Оффендер ищет женщину, которая сможет родить ему ребёнка. Ищет своим излюбленным способом. Но найти её не так-то просто. К тому же охотники на нечисть тоже не дремлют и не позволят безликому монстру оставить потомство на «святой» земле. Встретит ли Оффендер ту единственную? Сможет ли её защитить? И что станет с их ребёнком?
169 мин, 55 сек 17652
Маньяк смотрел на свою Розу и не мог поверить, что в его жизни когда-нибудь мог настать такой день, когда он будет держать в своих руках крохотного человека, который в будущем будет называть его «папа».
Эмма, чувствуя некоторый страх перед неподготовленностью их дома к присутствию ребёнка, распахнула дверь и вошла. Следом вошёл самодовольный маньяк, прижимающий девочку к груди.
Войдя в предполагаемую детскую, Эмма схватилась за дверной косяк, чтобы не упасть на пол. Вся комната была обклеена обоями с красными розами. На детской кроватке (которая, к счастью, была) всё постельное бельё пестрело от изображения роз. Все пелёнки, распашонки и одеяльца были в розах. Всё было в розах.
На немой вопрос Эммы, Оффендер, широко улыбаясь, ответил:
— Нет, не слишком ярко. Я хочу, чтобы Роза цвела в саду, а не в комнате со всякими безмозглыми мордами. Всё для Розы… И для тебя. Думаю, стоило преподнести тебе в подарок розы, но что может быть чище и непорочнее букета сирени?
— Оффендер! Немедленно принеси сюда того доктора из Германии! У Розы снова температура! — Кричала Эмма, бегая вокруг кричащей девочки с кучей лекарств.
Как только на пороге появилась фигура безликого, Роза стихла и радостно заагукала. Эмма смотрела на маньяка расширенными от удивления и усталости глазами. Затем она хитро усмехнулась и, передав в руки маньяка все лекарства, отправилась на кухню «готовить обед».
— Ну, и ладно. Мы с Розой прекрасно проведём время вместе. Правда? — Улыбнулся Оффендер, нависая над кроваткой с плюшевым кроликом.
— Бу-бу! — Ответила девочка.
(2 месяца)
— Уууу, грозный Кракен сейчас слопает симпатичную головку Розы! — После этой фразы маньяк злобно захохотал, опутывая девочку тентаклями.
— Вэ-вэ-а! — Восклицала Роза, широко улыбаясь, но не в состоянии одолеть многорукого папашу.
Эмма улыбалась, глядя на валяющихся на полу маньяка и дочь. Но в этот момент она почувствовала неприятный запах, доносящийся из кастрюли с её борщом…
(3 месяца)
— Но я хочу играаать!
— Она голодна. Ей нужно поесть.
— Я могу покормить её.
— Но у тебя нет груди!
— У тебя тоже!
— Ещё одно слово и я вообще заберу её с собой в гости!
Обиженный, но не побеждённый Оффендер вышел из детской, чтобы Эмма могла покормить Розу.
(4 месяца)
— Вот тааак… Тааак… Вот тут завязываешь и… бросаешь! — Маньяк связал кончик шарика с водой и метнул его в охранника.
— Чёрт! Немедленно слезьте оттуда! — Завопил охранник, глядя на Оффендера с Розой в руках, сидящих на крыше дома.
— Ну-ка не ругайтесь перед ребёнком, мсье! — Захохотал Оффендер.
Роза также залилась громким смехом. Первым смехом.
(5 месяцев)
— Может, нам стоит сходить куда-нибудь? Я имею в виду, вдвоём. Я согласна даже на телепортацию. — Предложила Эмма, качая Розу на руках и глядя на Оффендера, готовящего ужин.
— Если ты согласна на концовку, которая тебя ждёт после такой прогулки, то я непротив. — Усмехнулся маньяк, нарезая овощи.
— Но с кем оставить Розу?
— Нинель.
— Что за Нинель?
— Медсестра, приходящая к нам для осмотра Розы.
— Можно ли ей доверять?
— Думаю, да.
Эмма нервно прикусила губу. Ей не понравилось, что Оффендер запомнил имя обычной медсестры.
(6 месяцев)
— Ложку за пааапу…
— Ам!
— Ложку за маааму…
— Ам!
— Ложку за всех женщин с большими сиськами… Надеюсь, когда ты вырастешь у тебя будет приличная грудь, не то что у мамы…
— Ам!
— Офф, ты что, дурак?
— Я просто желаю дочери всего хорошего, что можно взять от жизни с людьми.
Эмма закатила глаза. Влияние Оффендера на Розалинду явно не самое лучшее. Но бежать от маньяка бессмысленно, так как в его руках не только её жизнь, но и её сердце.
(7 месяцев)
— Где ты был?
— Прошёлся по лесу. А что?
— Ври больше! Я прекрасно знаю, что ты ходил по бабам!
— Да, ты угадала. Я ходил кикимор и русалок совращать.
— Прекрати паясничать! Ладно на меня тебе плевать, но подумай о Розе! Думаешь, это правильно, что её отец крутит романы с другими женщинами, когда у неё есть мать?
— Она не обычная девочка. И не нужно навязывать ей стереотипное человеческое мышление.
— Нет, Офф, она самый обычный ребёнок, которому нужно иметь благоприятную психо-эмоциональную обстановку в семье! Я требую, чтобы ты прекратил свои похождения!
— В тебе говорит ревность. Ей мои связи никак не вредят, а вот тебе…
Эмма резко развернулась и покинула кухню, где происходила ссора. Девушка прошла в детскую и села на диванчик, откуда хорошо можно было разглядеть, как лунный луч освещает прекрасное личико Розы. Только созерцание собственной дочери не давало ей пойти в ближайший трактир и напиться до беспамятства.
