Бездна взывает к бездне

Проходится языком по моей нижней губе, издает легкий стон (я уверен, вызван он специально, чтобы возбудить меня сильнее), прежде чем глубоко меня поцеловать. Его язык пробегается по зубам, деснам, щекочет нёбо, он делает абсолютно всё, что ему хочется.

— Ты никогда не уйдешь от меня, — шепчет мне прямо в губы, и гипнотически смотрит в глаза, — и даже не попытаешься больше этого сделать.

Еще один поцелуй, и я больше не могу сдерживаться — хватаюсь руками за его голое тело. Оно такое теплое и приятное — поглаживаю, пробегаю пальцами по ребрам, дотрагиваюсь до сосков, и он меня не останавливает. По-прежнему сладко целует, держа мою голову, и постанывает, хотя, быть может, последнее делаю уже я.

Во мне что-то переключается, и я уже себя не помню от желания. Разрываю поцелуй и начинаю кусать его за шею, а потом ставлю небольшой засос, и он в этот момент хватается за меня, но не отталкивает. Я спускаюсь вниз и перечеркиваю пальцем его родинку на ребре, чтобы после дотронуться до нее языком. Драко вздрагивает, и его рука зарывается мне в волосы.

Я не спешу спускаться еще ниже, но чувствую давление его руки, он вынуждает меня опуститься. Делаю это, пока другой рукой он снимает с себя полотенце.

Зажмуриваюсь, чувство реальности возвращается, мне хочется сбежать, и, наверное, он это чувствует, потому что его рука в волосах становится жестче.

— Давай, ты же хочешь, — словно яд он подсыпает в мою и так не сладкую чашу. — Давай…

Со все еще закрытыми глазами я наклоняюсь чуть ниже и беру в рот его головку.

— Да-а-а, — его жесткая хватка в волосах ослабевает со стоном, и теперь он уже просто поглаживает меня.

Начинаю посасывать, тихо млея, и растворяюсь в его не прекращающихся, льющихся потоком словах — о том, что я делаю все правильно, что я молодец, и что ему очень хорошо.

Его тело отзывчиво и жадно до этих ласк. Облизываю член по всей длине и снова беру в рот, начинаю интенсивно ласкать головку языком, периодически посасывая. Стремлюсь взять как можно глубже, придерживая рукой его член у основания, и иногда пальцами пробегаясь по яичкам.

В какой-то момент мне приходится обе руки сместить на его бедра, чтобы хоть немного контролировать его толчки в мой рот, я уже не говорю про то, чтобы его притормозить. Как только я пытаюсь хоть немного утихомирить Драко, он воспринимает это, как ущемление, и только жестче пихает в меня член. А еще его рука в волосах позволяет мне лишь сосать и принимать, иначе он вцепляется так сильно, что приносит мне боль.

Воздуха мало, мне трудно, рот устал, я немного отстраняюсь, чтобы просто поиграть с его членом языком. Открываю глаза и вижу, как ниточка слюны тянется от моих губ к его члену. Она даже не успевает порваться, как Драко уже снова неумолимо давит на мою голову, возвращая ее в прежнее положение. Член ложится за щеку, давая хоть этим короткую передышку. Но Драко это не нравится, он проводит пальцем по моей наполненной его плотью щеке и рвано стонет, прежде чем снова направить член мне в глотку.

— Мне немного осталось… Ну! — трахает меня в рот, не обращая внимания на мои сдавленные всхлипы. Меня тошнит, член скользит в горле, и мне кажется, что достает до самой печени, а он пытается запихнуть его все глубже. Впрочем, длится это не долго — когда он заталкивает член в меня так глубоко, что мое горло просто не может больше этого выдержать и всеми силами его выталкивает обратно, именно в этот момент его тело расслабляется всего на секунду, которой мне хватает, чтобы избавиться от его руки в волосах, и выпустить член.

Я закрываю глаза, когда он кончает, потому что не могу вынести его взгляда из-под полуопущенных ресниц. Знаю, что он смотрит на меня и наслаждается зрелищем — поверженного меня. Мои губы горят, горло жжет, спина болит… В общем, есть чем наслаждаться…

Он довел себя до оргазма, проведя всего один раз по члену, и кончил на живот. Я смотрю на эти капли и с горечью на душе отворачиваюсь.

Драко обнимает меня за плечи, а его рука ложится на мою ширинку, он просто гладит мой член через ткань брюк и шепчет, так сладко шепчет:

— Видишь, как нам хорошо с тобой, да? Чувствуешь? — залезает языком в мою ушную раковину, и я тихо скулю от заложнического своего положения. — Чувствуешь ведь! Давай, кончай в моих руках, кончай от того, что это я тебя трогаю, — его пальцы пробегаются по моим измученным губам. — Кончай, потому что ты сосал у меня, именно у меня, и мне было так чертовски хорошо…

С этим его «чертовски хорошо» меня и пробирает оргазм, чудовищно сильный, оставляющий меня в беспамятстве, и потом расслабляющий меня, по-прежнему находящегося в его руках.

Он обнимает меня, прижимает к себе и будто бы утешает меня, сломавшегося.

— Поттер, — он снова называет меня по фамилии, — я хочу тебя еще, — его руки начинают блуждать по моему телу. — Давай придумаем, где проведем эту ночь, а?

И я не выдерживаю, начинаю истерически смеяться. Медленно отталкиваю его, чтобы подняться, а он в удивлении смотрит на меня.