Битва за мир

— Уходим! — рявкнул Барри. Но и без этого было ясно, что нужно не просто уходить — бежать, наплевав на задание. Озверевшая толпа ринулась вниз по лестнице. Главу отряда от них отделяло каких-то полпролета. Просвистел выстрел из лучемета, и заряд ударил в стену, едва не срикошетив в Аллонию. Та приостановилась, пытаясь лазером выбить ружье из рук разоруженца. Оба ее выстрела попали в цель, и… Безнадежно. Трансгуманоид явно не чувствовал боли. В следующий миг Алли пришлось пригибаться и прыгать вниз, не тратя драгоценного времени на каждую ступеньку.

Вырвавшись с четвертого этажа, нейтрализационная команда понеслась дальше по лестнице. Вниз, к выходу. Третий этаж. Выстрелы разоруженцев все ближе. Сами разоруженцы неотвратимо приближались, а любой из этих трансгуманоидов бегал быстрее консерваторов. Барри лихо отстреливался через плечо, но даже когда попадал в кого-то, от этого не было никакой пользы, трансгумы не ощущали боли, отключив ее на время.

Арка между вторым и первым этажами… Алекс первым рванулся к ней, намереваясь преодолеть проход одним прыжком.

— Стой! — вдруг вскрикнула Аллония. Даже попыталась удержать его за руку, но не смогла. Сопротивленец не успел ничего понять и влетел под арку. А в следующее мгновение сверху, сминая его, упала опускающаяся дверь из тонкого стального листа.

Выход был закрыт. На полу под стальной перегородкой медленно растекалась лужа крови. От Алекса остались окровавленные обломки костей в красном месиве. Завеса рухнула в тот момент, когда он был прямо под ней. Никаких шансов.

— Все-таки этот торчок проснулся, — выдохнул Финли.

Сопротивленцы уже не пытались бежать. Каждому было ясно, что найти другой выход они не успеют. А ломиться в металлическую дверь за секунды в запасе… Бесполезно.

— Какой? — машинально переспросила Аллония, завороженно глядя на останки.

— Да хозяин…

Больше никто не успел ничего сказать. Трансгуманоиды, преодолев оставшиеся ступеньки, скрутили Барри, Фину и Аллонии руки за спиной. И потащили в ближайшую из комнат третьего этажа. Такую же светлую, с белым ковровым покрытием и стенами, на которых безмятежно перекатывались виртуальные прозрачные волны над рыжевато-серыми камнями.

Финли безнадежно оглянулся. Разоруженцы, которыми управляют со стороны, и настроены они отнюдь не миролюбиво … Глушитель уничтожен, вырваться невозможно. Отличный конец.

Человеческие жертвы неизбежны. Нейтрализационная команда №561 в их числе. Большинство даже не узнает. А выдернуть из этой заварухи экипаж так и не получилось. И Аллонию все-таки не удалось оградить…

Одним словом, в близкую смерть Фину верилось слабо. Еще не успел осознать.

Толпа моментально разнесла кровь на подошвах по всему этажу. Но хозяину, спустившемуся к постояльцам, было на это наплевать. Он с видимым наслаждением разглядывал пленников, теребя край простыни, в которую кое-как завернулся, спеша к расправе.

— Стойте, не спешите их расстреливать! — жестко распорядился он, заметив, как один из разоруженцев вскидывает лучемет. — Мы сдадим их властям.

— Мы здесь власть! — в наступившей тишине гаркнул трансгум с лучеметом. И развернулся к своим, которые толпились на лестнице, вытягивая шеи. — К чему приговорим их?

— Казнь! — предсказуемо откликнулся нестройный хор голосов. — Расстрелять!

— И этого вместе с ними! — выкрикнул один из разоруженцев, кивая в сторону хозяина. — Еще свободные крысы не указывали нам, кого казнить, кого нет!

— Всех! Стреляйте! — выплюнул другой.

Но стрелять никто не спешил. И у разоруженцев существовала субординация. Они переглядывались, то и дело посматривая на первого оратора. Очевидно, он был здесь каким-то неофициальным лидером.

— Мы казним их прилюдно. В назидание, — наконец подытожил тот.

Ну еще бы, подумал Финли. Типичный суд Линча, при зрителях и с непременной моралью. Знакомо и старо как мир.

Он покосился на Аллонию. Но та выглядела спокойной и умиротворенной, как обычно. И не поймешь, то ли она уже знала все наперед, то ли у энерджиков какое-то свое отношение к смерти. Он так и не удосужился это выяснить. Как и многое другое.

На миг все замерло.

А потом с улицы донеслись еще более громкие вопли и многоголосый рев.

Трансгуманоиды не теряли времени даром.

Окно стало полностью прозрачным. Снаружи стояла глубокая ночь. На высоте трех-четырех метров над дорогой светились люминесцентные полосы-фонари и переливались голографические рекламные баннеры. Сотни разоруженцев успели наводнить улицу. Из домов высыпали новые и новые группы. Слышались отдельные выкрики, нечленораздельное скандирование. Кто-то стрелял в воздух из лучевого оружия. Ослепительные молнии вспыхивали на фоне мягкого полумрака. Заряды долетали до следующего этажа яруса, разбивались о защитные оболочки и осыпались искрами.

Проезжая часть уже заполнилась до такой степени, что ограждения из спицеобразных прутьев начали гнуться под напором толпы. А трансгуманоиды все шли.