Фандом: Гарри Поттер. Стой! Кто идет?!
326 мин, 28 сек 9926
Поттер, ты считаешь, что ты легкий путь? Еще пара месяцев, и будешь меня в Мунго навещать, я же рехнусь с тобой! Плохо мне, особенно сейчас.
— О погоде.
— А что в погоде? Холодно?
— Мерзко, — в подтверждение слов передергиваю плечами.
Разговор совершенно очевидно не клеится, и, к моей радости, через пару минут задумчивости я оказываюсь на крыльце дома Гарри Поттера.
В темноте не особо разглядишь, но домик небольшой, мрачностью не веет, может, и внутри уютненько. Жаль, меня не пустят.
— Пока, Драко, — так легко слетает, что кровь начинает бурлить во мне.
Все так просто, да, Поттер? Хочешь — вертишь мной, хочешь — нет. Хочешь в дружбу играть — играем, хочешь прекратить? Да хер тебе!
Рука сама тянется и разворачивает его за плечо. Он пугается, потом пытается собраться, все это в секунду, но я замечаю. Я уже все замечаю!
Сегодня ночью, Гарри, ты не будешь капризничать, как днем.
Что-то ворчит мне в губы, вероятно, больно я его приложил о дверь да ее ручку. Губы сухие, неподатливые. Какой же он упрямый! Злюсь еще больше и кусаю за нижнюю губу, он взвывает и наконец пытается оттолкнуть меня. Я лишь сильнее завожусь. Прижать крепче, пока он пьяненький, да помучить, понасиловать. Может, мне его изнасиловать?
Только мысль последняя накрывает меня, как меня прошибает разумом. Какого черта я делаю?
Отодвигаюсь и вижу совершенно осмысленный, испуганный взгляд.
— Больной придурок!
А с губы стекает кровь.
— Я же говорил, не надо… Больной придурок!
И уходит, оставляя меня в пустоте и мраке. Тьма.
Нет, я совершенно ничего не могу объяснить, но лучше ему меня не бесить, вот оно как получается тогда.
Ох, и сегодня был самый нелепый поцелуй в моей жизни. Живем дальше, Гарри.
— Что-что ты сделал?
Лучшее средство для бодрости утром — не кофе и даже не свежевыжатый сок, а просто ошеломляющее известие. Например, из разряда тех, что оглушило меня сейчас. Спасибо, Драко! Ты на высоте.
— Ты слышал, тупица, — брюзжит, как старый дед, и правда думает что я отстану после «этого»?
— Нет, повтори-ка, что ты сделал?
— Отвали, не смешно.
— Да конечно не смешно! Придурок, вот теперь тебе будет ну о-очень плохо, — помешиваю холодный сладковатый напиток.
— Почему?
— Ты еще спрашиваешь… Поттер к себе больше не подпустит, а уж пьяным ты и вовсе его видел в последний раз. Поди, по сухому закону жить начнет.
Меня не то чтобы это волнует, но… квартирка тесновата для двоих, да и не привести никого на ночку-другую. Неудобно.
— Хм. Мда… — садится рядом, устало потирая шею.
— И это только вершина айсберга! Может, у него вообще бзикнет в голове, и он от тебя шарахаться начнет, а может, он тебя вообще уничтожит, а может…
— Заткнись! Мне и так плохо…
Да я вижу: синяки под глазами, поблекшие волосы, мелкие морщинки… Ни лоска, ни бравады… Тесно, тесно нам жить вместе. Я не прогоняю, но, черт, когда я уже его Поттеру спихну?
— Ладно, ладно, я шучу же, — отвожу глаза, не хочу смотреть. — Это же Поттер, не думаю, что начнет нападать.
— Да, верно, наверное, может быть, надеюсь… — бормочет, отпивая из черной кружки, моей любимой, но, увы, он встал и взял ее раньше.
— Бля, как он тебе вообще голову не отрубил?! Нуты даешь… Нафига?
Молчит и уже отводит взгляд на свой высокомерный манер.
