Думаю, что каждый писатель, рано или поздно, проходит через этап фан-фикшен. Или, попросту говоря, через этап подражательства — когда чужой мир пленяет настолько, что невозможно побороть в себе искушение прогуляться по его тропинкам.
153 мин, 7 сек 3258
Возможно, «обратная сторона» — не самое лучшее выражение. Между«здесь» и«там» нет никакой стены. Граница проходит между реальностью и нереальностью. Близко, и в то же время бесконечно далеко.
Однако, это явление не болезнь. А я врач, а не философ. Лечить здесь нечего.
Иногда я задаю себе вопрос: «Его мысли — плод больного воображения, сублимированного мозгом и разумом. Для него другой реальности просто не существует. Он счастлив ТАМ. Так почему для лечения мы должны возвращать сознание в чуждый ему мир реальности?»
Джеймс швырнул листки на пол и посмотрел на Марию:
— Больше ничего не было?
— Нет, ничего. Ни ключей, ни следов. Но знаешь, что-то не так с этим местом.
— В смысле?
— Несмотря на вывеску, это не больница.
— А что?
— Сумасшедший дом. Там на столе есть больничные карты…
Джеймс ощутил ползущий по спине холод, готовый в любую секунду схватить за горло. Сумасшедший дом. Как он раньше не догадался?! Решётки на окнах неуместны в обычной больнице…
«Боже, Лора. Куда ты ведёшь нас…?»
Только сейчас до Джеймса дошло, что Мария продолжает что-то рассказывать:
— … пациенты, у всех агрессивное поведение. Убийцы и самоубийцы. Чрезмерная склонность к насилию…
— Подожди, но как это связано с дневником? — Джеймс стоял в замешательстве, пытаясь переварить полученную информацию.
Мария изящно пожала плечами — как и всегда, она не знала или не хотела отвечать.
***
На первом этаже Лоры не было. Они по очереди проверили двери, но почти все оказались запертыми, а некоторые вообще завалены всяким хламом. Ясно, что девочка здесь не проходила, да и кто-либо ещё — тоже.
— Джеймс, подожди, — проговорила Мария и остановилась.
— Что?
— Ничего не слышишь?
Он прислушался, но госпиталь молчал, как затаившийся хищник.
— Погоди, я точно что-то слышала.
Девушка медленно прошла к большим двустворчатым дверям и приложила ухо к их ледяной поверхности. Джеймс хотел было возразить, но Мария подняла руку, призывая его к молчанию:
— Слушай.
И он услышал. Лёгкий, почти неуловимый, детский смешок донёсся из-за толстого слоя металла и с гулким эхом разлетелся по мёртвым коридорам. Сердце точно ждало этого — как отпущенная пружина, пульс подскочил почти вдвое.
— Отойди, — выдохнул Джеймс.
Он дёрнул ручку, но ничего не произошло. Замка не видно — дверь словно примёрзла к полу, а быть может завалена чем-то с другой стороны…
— Джеймс… посмотри сюда, — Мария показала на разбитую кнопочную панель. — Причина в этом?
«Механизм просто заклинило. Но тогда как прошла Лора?»
— Должен быть другой способ, — прошептал он.
— Что?
— Должен быть другой способ попасть туда.
— Я видела карту у входа…
… Бумага была старая и рассыпалась прямо в руках. Тем не менее все надписи ещё можно было разобрать.
— Нам туда не попасть. На окнах решётки, а выход только один — и тот заперт.
— Погоди. Этот квадрат вроде лифт. Видишь букву «Л»?
— И ты так уверена, что это лифт?
Мария подняла голову, и Джеймс догадался, что она и сама удивилась собственной осведомлённости.
— Я… я не знаю. Просто в голову пришло. Я не…
— Ладно, неважно. Думаешь он работает?
— Проверим, — сказала она и посмотрела на Джеймса.
«Смотрит — будто смеётся надо мной»…
Старый замок треснул с первого же удара. Его коричневые от ржавчины потроха с глухим звоном упали на пол и развалились на части, сигнализируя о том, что путь свободен. Джеймс посветил фонариком и вопросительно повернул голову.
— Да, это здесь. По лестнице мы поднимемся на второй этаж, сядем в лифт и спустимся снова на первый.
— Мария, — Джеймс набрал в грудь побольше воздуха, — мне НЕ НРАВИТСЯ это здание. Эта дрянная девчонка водит нас за нос. Если лифт не работает, я предлагаю уйти.
— Джеймс, как ты можешь…
— Могу. Я приехал сюда не для этого.
Мария улыбнулась до боли знакомой лучезарной улыбкой и ехидно заметила:
— Конечно, Джеймс. Искать МЁРТВУЮ жену, несомненно, более важное занятие…
— Не будь смешной, — Джеймс выходил из себя. — ТЫ ничего не понимаешь.
— А ты? Ты понимаешь? Джеймс?
Мужчина понял, что побеждён.
— Ищем Лору и уходим. Скоро стемнеет, — буркнул он и побежал вверх по лестнице.