Семейная жизнь с безликим извращенцем была плохой затеей с самого начала.
Эмма, чувствуя некоторый страх перед неподготовленностью их дома к присутствию ребёнка, распахнула дверь и вошла. Следом вошёл самодовольный маньяк, прижимающий девочку к груди.
Войдя в предполагаемую детскую, Эмма схватилась за дверной косяк, чтобы не упасть на пол. Вся комната была обклеена обоями с красными розами. На детской кроватке (которая, к счастью, была) всё постельное бельё пестрело от изображения роз. Все пелёнки, распашонки и одеяльца были в розах. Всё было в розах.
На немой вопрос Эммы, Оффендер, широко улыбаясь, ответил:
— Нет, не слишком ярко. Я хочу, чтобы Роза цвела в саду, а не в комнате со всякими безмозглыми мордами. Всё для Розы… И для тебя. Думаю, стоило преподнести тебе в подарок розы, но что может быть чище и непорочнее букета сирени?
3
(1 месяц)— Оффендер! Немедленно принеси сюда того доктора из Германии! У Розы снова температура! — Кричала Эмма, бегая вокруг кричащей девочки с кучей лекарств.
Как только на пороге появилась фигура безликого, Роза стихла и радостно заагукала. Эмма смотрела на маньяка расширенными от удивления и усталости глазами. Затем она хитро усмехнулась и, передав в руки маньяка все лекарства, отправилась на кухню «готовить обед».
— Ну, и ладно. Мы с Розой прекрасно проведём время вместе. Правда? — Улыбнулся Оффендер, нависая над кроваткой с плюшевым кроликом.
— Бу-бу! — Ответила девочка.
(2 месяца)
— Уууу, грозный Кракен сейчас слопает симпатичную головку Розы! — После этой фразы маньяк злобно захохотал, опутывая девочку тентаклями.
— Вэ-вэ-а! — Восклицала Роза, широко улыбаясь, но не в состоянии одолеть многорукого папашу.
Эмма улыбалась, глядя на валяющихся на полу маньяка и дочь. Но в этот момент она почувствовала неприятный запах, доносящийся из кастрюли с её борщом…
(3 месяца)
— Но я хочу играаать!
— Она голодна. Ей нужно поесть.
— Я могу покормить её.
— Но у тебя нет груди!
— У тебя тоже!
— Ещё одно слово и я вообще заберу её с собой в гости!
Обиженный, но не побеждённый Оффендер вышел из детской, чтобы Эмма могла покормить Розу.
(4 месяца)
— Вот тааак… Тааак… Вот тут завязываешь и… бросаешь! — Маньяк связал кончик шарика с водой и метнул его в охранника.
— Чёрт! Немедленно слезьте оттуда! — Завопил охранник, глядя на Оффендера с Розой в руках, сидящих на крыше дома.
— Ну-ка не ругайтесь перед ребёнком, мсье! — Захохотал Оффендер.
Роза также залилась громким смехом. Первым смехом.
(5 месяцев)
— Может, нам стоит сходить куда-нибудь? Я имею в виду, вдвоём. Я согласна даже на телепортацию. — Предложила Эмма, качая Розу на руках и глядя на Оффендера, готовящего ужин.
— Если ты согласна на концовку, которая тебя ждёт после такой прогулки, то я непротив. — Усмехнулся маньяк, нарезая овощи.
— Но с кем оставить Розу?
— Нинель.
— Что за Нинель?
— Медсестра, приходящая к нам для осмотра Розы.
— Можно ли ей доверять?
— Думаю, да.
Эмма нервно прикусила губу. Ей не понравилось, что Оффендер запомнил имя обычной медсестры.
(6 месяцев)
— Ложку за пааапу…
— Ам!
— Ложку за маааму…
— Ам!
— Ложку за всех женщин с большими сиськами… Надеюсь, когда ты вырастешь у тебя будет приличная грудь, не то что у мамы…
— Ам!
— Офф, ты что, дурак?
— Я просто желаю дочери всего хорошего, что можно взять от жизни с людьми.
Эмма закатила глаза. Влияние Оффендера на Розалинду явно не самое лучшее. Но бежать от маньяка бессмысленно, так как в его руках не только её жизнь, но и её сердце.
(7 месяцев)
— Где ты был?
— Прошёлся по лесу. А что?
— Ври больше! Я прекрасно знаю, что ты ходил по бабам!
— Да, ты угадала. Я ходил кикимор и русалок совращать.
— Прекрати паясничать! Ладно на меня тебе плевать, но подумай о Розе! Думаешь, это правильно, что её отец крутит романы с другими женщинами, когда у неё есть мать?
— Она не обычная девочка. И не нужно навязывать ей стереотипное человеческое мышление.
— Нет, Офф, она самый обычный ребёнок, которому нужно иметь благоприятную психо-эмоциональную обстановку в семье! Я требую, чтобы ты прекратил свои похождения!
— В тебе говорит ревность. Ей мои связи никак не вредят, а вот тебе…
Эмма резко развернулась и покинула кухню, где происходила ссора. Девушка прошла в детскую и села на диванчик, откуда хорошо можно было разглядеть, как лунный луч освещает прекрасное личико Розы. Только созерцание собственной дочери не давало ей пойти в ближайший трактир и напиться до беспамятства.
Семейная жизнь с безликим извращенцем была плохой затеей с самого начала.
Страница 29 из 46