— Ау! Нафига, говорю, полез к нему?
— Гхм, я… — делает очередной большой глоток, — я правда не понимаю. Он был такой… уязвимый, такой податливый.
— Что?
— Ну не знаю я! Просто я почему-то знал, что он не сможет дать отпор и… — вижу я, что в свои слова не верит сам, а я почему-то должен.
— А целовать-то зачем?!
Интересно, я услышу что-нибудь вменяемое? В душе смеюсь, но как-то тоскливо, или это утро такое сумбурное?
— Нет ответа. Но, знаешь, я вот думаю часто: повезло же курице! Светится в газетах, живет с героем, при его деньгах, а он даже не урод. Красивый, молодой, успешный… Я таким быть должен.
Давно ли он речи такие ведет? Рассуждает, как… типичный гей.
— У всех есть свои минусы, ты его не идеализируй.
— ЧТО?! Я не идеализирую! — опомнился, дымка в глазах растворилась.
— Ну да! А то я не вижу! Тоже мне, принцесса своего принца отыскала!
Не успеваю улыбнуться, так как лечу со стула. Драко валится на меня, и я больно прикладываюсь башкой, чудесно, бли-и-ин! Пытаюсь вывернуться, но тщетно, пока я не начинаю щекочтать ему бока, и он, нелепо всхлипывая, ослабляет хватку. О, моя шея!
— Паскуда! — шипит Драко, и я укладываю его на лопатки. — Придурок! Отпусти.
— Успокойся. Я пошутил, пошутил…
— Я спокоен, отпусти.
Наклоняюсь к его лицу и не могу сдержать улыбки, настолько он обескураживающе безумен. Прикольное состояние.
— Я догадывался, что ты … из этих, — хороший момент, чтобы сказать, подтолкнуть.
— Этих?
— Ну, тех самых.
— Самых?
— Ну таких, других.
— Других?
— И это я тупой! — поднимаю руки, восклицая, но Драко и не двигается, чтобы попытаться подняться.
— Да это ты странно говоришь!
— Ты любишь парней, — когда-то я должен был это сказать. Рано или поздно.
— Что-о-о?
— О погоде.
— А что в погоде? Холодно?
— Мерзко, — в подтверждение слов передергиваю плечами.
Разговор совершенно очевидно не клеится, и, к моей радости, через пару минут задумчивости я оказываюсь на крыльце дома Гарри Поттера.
В темноте не особо разглядишь, но домик небольшой, мрачностью не веет, может, и внутри уютненько. Жаль, меня не пустят.
— Пока, Драко, — так легко слетает, что кровь начинает бурлить во мне.
Все так просто, да, Поттер? Хочешь — вертишь мной, хочешь — нет. Хочешь в дружбу играть — играем, хочешь прекратить? Да хер тебе!
Рука сама тянется и разворачивает его за плечо. Он пугается, потом пытается собраться, все это в секунду, но я замечаю. Я уже все замечаю!
Сегодня ночью, Гарри, ты не будешь капризничать, как днем.
Что-то ворчит мне в губы, вероятно, больно я его приложил о дверь да ее ручку. Губы сухие, неподатливые. Какой же он упрямый! Злюсь еще больше и кусаю за нижнюю губу, он взвывает и наконец пытается оттолкнуть меня. Я лишь сильнее завожусь. Прижать крепче, пока он пьяненький, да помучить, понасиловать. Может, мне его изнасиловать?
Только мысль последняя накрывает меня, как меня прошибает разумом. Какого черта я делаю?
Отодвигаюсь и вижу совершенно осмысленный, испуганный взгляд.
— Больной придурок!
А с губы стекает кровь.
— Я же говорил, не надо… Больной придурок!
И уходит, оставляя меня в пустоте и мраке. Тьма.
Нет, я совершенно ничего не могу объяснить, но лучше ему меня не бесить, вот оно как получается тогда.
Ох, и сегодня был самый нелепый поцелуй в моей жизни. Живем дальше, Гарри.
