Бездна взывает к бездне

Оргазм забирает много моих сил. Чувствую себя вялым и пребывающим в несколько ином мире, полным блаженства и неги. Поттер вертится, что-то делает, пользуясь мои состоянием, я ощущаю его руки повсюду, такие сильные руки, и только через какое-то время я вдруг осознаю, что полностью раздет перед ним, и хуже того — стою с ним на одном уровне, то есть на коленях.

— Драко? — хрипло обращается он ко мне и так чувственно и почти застенчиво проводит пальцами от моей ключицы до ребер. Обводит чуть ли не любовно родинку и громко сглатывает, не отрывая от нее мутного взгляда.

Он готов продолжить.

Поднимаюсь неуверенно и, покачиваясь, направляюсь к постели, ведь на ней мне будет трахать Поттера удобнее.

— Надо расстелить, — он подходит ко мне незаметно и очень близко.

— Нет, не надо, я же не собираюсь с тобой засыпать, — забираюсь на постель, и то, как покрывало холодит кожу, приносит ощущение того, что мое тело горит. — Хотя, признаться, я чувствую себя достаточно вымотанным, чтобы уснуть.

Он кажется потрясенным, наверное, подозревает меня в слабости, и что больше одного оргазма я не выдерживаю, поэтому разъясняю:

— С тех пор, как я вернулся в Лондон, ты выпил не один литр моей крови, и я только сейчас и здесь могу позволить себе расслабиться.

— Я ничего не пил из тебя, — и в связи с последними событиями не без смущения договаривает тише: — Почти ничего.

Я не могу не засмеяться. «Почти ничего»…

О нет, Поттер, ты даже не представляешь, как доводил меня. Сколько раз я чувствовал себя ничтожеством, хотя мне по роду этого не положено? Сколько раз я чувствовал себя пропащим? В школе ты мотал нервы своими действиями, а эти месяцы — бездействием. Ты всегда все делал наоборот, наперекор моему «хочу», и за это я каждую минуту готов был убить тебя. Но сегодня ты наконец понял, куда идти, или, точнее сказать, пошел за мной.

Как же я мечтаю трахнуть этого тупоголового!

— В какой позе хочешь, Поттер? Поделись, как ты себе это всегда представлял, — кровь понемногу начинает закипать в венах, а значит, выжидать нечего. Вдруг он еще передумает под меня ложиться.

— Ты хочешь поработать Сантой? — его взгляд проходится по моему телу, не упуская ни одной детали. — Тогда исполняй другое желание, я это не заказывал.

— Какое же? — спрашиваю с интересом и надеюсь услышать нечто похабное или даже невозможное — например, просьбу трахнуть меня.

— Пусть Санта-Малфой оставит меня одного.

— Значит, раком, — озвучиваю я свою неожиданно возникшую определенность по поводу позиции, и добавляю: — Ну что ж, это твой выбор.

Он смеется без радости и лениво-медленно стаскивает с себя свитер, показывая мне свое эстетически прекрасное тело. Красивее, чем у меня, мускулистее, привлекательнее. И я даже злюсь, завидуя, но вспоминаю, что, вообще-то, он мой, весь, а значит, глупо завидовать самому себе.

25-ая глава

POV Драко

Поттер заползает на кровать неуклюже и возбуждающе. Становится в привычную для него позу — на колени — и замирает, но не в нерешительности. Он просто дает мне рассмотреть себя поближе, и я в полной мере использую эту возможность.

Его и правда приятно обследовать взглядом, но прикасаться к нему еще слаще. Его мышцы напрягаются под моими пальцами, и мне нравится, что он по-прежнему не может разомлеть рядом со мной, а это значит, что он еще контролирует себя и делает все по своей воле и в полном сознании.

— И все же, как ты себе это представлял? — приспускаю его штаны, и не только этим вопросом, но и буквально хватаю его за яйца.

Он дергается, но не рискует отодвинуться.

— К черту все эти игры воображения, все равно все на деле выходит иначе, — шепчет он. — Этот урок я также выучил с твоей помощью.

— Какой ты хороший ученик, — отпускаю его яйца и скольжу пальцами по члену. — Но все же ответь, каким ты видел наш… секс во снах?

Поттер обнимает меня за плечи, и это делает нас настолько близкими… даже не телесно, а… Я не знаю, как это можно объяснить, но, по-моему, я никого не чувствовал так полно, как его.

— Чувственным, — его дыхание сильнее горячит мою кожу, и я покрываюсь мурашками, когда он почти невесомо целует меня в область сердца. — Ты всегда выкрикивал мое имя, когда я делал тебе хорошо, а я очень многое делал для этого, — спускается ниже, чтобы мягко очертить кончиком языка мой сосок, а у меня в груди будто бомба разрывается непонятной тоской, а жар буквально ползет по клеткам. — В моих снах всегда была любовь, и в тебе, Драко, она была ничуть не меньшая, чем во мне… — спускается еще ниже и едва прикусывает кожу на ребрах, вырывая до боли томный мой выдох. — В моих снах… Секс в моих снах всегда был сладким, как патока, и полный нескончаемого, беспредельного восторга, который заставлял меня выворачиваться наизнанку, когда я просыпался и понимал, что это всего лишь лишь грезы. Секс в моих снах был лучше любого, который может быть наяву и… Так жаль, что был, Драко.