Бездна взывает к бездне

— Почему? — он дурак или наивный?

— Только усугублю ситуацию.

— Бред.

— Ты думаешь, он будет рад меня видеть? Думаешь, он вообще меня помнит? — горькая усмешка.

— Мерлин, Драко… Помнит, не помнит. Ты снова здесь, чтобы вернуть мэнор. Ради этого тебе придется с ним встретиться. По-другому ничего не выйдет.

— А если он меня засудит? — всякое ведь возможно.

Блейз расхохотался.

— Малфоев он оправдал первых, а полностью — вообще единственных. Хотя согласись, было за что упечь…

— Оправдал? Серьезно?

— Ага, и это после всего произошедшего! Вот уж не знаю, что у вас там было… ну, в тот вечер, — он немного нахмурился. — Кстати, а что было? Ты не захотел об этом говорить тогда, но сейчас, спустя столько лет, может все-таки расскажешь?

— Ничего не было, — огрызаюсь.

— До сих пор больно говорить об этом? Ну, Драко, мне же можешь рассказать. Может легче станет.

— Я просто исполнил, — почти просто.

— Ему понравилось?

О, Блейз! Кому еще понравилось! Стыд и зажим на сердце — хоть головой о стену — не разожмется.

— Нет. Потому и странно, что оправдал.

Долгая пауза в ставшей уже навязчивой беседе. Не знаю, о чем размышляет мой друг, я же печалюсь об упущенном. Следовало раньше вернуться, хотя и возврат сам по себе стоил мне ссоры с отцом. Ну что за глупость!

— Так ты пойдешь к Поттеру?

— Ага, поползу! — на его удивленный, поверивший взгляд нервно одергиваюсь. — Блейз, не говори чепухи. Не пойду.

— Зря, — с нажимом, с упреком.

— Почему?

— Он бы отдал мэнор, — так легко слетела эта фраза.

— Почему ты так думаешь? Это немыслимо.

— Драко, ты невероятный чудак. Он любил тебя. И я думаю, не зря закрыл мэнор и так как до сих пор его и не освободил… Можно предположить…

— Он не любил ме…

И Блейз, прерывая на этот раз меня, срывается.

— Хватит! Драко, прими уже реальность! Даже если она прошла, неужели ты так и не понял, что это было?! Одержимость! Любовь! Ты думаешь только о себе! О своих чувствах! Тебе ни разу в голову не приходили вопросы — почему все происходит? Зачем он это делает? Ни разу! Я готов под этим своею жизнью подписаться! В школьные годы он любил тебя, лелея надежду на ответное чувство. И упрекнуть, унизить влюбленного — это как насмехаться над больным, издеваться над ущербным! Это ничтожно и подло — казнить и проклинать то, что прошло. Недостойно винить всех и вся в сумасшествии, не оглядываясь на себя, без желания понять других.

По окончании речи я аплодирую! Браво!

— Видишь, как я очарован твоей речью! Давай на бис! — когда яд уходит из голоса, добавляю:

— Ты считаешь его поведение нормальным? Все, что было — аморально.

— Драко… — выдыхает. — Ну для кого я это все говорил? — еще один выдох с потухшим взглядом. — Методы достижения целей бывают разные. Но тех, кто достиг, победил — не судят. Тем более если заплачена цена, и если все обоюдно выстрадано.

Я теряю всякое желание говорить, но решение свое не меняю — я не пойду к Поттеру. Если что-то и есть, он сам сделает первый шаг. Придет. Прибежит. Приползет.

— Я остановлюсь у тебя?

— Располагайся…

POV Гарри

Помню, когда мне было больно. Очень больно. С самого детства. Таких пиков, наиболее сильных моментов, было не так уж много, но вполне достаточно. Совсем ранняя гибель родителей, трагическая смерть Сириуса, унесшая тысячи дорогих жизней война (одно опустошение и чувство вины перед всеми). Но все это в прошлом. Я нашел в себе силы потопить боль, вырвать ее из сердца, и просто оставил там пустоту. Я не собирался ничем ее заполнять, но она заполнилась сама собой. Одно событие, что я пронес через болезненное школьное время, — любовь-чума. Эпидемия моего организма. Пожирающая и поглощающая меня бесконечно. Я бы хотел включить ее в список пережитого, где-то между потерей крестного и войной, но не могу. В отличие от них, это событие не прошло сквозь меня — оно застряло, остановилось во мне. Есть только осознание ошибок и самокритичные переживания с нотками «если бы». Я не прощу себе этого. Почему так поступал с тем, кого любил… люблю? Нет, уже любил, но сердце рвется от тоски.

Каждый день я будто медленно засыхал, черствел. Насущное казалось бредовым, реальность — плоской, мир — бездушным. Как я.

Думалось наивно, что я все осознал. Учел ошибки и ошибочность любви. Повзрослел, очистил себя от прошлого и уже почти достиг той самой пустоты в ране. Того самого пустого места — очередного свободного квадратика внутри. Еще немного, пару лет, и я бы окончательно перестал верить в когда-то существовавшего Драко Малфоя. Не было его. Не было ничего. Это просто выдумка. Я не вел себя так. Меня не трахали в кресле. Я не рыдал потом. Я не собирался мстить. Я не стонал и не метался по пустому мэнору в бессилии. Я не валялся возле его ворот, умоляя небеса вернуть то, что ускользнуло от меня. Я не проклинал мир за то, что снова, снова забрал самое дорогое. И уж точно не я искал его восемь лет.

Всего год назад я прекратил его поиски. Перестал тратить на это силы. На что-то вымышленное, нереальное, воздушное, совсем призрачное.