10-ая глава
POV Блейз— Что-что ты сделал?
Лучшее средство для бодрости утром — не кофе и даже не свежевыжатый сок, а просто ошеломляющее известие. Например, из разряда тех, что оглушило меня сейчас. Спасибо, Драко! Ты на высоте.
— Ты слышал, тупица, — брюзжит, как старый дед, и правда думает что я отстану после «этого»?
— Нет, повтори-ка, что ты сделал?
— Отвали, не смешно.
— Да конечно не смешно! Придурок, вот теперь тебе будет ну о-очень плохо, — помешиваю холодный сладковатый напиток.
— Почему?
— Ты еще спрашиваешь… Поттер к себе больше не подпустит, а уж пьяным ты и вовсе его видел в последний раз. Поди, по сухому закону жить начнет.
Меня не то чтобы это волнует, но… квартирка тесновата для двоих, да и не привести никого на ночку-другую. Неудобно.
— Хм. Мда… — садится рядом, устало потирая шею.
— И это только вершина айсберга! Может, у него вообще бзикнет в голове, и он от тебя шарахаться начнет, а может, он тебя вообще уничтожит, а может…
— Заткнись! Мне и так плохо…
Да я вижу: синяки под глазами, поблекшие волосы, мелкие морщинки… Ни лоска, ни бравады… Тесно, тесно нам жить вместе. Я не прогоняю, но, черт, когда я уже его Поттеру спихну?
— Ладно, ладно, я шучу же, — отвожу глаза, не хочу смотреть. — Это же Поттер, не думаю, что начнет нападать.
— Да, верно, наверное, может быть, надеюсь… — бормочет, отпивая из черной кружки, моей любимой, но, увы, он встал и взял ее раньше.
— Бля, как он тебе вообще голову не отрубил?! Нуты даешь… Нафига?
Молчит и уже отводит взгляд на свой высокомерный манер.
— Ау! Нафига, говорю, полез к нему?
— Гхм, я… — делает очередной большой глоток, — я правда не понимаю. Он был такой… уязвимый, такой податливый.
— Что?
— Ну не знаю я! Просто я почему-то знал, что он не сможет дать отпор и… — вижу я, что в свои слова не верит сам, а я почему-то должен.
— А целовать-то зачем?!
Интересно, я услышу что-нибудь вменяемое? В душе смеюсь, но как-то тоскливо, или это утро такое сумбурное?
— Нет ответа. Но, знаешь, я вот думаю часто: повезло же курице! Светится в газетах, живет с героем, при его деньгах, а он даже не урод. Красивый, молодой, успешный… Я таким быть должен.
Давно ли он речи такие ведет? Рассуждает, как… типичный гей.
— У всех есть свои минусы, ты его не идеализируй.
— ЧТО?! Я не идеализирую! — опомнился, дымка в глазах растворилась.
— Ну да! А то я не вижу! Тоже мне, принцесса своего принца отыскала!
Не успеваю улыбнуться, так как лечу со стула. Драко валится на меня, и я больно прикладываюсь башкой, чудесно, бли-и-ин! Пытаюсь вывернуться, но тщетно, пока я не начинаю щекочтать ему бока, и он, нелепо всхлипывая, ослабляет хватку. О, моя шея!
— Паскуда! — шипит Драко, и я укладываю его на лопатки. — Придурок! Отпусти.
— Успокойся. Я пошутил, пошутил…
— Я спокоен, отпусти.
Наклоняюсь к его лицу и не могу сдержать улыбки, настолько он обескураживающе безумен. Прикольное состояние.
— Я догадывался, что ты … из этих, — хороший момент, чтобы сказать, подтолкнуть.
— Этих?
— Ну, тех самых.
— Самых?
— Ну таких, других.
— Других?
— И это я тупой! — поднимаю руки, восклицая, но Драко и не двигается, чтобы попытаться подняться.
— Да это ты странно говоришь!
— Ты любишь парней, — когда-то я должен был это сказать. Рано или поздно.
— Что-о-о?
Страница 21 из 83
