Благодарность

В Малфой-Мэноре было непривычно шумно. Последователи Темного Лорда уже начали ощущать вседозволенность, связанную с новым положением их главы, и теперь полностью наслаждались этим. Где-то в отдалении звучала музыка, но Снейп едва слышал пронзительные звуки струнных — слишком далеко он ушел от всеобщего сборища. Зельевар стоял на открытой галерее второго этажа, в месте, где, как он рассчитывал, даже самый настойчивый человек не сможет найти его. Это место чем-то напоминало Хогвартс, его настоящий дом на протяжении уже многих лет: те же массивные каменные арки вместо окон, темно-зеленый плющ, оплетающий величественные колонны, мягкие тени, из которых любили неожиданно появляться призраки. По правде говоря, Северусу было плохо. Он видел Волдеморта краем глаза и даже не подошел, чтобы отчитаться. Профессору казалось, что он просто не сможет остановиться и начнет корить повелителя во всем случившемся, стоит ему только открыть рот для доклада. Сейчас, как бы то ни было, это теперь не казалось хорошей идеей: Лорд вряд ли обрадовался такому игнорированию. С другой стороны, Северус даже в этом не был уверен: они не виделись уже значительное время, и не было заметно, чтобы это хоть как-то отразилось на Темном Лорде.

Проблема была в том, что после сегодняшнего вечера все стало еще более запутанным. Снейп и сам не понимал, кому он теперь верен. Возможно, именно поэтому Дамблдор выбрал его? Непросто раскрыть двойного агента, который сам не знает, на чьей он стороне. Привычная ирония в этот вечер звучала как-то по-особенному горько.

Снейп не мог заставить себя перестать мысленно возвращаться к Хогвартсу.

«Зная о привычке Волдеморта передвигаться практически бесшумно, опрометчиво было не смотреть по сторонам хотя бы изредка», — подумал он, почувствовав холодные пальцы, стальным захватом сжимающиеся на плече.

— Здравствуй Северус, ты так и не пришел навестить меня, — возможно, это было только игрой воображения, а, может быть, в голосе Темного Лорда действительно слышались насмешливые нотки. Он встал за правым плечом зельевара, выискивая в быстро сгущающихся сумерках то, что привлекло внимание Снейпа.

— Мой Лорд, — Северус сказал это совершенно безэмоционально, даже не повернув головы в сторону Волдеморта. Он знал, что мог позволить себе некоторые вольности в отношении этикета, однако сегодня это нисколько не уменьшало неприятного чувства, поселившегося в груди.

— Я слышал о твоих успехах, профессор. Смещение директора в лучших традициях древних магов… — Снейп кожей чувствовал змеящуюся на лице Лорда улыбку. — Не хочешь занять пустующее кресло?

Это определенно было подачкой. Даже не смотря на щедрость предложения, гордость Северуса не могла позволить этому заместить собой чувство вины.

— Если так пожелает мой повелитель, — смирению в его голосе мог позавидовать любой монах.

Се-е-еверус-с, — пальцы Волдеморта переместились на запястье Снейпа, слегка сжали, нащупав выступающую косточку и начали обводить ее по кругу, едва касаясь кожи, — ты мог бы позволить мальчику сделать то, что ему было велено.

Темному Лорду нельзя было отказать в убедительности.

— Не мог! — В глазах резко обернувшегося Снейпа бушевала ярость, заставившая Волдеморта слегка отшатнуться и убрать руку. Северус сжал кулаки.

— Он еще ребенок! Как я мог позволить ему? Кем бы я ста… — Снейп запнулся, осознав, что и, главное, кому, он говорил.

— Ну что же ты замолчал? Продолжай Северус, кем бы ты стал? — прищур алых глаз выдавал крайнюю степень недовольства. — Бездушным монстром? Жестоким тираном?

Снейп опустил взгляд, оставив любые попытки оправдаться. Он уже корил себя за то, что не сдержался. Так глупо, он мог парой слов обесценить все те усилия, что приложил Дамблдор для осуществления своего плана.

— Признайся, он же нравился тебе, этот старик, со всей его добротой и участливостью. Дир-р-ректор — Темный Лорд брезгливо поморщился. — Даже в лучшие свои времена — напыщенный до зубовного скрежета, думающий, что ему, такому правильному, позволено все. Считающий себя в праве осуждать тех, на чьем месте он не продержался бы и минуты. Старик, который хотел власти ничуть не меньше остальных, оправдывая все, все, что бы только не делал, благой целью. Сердобольный защитник сирых и убогих — так ты его видишь?

Волдеморт говорил все тише, а потом и вовсе замолчал, обойдя Северуса и встав по левую руку от него. Он замер, всматриваясь в тихую бесконечность ночного неба. Лицо Темного Лорда освещал лунный свет, отчего он казался еще более нездешним существом, чем обычно.