Глава вторая: «Ночь, когда невозможно уснуть»
Дверь на второй этаж оказалась не запертой и, едва Джеймс приоткрыл её, резкий треск радио полоснул по нервам. Лоб покрылся холодным потом, а рука, сжимающая пистолет, вздрогнула. Снова повторение кошмара. Опять придётся сражаться с порождениями тумана или чьего-то больного сознания.
Однако, это явление не болезнь. А я врач, а не философ. Лечить здесь нечего.
Иногда я задаю себе вопрос: «Его мысли — плод больного воображения, сублимированного мозгом и разумом. Для него другой реальности просто не существует. Он счастлив ТАМ. Так почему для лечения мы должны возвращать сознание в чуждый ему мир реальности?»
Джеймс швырнул листки на пол и посмотрел на Марию:
— Больше ничего не было?
— Нет, ничего. Ни ключей, ни следов. Но знаешь, что-то не так с этим местом.
— В смысле?
— Несмотря на вывеску, это не больница.
— А что?
— Сумасшедший дом. Там на столе есть больничные карты…
Джеймс ощутил ползущий по спине холод, готовый в любую секунду схватить за горло. Сумасшедший дом. Как он раньше не догадался?! Решётки на окнах неуместны в обычной больнице…
«Боже, Лора. Куда ты ведёшь нас…?»
Только сейчас до Джеймса дошло, что Мария продолжает что-то рассказывать:
— … пациенты, у всех агрессивное поведение. Убийцы и самоубийцы. Чрезмерная склонность к насилию…
— Подожди, но как это связано с дневником? — Джеймс стоял в замешательстве, пытаясь переварить полученную информацию.
Мария изящно пожала плечами — как и всегда, она не знала или не хотела отвечать.
***
На первом этаже Лоры не было. Они по очереди проверили двери, но почти все оказались запертыми, а некоторые вообще завалены всяким хламом. Ясно, что девочка здесь не проходила, да и кто-либо ещё — тоже.
— Джеймс, подожди, — проговорила Мария и остановилась.
— Что?
— Ничего не слышишь?
Он прислушался, но госпиталь молчал, как затаившийся хищник.
— Погоди, я точно что-то слышала.
Девушка медленно прошла к большим двустворчатым дверям и приложила ухо к их ледяной поверхности. Джеймс хотел было возразить, но Мария подняла руку, призывая его к молчанию:
— Слушай.
И он услышал. Лёгкий, почти неуловимый, детский смешок донёсся из-за толстого слоя металла и с гулким эхом разлетелся по мёртвым коридорам. Сердце точно ждало этого — как отпущенная пружина, пульс подскочил почти вдвое.
— Отойди, — выдохнул Джеймс.
Он дёрнул ручку, но ничего не произошло. Замка не видно — дверь словно примёрзла к полу, а быть может завалена чем-то с другой стороны…
— Джеймс… посмотри сюда, — Мария показала на разбитую кнопочную панель. — Причина в этом?
«Механизм просто заклинило. Но тогда как прошла Лора?»
— Должен быть другой способ, — прошептал он.
— Что?
— Должен быть другой способ попасть туда.
— Я видела карту у входа…
… Бумага была старая и рассыпалась прямо в руках. Тем не менее все надписи ещё можно было разобрать.
— Нам туда не попасть. На окнах решётки, а выход только один — и тот заперт.
— Погоди. Этот квадрат вроде лифт. Видишь букву «Л»?
— И ты так уверена, что это лифт?
Мария подняла голову, и Джеймс догадался, что она и сама удивилась собственной осведомлённости.
— Я… я не знаю. Просто в голову пришло. Я не…
— Ладно, неважно. Думаешь он работает?
— Проверим, — сказала она и посмотрела на Джеймса.
«Смотрит — будто смеётся надо мной»…
Старый замок треснул с первого же удара. Его коричневые от ржавчины потроха с глухим звоном упали на пол и развалились на части, сигнализируя о том, что путь свободен. Джеймс посветил фонариком и вопросительно повернул голову.
— Да, это здесь. По лестнице мы поднимемся на второй этаж, сядем в лифт и спустимся снова на первый.
— Мария, — Джеймс набрал в грудь побольше воздуха, — мне НЕ НРАВИТСЯ это здание. Эта дрянная девчонка водит нас за нос. Если лифт не работает, я предлагаю уйти.
— Джеймс, как ты можешь…
— Могу. Я приехал сюда не для этого.
Мария улыбнулась до боли знакомой лучезарной улыбкой и ехидно заметила:
— Конечно, Джеймс. Искать МЁРТВУЮ жену, несомненно, более важное занятие…
— Не будь смешной, — Джеймс выходил из себя. — ТЫ ничего не понимаешь.
— А ты? Ты понимаешь? Джеймс?
Мужчина понял, что побеждён.
— Ищем Лору и уходим. Скоро стемнеет, — буркнул он и побежал вверх по лестнице.
Глава вторая: «Ночь, когда невозможно уснуть»
Дверь на второй этаж оказалась не запертой и, едва Джеймс приоткрыл её, резкий треск радио полоснул по нервам. Лоб покрылся холодным потом, а рука, сжимающая пистолет, вздрогнула. Снова повторение кошмара. Опять придётся сражаться с порождениями тумана или чьего-то больного сознания.
Страница 20 из 43
