Благодарность

VII

Яксли брызгал слюной. Почему-то именно это засело в памяти Северуса. Он брызгал слюной и говорил так, что даже идиоту стало понятно: Снейп предатель. Зельевар и был предателем, он предавал всех по очереди, сначала Волдеморта, затем Дамблдора. В глубине его сознания слабо копошилась мысль о том, что неплохо бы уже определиться со стороной, иначе в ответственный момент он будет бездействовать, но мысль оставалась лишь мыслью, а Северус снова предавал директора. Они спорили по поводу дня переезда Гарри Поттера. Ну, насколько возможно спорить, находясь за одним столом с Повелителем. Так что, скорее, осторожно высказывали свои мнения.

Для Северуса не стал неожиданностью вопрос Темного Лорда насчет Поттера. Снейп обязан был доказать свою преданность, заставить Волдеморта поверить ему окончательно. Поэтому, когда Волдеморт спросил, зельевар с замиранием сердца назвал верную дату, подвергнув опасности мальчишку и всех авроров, которые будут охранять его. Северус почти ненавидел себя за то, что почувствовал непередаваемое облегчение. Говорить правду оказалось на удивление легко. Она как будто бы хотела вырваться из него, прорваться сквозь всю ту ложь, мутной пеленой окружавшей Снейпа все это время.

Они обсудили нападение повторно, позже, после того как все уже покинули Малфой-мэнор. Северус пришел в спальню Лорда, который против обыкновения ждал его. Волдеморт расположился в одном из кресел и лишь слегка приподнял бровь, когда Снейп, проигнорировав второе, устроился у ног повелителя. Рука Лорда, до этого спокойно лежавшая на подлокотнике, опустилась на макушку Северуса. Сильные пальцы взъерошили волосы зельевара.

— Я думал, ты присоединишься к нам во время нападения, но ты не проявил должного энтузиазма во время обсуждения плана, — задумчиво произнес Волдеморт. — Ты не хочешь участвовать?

Северус довольно зажмурился и тихо проговорил:

— Я не сделаю ничего, что противоречит вашей воле. Если таково желание Моего Лорда, я с радостью его исполню.

— О, Северус, сегодня мое желание будет несколько иным, — проговорил Волдеморт, притягивая голову профессора ближе, и легко поцеловал, едва касаясь его губ своими. Снейп позволил себе понимающую улыбку.

Ему нравилось видеть Волдеморта расслабленным, знать, что он может позволить себе быть таким в присутствии другого живого существа. Северусу льстило, что именно ему Лорд доверял настолько, что позволял присутствовать, когда он спит. Раскинувшийся на кровати маг выглядел абсолютно спокойно, его грудь почти не вздымалась от дыхания, а тело было даже холоднее обычного. В ту первую ночь, когда повелитель разрешил Снейпу остаться на ночь, образ сна Волдеморта заставил Северуса понервничать. Сейчас он уже привык и не особо переживал по поводу того, что у Темного Лорда во сне не прощупывается пульс. Северусу вообще было на удивление хорошо. Из приоткрытого окна доносились слабые звуки музыки, голос молоденькой маглы изящно вплетался в мягкие переборы струн гитары, в комнате было темно, но слабого красного света от уже еле тлеющего камина хватало, чтобы разглядеть очертания фигуры Волдеморта. Северус полулежал, откинувшись на высокие подушки кровати, и старался не думать ни о чем, кроме, возможно, трогательной беззащитности ребер Лорда, сейчас провокационно торчащих из-под хлопкового покрывала. Он вообще был очень худой, болезненно худой, как сказал бы кто-то еще, Снейпу же нравилась эта хрупкость, которую можно было заметить в теле повелителя. Это странно гармонировало с той невообразимой силой, которую представлял собой Темный Лорд. Северус подался вперед, ладонью прочертил косую линию от ключиц до бедра Волдеморта. Тихий выдох зельевара, почувствовавшего все острые углы тела повелителя прозвучал возмутительно громко в опустившейся на комнату тишине. Только сейчас он заметил, что уже почти рассвело — настал день перевозки Гарри Поттера.

Не то чтобы Северус действительно переживал — ему просто весь день действовали на нервы. Сначала мечущиеся по поместью Пожиратели различных рангов со слугами, затем Беллатриса, старательно намекающая на его неспособность служить повелителю даже в мелочах, не говоря уже о таких важных вещах, как поимка Поттера. «И вообще, тебе, Северус, никогда нельзя будет доверять, ведь предавший однажды предаст снова», — яду ее слов могла бы позавидовать Нагайна.

Поэтому то, что он вот уже минут пятнадцать не слишком удачно пробовал осмыслить содержание позаимствованной из малфоевской библиотеки книги, никак не было связано с опасностью для жизни Волдеморта. Не имело никакого отношения. А слегка подрагивающие пальцы можно списать на усталость, Снейпу уже давно не удавалось выспаться. По идее, Лорд и его соратники уже должны были бы вернуться, Северус иногда ловил себя на том, что машинально скашивает взгляд на окно, вглядывается в небо в поисках стремительных силуэтов из темного дыма.