Бездна взывает к бездне

Я замечаю, что не дышу. В легких совсем нет воздуха, и я вот-вот могу умереть на месте из-за каких-то слащавых слов, которые ничего не значат для меня, но как же меня злит, что я на момент так растерялся, забылся, будто на самом деле значат!

Отталкиваю его от себя, и вот он уже лежит передо мной на спине. На нем все еще эти дурацкие штаны, спущенные до бедер.

— Подставляй! — я рад, что мой голос звучит убедительно, хоть что-то меня не подводит.

Поттер усмехается и стягивает с себя штаны до конца, чтобы скинуть их на пол. Мне хочется наброситься на него, подмять под себя и вставить, но я сдерживаюсь — не та поза. Не стоит мне видеть его лицо, пока я буду драть его, совсем не стоит… Вдруг он станет еще ближе и, черт побери, мне захочется поцеловать его нежно?

— М-м-м, вот такой командный секс ты и любишь, не похожий на тот, что мне снился, как ты понял из моего маленького рассказа, — насмехается. — И, не дай Мерлин, я ослушаюсь.

— Твой маленький рассказ — большая ложь, Поттер, — я легко разоблачаю его. — Ты знал, каков я, ты не мог и думать о сладком сексе двух счастливых педиков. Скорее ты метался между фантазией о прикосновении к моей щеке и фантазией о животном совокуплении.

Он смеется, задирая голову и демонстрируя свой кадык, даже не подозревая, как это опасно эротично.

— А про «ослушаюсь»… — выдерживаю паузу и продолжаю говорить, только когда он обращает на меня полное внимание: — Ты можешь попробовать, тогда и узнаешь, что будет.

— Ха, — улыбается, как дурак, — предлагаешь мне это, потому что сам не знаешь, что будет, да? — после этого вопроса он не кажется мне уже таким простым. — Возможно, ты думаешь, что сделаешь мне больно, но в действительности ты уйдешь.

Я проглатываю ком в горле и совершенно неожиданно осознаю, что… страх заставляет меня слушать его.

— Ничто так не возбуждает тебя, как моя готовность и послушность, — усмешка, — и поэтому, если бы я проявил сухость и упертость, у тебя бы даже не встал.

— Какой бред, — отвечаю я бойко, но страх лишь залегает на дно.

— Серьезно? — он приподнимается и отползает к спинке кровати. — Бред? — улыбается и качает головой, словно прогоняя морок, а потом смотрит на меня таким чистым, ясным, все понимающим взглядом, за который мне хочется ударить его.

— И?

Смеется, хотя я не вижу повода, и прикрывает глаза, а когда он снова поднимает на меня свой взгляд, он уже другой. Не чистый и ясный, не холодно зеленый, а туманный, цвета болотной мути. Темные, глубокие и бездонные, туманные глаза… дымчатые от похоти.

— Драко… — мне даже кажется, что я ослышался, настолько тихо это звучит, но я опускаю взгляд и вижу, что его губы шевелятся — Драко…

Поттер сгибает ноги в коленях и плавно разводит их в стороны, а я знаю, что мне нужно отвернуться и не следить за этим, но…

— Драко… пожалуйста… — я снова смотрю на его губы, такие зовущие, красные и манящие, и он специально кусает себя за нижнюю губу, а когда отпускает, то она наливается еще большим цветом. Влажная от слюны… Я хочу поцеловать его, но не могу даже пальцем двинуть. А Поттер съезжает вниз, чтобы полностью оказаться лежащим, и шире раздвигает ноги. — Драко, трахни меня.

И для меня это финал.

Я бросаюсь к нему быстрее, чем даю себе команду этого не делать. Что-то странно мощное, мне незнакомое и опасное для меня же, вырывается цунами и смывает здравый смысл на своем пути. Это что-то очень стихийное, и оно не поддается контролю, а также отрубает связь моего тела и разума, кажется, навсегда.

Я слышу свое собственное похотливое сопение, и мне почти стыдно за себя, но я не могу это остановить. Поттер разрешает мне трогать себя везде и только подрагивает и выгибается в моих руках, а я трусь об него без ритма и совсем не сдержанно.

— Драко-о-о, — выстанывает он мое имя так возбуждающе и прогибается в спине, тем самым делая наши тела ближе. — Ты чувствуешь это, Драко?

Пытаюсь затормозить события, чтобы почувствовать это, но бесполезно, все это слишком, я просто плавлюсь. И только когда Поттер приподнимает задницу, я в полное мере чувствую это — его член соприкасается с моим, трется…

— Чувствуешь? — еще раз приподнимается, скользя вдоль, и я сцепляю зубы, чтобы не застонать.

На самом деле это немного отрезвляет, и в тоже время возбуждение лишь подстегивается. Я вроде как прихожу в сознание, но Поттера хочется только больше.

— Драко… — мое имя из его уст звучит превосходно дурманяще, и когда его руки обхватывают меня и притягивают еще ближе, я срываюсь и целую его, как никогда никого не целовал.

С Асторией у нас были страстные ночи, по крайней мере, я всегда считал так. Она умела возбудить меня, она умела отдаться, но Поттер желаннее… Наверное, оттого, что не должен так делать. Не должен возбуждать меня и не должен мне отдаваться. Но он делает это, и ночи с бывшей женой уже не кажутся мне такими уж хорошими.

Поттер позволяет трахать свой рот языком, и я ощущаю этот едва уловимый соленый привкус. Мое тело дрожит в ознобе, я чувствую выступивший пот на пояснице, чувствую, как приближается агония.