Битва за мир

Финли прошелся между рядами. Трансгумы спали прямо на ковре. И на этот раз было непонятно, как долго они пролежат без движения. Почти у каждого имелось при себе оружие — попроще, лазерное; помощнее, лучевое; безобидные с виду контейнеры ползучей взрывчатки… За благое дело можно и с оружием повоевать. Вот когда наступит мир, разоружатся и те, кто за это боролся. Железная логика предводителей движения.

Фин стремительно пересек комнату. Выбил двери, ведущие в соседние помещения — «умный дом» не горел желанием открывать. Спальный этаж, судя по всему.

В последней по коридору комнате, где главными предметами мебели были домашний бар с высокой вычурной стойкой и огромная кровать, наконец обнаружился хозяин.

Он лежал, раскинувшись на темно-фиолетовом покрывале. Глянцевый черный потолок отражал искаженные очертания его тела, едва прикрытого простынями. Рядом, резко выделяясь на темном постельном белье, светилась россыпь одноразовых капсул с либерином.

Наркотик слегка фосфоресцировал, а хозяин явно оказался в отключке еще до того, как попал под воздействие глушителя имплантов.

Свобода.

Для этого им нужна свобода? Чтобы получать удовольствия круглосуточно, без ограничений, совмещать их, доводя себя до экстаза всеми возможными способами — препаратами, медиавоздействиями, сексуальными практиками — больше и больше, сильнее и сильнее, совершеннее и совершеннее? Наверное, ради этого каждый рабочий так рвался заплатить налог на досуг. Наверное, поэтому новоявленные свободные впадали в такие жестокие депрессии, вплоть до самоубийств, когда обнаруживали, что накопить денег на один налог недостаточно. Нужно, оказывается, еще на что-то жить, не говоря уже о приобретении этих самых удовольствий. Наверное…

Финли медленно поднес руку к глазам. Наручник почти не просматривался сквозь кожу, только на запястье был заметен тонкий нитевидный проводок поперек вены. Выдрать его ножом — дело нескольких секунд… Но ничего не выйдет. До уплаты налога на досуг такая попытка обречена на провал. Заплатишь налог — и можно присоединиться к этому трансгуманоиду в его бесконечной свободе.

— Поднимайтесь, лагерь здесь, — сказал Финли в коммуникатор и вышел в главную «спальню» разоруженцев.

Привычно поднять трансгума за плечи, переложить на носилки — и вниз к транспортеру. Ступеньки сбивали с толку, переливаясь имитацией волн. Рутинное занятие не вызывало ничего, кроме скуки. Надежда найти в этом плавильном котле свой экипаж уменьшилась ровно на треть с гибелью Ярем. Клэйтон и Валентайн по-прежнему обнаруживались в Южной Америке. Сопротивление все больше напоминало сизифов труд. Из всего Атлантического Союза только центральный офис «Ареса-М» в Чикаго кое-как пытался противостоять погромам на военных объектах. Что же до остальных стран конфедерации… Стоило только войти в информационную ленту любого из агентств.

«Сегодня Даллас, Денвер, Мемфис и Торонто присоединились к населенным пунктам, отказавшимся от изготовления и хранения оружия на своей территории… Президент Мэттью Ларраск заявил, что созывает расширенный Совет Конфедерации с целью рассмотрения постепенного разоружения стран Атлантического Союза… Правительства США, Канады, Бразилии и Аргентины призвали руководство военных объектов не сопротивляться и немедленно приступать к утилизации вооружений… Напоминаем, информация о внешнем вмешательстве в работу компьютеров-имплантов, распространяемая корпорацией» Арес-М«, не соответствует действительности и фабрикуется с целью запутать население»…

Никогда еще перспектива сдаться и прекратить борьбу не казалась такой заманчивой. Останавливала только мысль, что рано или поздно программисты «Ареса-М» обнаружат источник сигнала и положат конец всеобщей истерии.

Нейтрализационная команда настроилась на очередную монотонную смену. Снова роскошные дома, лагеря бесчувственных трансгуманоидов, профилактические прогоны глушителя, погрузка и рейс за рейсом — из квартала в корпорацию, из корпорации в квартал…

Но они не успели даже загрузить транспортер.

Внезапно пятый или шестой по счету разоруженец, до этого неподвижно лежавший на носилках, раскрыл глаза и резко сел.

Барри среагировал мгновенно. Он бросил свою часть носилок и немедленно активировал глушитель. Трансгуманоид, не успев сгруппироваться, свалился на ступеньки и скатился вниз. Желтый огонек обежал рамку глушителя, загорелся зеленым…

Рухнув бесформенной кучей на пол внизу лестницы, разоруженец немедленно вскочил на ноги. Барри с руганью опять запустил глушитель, желтый огонек опять побежал по рамке. Остановился. Ровно засветился зеленым…

Трансгуманоид выхватил пистолет и выстрелил. Глушитель разлетелся оплавленными кусочками и яркими белыми искрами.

А потом, будто кто-то спустил невидимый крючок, коридор превратился в ревущий и визжащий смерч. Все разоруженцы, которые без признаков жизни лежали вповалку на ковре, разом высыпали из комнаты. Их сон как рукой сняло. Теперь у них была цель. Спешно отступающие сопротивленцы.