Бездна

Этот коридорчик оказался ещё короче предыдущего. В его конце мерцало светящееся пятно и моё любопытство, благополучно дремавшее всё последнее время, пробудилось, позёвывая и потягиваясь. Продрав глаза, оно немедленно погнало меня вперёд, посмотреть, не найду ли я каких-нибудь приключений на свою задницу. Светлый участок становился всё больше и пройдя тоннельчик до конца, я понял, что вижу светящийся пол огромного зала, вся верхняя часть которого была погружена во мрак. Сияющий пол состоял из шестиугольных плит, прораставших тонкими столбами исчезавшими, по мере того, как они поднимались во мрак. Этих колонн оказалось несчитанное множество и за их чащей совершенно скрывалась противоположная стена увиденной мною пещеры. А возможно, судя по тому, как расходились стены, зал имел поистине исполинские размеры.

Смутная тень мелькнула у основания одной из колонн; на мгновение скрыв голубоватое сияние… Тень, величиной с ротвейлера и такой же комплекции. Поправив лямку сползающего рюкзака (надевал ведь сам, без помощи Круглого) я взял автомат в руки и направил ствол туда, где мелькнула тень. Ничего не происходило. Тогда я осторожно скосил глаза и обнаружил, что оружие (ну естественно!) стоит на предохранителе. Чертыхнувшись, я сдвинул флажок и в ту же секунду кто-то больно сжал мою руку, потянувшуюся к спусковому крючку. Я шарахнулся было в сторону, однако рука Теодора, сжимающая мою, удержала меня на месте.

— Спокойнее, молодой человек, — он разжал пальцы и вышел вперёд, — не стоит лишний раз открывать огонь. Особенно, когда в этом нет никакой надобности. Вспомните предупреждение, гм, Зверя.

Странная у него была манера выражаться, старомодная какая-то. Похоже этот мужик обчитался старых книг, этого, как его, Акунина. А может и ещё каких-нибудь. Откуда у него взялась бы карта этих подземелий, да и книга та, при помощи которой нарик отправился в каменную пасть. Да кто вообще такой, наш предводитель? Человек, за всё это время, не произнёсший ни единого матерного слова?! Клинический случай…

Оттолкнув меня в сторону, прошествовал Круглый, следом за которым тянулся наш караван. В такой толпе съесть первым меня не должны, решил я и спокойно вошёл в зал с колоннами, ощутив, как морозные колючки вцепились в кожу лица. Изо рта вылетело облачко пара, а в носу немедленно защипало — в этом месте морозило, как на северном полюсе! Светящийся пол скользил под ногами, точно хорошо отполированный лёд и сделав пару шагов, я едва не приложился задницей к одной из шестиугольных плит. В самый последний момент успел ухватиться рукой за колонну и тут же зашипел от боли — ледяная до ожога, она казалась раскалённой.

Круглый повёл лучом фонаря по частоколу колонн, а потом запрокинув голову, поднял столб света вверх. Издав нечленораздельный возглас, Теодор ударил по фонарю, едва не вышибив его из рук ничего не понявшего парня. Не знаю, узрел ли чего Круглый, но меня, увиденное, поставило в полнейший тупик. Колонны уходили всё выше и выше туда, куда уже не в силах был достать даже луч мощного фонаря. Метров пятьдесят, по меньшей мере — такова была высота этого зала. А ведь с начала путешествия, мы опустились под землю метров на десять, не больше. Никаких гор в округе не было. Мне пришла в голову мысль о зеркалах, но тут же исчезла — луч света не отражался от потолка — он просто уходил всё выше, пока не начинал рассеиваться. Куда мы попали? Что это за проклятое место, где оживают стены, водятся непонятные твари и наличествуют такие пещеры?

В голову пришло лишь воспоминание о прочитанном Мастере и Маргарите, а именно тот момент, где Бегемот рассуждает о четвёртом измерении. Похоже наше помещение кто-то тоже, увеличил до чёрт знает каких размеров. Хрень, какая-то… Всего этого, попросту не могло быть. Мысль о кошмарном сне, вновь и вновь возвращалась в голову. Уж лучше так, чем воспринимать этот бред в качестве реальности. В любом случае мозги уже отупели, ворочаясь в глубинах психоанализа. Поэтому, пока мы шли между колоннами, поскальзываясь на плитах этого светящегося катка, я лишь тупо рассматривал своё размытое отражение, понуро передвигающее ноги с противоположной стороны параллельного мира. То ли температура уменьшилась, то ли я начал замерзать, переставая ощущать кончики пальцев на руках. Приходилось отогревать их дыханием.

Теодор и Зверь решительно шагали впереди, уверенно сворачивая между колоннами, будто в этом мире холода и однообразия у них существовали некие, им одним заметные ориентиры, позволяющие не сбиться с пути. Начав присматриваться, я действительно обнаружил на тёмной поверхности колонны метку, похожую на короткую стрелку. Отметина не выглядела особо древней и не удержавшись, я провёл по ней пальцем. Посыпалось ледяное крошево, стрела стала намного чётче, а палец немедленно онемел.

— Увидел, чего? — поинтересовался Швед, остановившись около меня.

— Ничего, — угрюмо буркнул я, — отдохнуть остановился.