительно посмотрел на раба. — А сеансы проводить в тайне. Вот только о какой тайне может идти речь, когда ты здесь, в доме, где полно чужих ушей и глаз? В палатке это было бы гораздо спокойнее и безопаснее.
— А…
— Что?
— Простите, господин, а вы сами могли бы выходить на связь с Ранавиром? Из палатки? До тех пор, пока я не смогу выйти отсюда?
— Хм…
Эль-Сун озабоченно потёр затылок. Если раб и был в курсе (от своего чрезмерно либерального хозяина) о странных особенностях «временного господина», то деликатно об этом молчал. Если же нет…
— Не думай, что я не умею пользоваться всей этой аппаратурой. — зоолог всё же решился на откровенность. — Или — подобно другим моим соплеменникам — не желаю пачкать руки и потому хочу спихнуть всю работу на раба. Просто… у меня с техникой — давние нелады. Она почему-то дохнет в моих руках. Отказывается работать. Ломается. Так что я стараюсь не рисковать. Можешь поверить — дома даже лифтами не пользуюсь.
— Ого… — пробормотал арзак и… во все глаза уставился на избранника, игнорируя опасность поймать его взгляд и оказаться под воздействием. — Я… и не знал, что такое бывает…
Лицо раба приобрело выражение живейшего интереса, глаза — ещё недавно подёрнутые поволокой страха и ярости — заблестели.
— Как видишь — бывает. — подытожил Эль-Сун и взял под мышку чемоданчик с рацией.
В глазах арзака немедленно всплеснулось молчаливое, но от этого не менее громкое: «ОСТОРОЖНО!». Он даже дёрнулся, чтобы перехватить несчастный прибор. И тут же стиснул зубы, удерживая непроизвольный вскрик: резкое движение отозвалось в месте перелома.
— Выключенной технике я не опасен. — успокоил его менвит. — Не дёргайся.
— Да, господин… — Лан тихонько перевёл дух и поморщился: больно!
— Молодец. И… вот ещё. — Эль остановился на полдороге и развернулся к рабу. Тот смотрел на него в ожидании нового приказа.
— Нам с тобой надо как можно быстрее выучить язык беллиорцев. Завтра же и начнём.
Страница 35 из 77
