Солнце ещё только поднималось над горизонтом, а на палубе огромного судна, белоснежные борта которого украшала красная надпись «Академик Владислав Волков», уже вовсю кипела работа. Два человека в гидрокостюмах друг за другом забрались в батискаф, и, как только поступил сигнал об их готовности к погружению, манипулятор с обманчивой неуклюжестью подхватил его и перенёс через борт. Не прошло и десяти минут, как аппарат скрылся в морской пучине. Изображение на мониторах постепенно темнело по мере того, как батискаф опускался всё дальше в неведомые океанские глубины…
25 мин, 22 сек 519
Экран погас. Потрясённые увиденным исследователи полагали, что это был конец записи, однако сначала на фоне черноты вновь появились звуки — какие-то нечеловеческие голоса, словно распевавшие какой-то зловещий гимн на неизвестном языке, а потом вновь появилось изображение. Была ли это Мэри Сандерленд или кто-то или что-то ещё, сказать было невозможно — в возникшем на мониторе, покрытом не то серой чешуёй, не то чем-то похожем на кору, лице не было ничего человеческого. Сложно было понять даже лицо ли это вообще, пока не распахнулся безгубый рот, больше всего похожий на горизонтальную трещину на том, во что превратилось некогда миловидное лицо капитана «Левиафана». Поначалу начисто лишённая каких-либо эмоций речь кошмарного существа мало чем отличалась от недавно доносившихся из динамиков компьютера кошмарных песнопений, разве что была более отрывистой. Внезапно в ней начали появляться английские слова. Но если до этого языковой барьер не было большой помехой для русских исследователей, то теперь понять, что именно говорило существо на экране компьютера, стало почти невозможно. Поначалу они сумели разобрать лишь, что оно не может вспомнить, ни дату, ни собственное имя, однако постепенно его речь вновь начала походить на человеческую, но даже несмотря на полное отсутствие эмоций в безликом голосе, было понятно, каких усилий стоит его обладателю каждое слово. Весь экипаж «Левиафана» окончательно утратил человеческий облик и даже его подобие, переродившись во что-то скорее растительное, нежели животное, однако на борту не осталось никого, кто смог бы провести соответствующие исследования. Неопознанный летающий объект, который ранее по ошибке приняли сначала за инопланетный космический корабль, а потом за астероид, почти настиг обречённого«Левиафана». Его носовая часть, если такой термин вообще был применим к этому скорее существу, нежели объекту, развезлась, превратившись в чудовищных размеров пасть. Таинственная находка не оказалась ни инопланетным космическим кораблём, ни астероидом. Всё указывало на то, что экипажу «Левиафана» удалось обнаружить внеземную форму жизни, оказавшуюся настолько чуждой человечеству, что ни о каком диалоге между ними не могло быть и речи. Внезапно звук пропал, однако воспроизведение продолжалось. Существо, по всей видимости некогда бывшее Мэри Сандерленд, склонилось над компьютером, набирая какую-то команду. В следующее мгновение компьютер сообщил о полном разряжении батареи и отключился.
Мужчины мрачно переглянулись. Догадаться, что же произошло с «Левиафаном» дальше, было несложно. По всей видимости, капитан во время последнего проблеска разума попыталась увести его из-под носа у хищного живого корабля, задав случайные координаты или и вовсе только лишь активировав экспериментальный двигатель и положившись на бортовой компьютер, но в результате какой-то ошибки его забросило в Солнечную систему, при этом ещё и переместив назад во времени, после чего злополучный космический корабль нашёл себе пристанище на дне океана, где его несколько веков спустя и нашла российская подводная лодка. Судьба его зловещего преследователя оставалась неизвестной, но разумнее всего было бы предположить, что он или так и остался там, где его нашёл «Левиафан», или последовал за ним в Солнечную систему, где не задержался, поскольку в ту эпоху на околоземной орбите ещё не было ничего, что смогло бы привлечь его внимание. Если, конечно, он действительно откликнулся на радиосигнал с земного корабля.
Первым опомнился Андрей.
— Бред какой-то… — пробормотал он и вытер со лба холодный, липкий пот.
— Бред, — мрачно кивнул Дмитрий. — Но мы оба это видели, — он перевёл взгляд на тело перед бортовым компьютером. — Такой участи никому не пожелаешь…
Андрей помотал головой и прошёлся по мостику.
— Ладно, допустим, всё это не бред. Тогда я одного понять не могу — как этот вирус, или что это было, смог распространиться по всему этому чёртову кораблю? Очень сомневаюсь, что члены их долбаной экспедиции пренебрегали правилами шлюзования! И ещё более, что в лаборатории не был выставлен нужный уровень карантина!
— Никто не знает, с чем они столкнулись, — задумчиво произнёс Дмитрий, всё ещё глядя на тело несчастного мутанта. — Если это существо было способно путешествовать в безвоздушном пространстве, возможно, его мутагены были устойчивы ко всем обеззараживающим воздействиям, предусмотренным на «Левиафане». Сейчас меня волнует другой вопрос, а именно — насколько безопасен воздух, которым мы с тобой сейчас дышим?
Алексей замер на месте, машинально схватившись рукой за горло.
— Бактерии и вирусы способны сохраняться в виде спор не одну сотню лет, так что очень может быть, что тот мутаген, если он имел именно такую природу, всё ещё представляет угрозу, и мы с тобой уже заражены, — закончил мысль Дмитрий.
Мужчины мрачно переглянулись. Догадаться, что же произошло с «Левиафаном» дальше, было несложно. По всей видимости, капитан во время последнего проблеска разума попыталась увести его из-под носа у хищного живого корабля, задав случайные координаты или и вовсе только лишь активировав экспериментальный двигатель и положившись на бортовой компьютер, но в результате какой-то ошибки его забросило в Солнечную систему, при этом ещё и переместив назад во времени, после чего злополучный космический корабль нашёл себе пристанище на дне океана, где его несколько веков спустя и нашла российская подводная лодка. Судьба его зловещего преследователя оставалась неизвестной, но разумнее всего было бы предположить, что он или так и остался там, где его нашёл «Левиафан», или последовал за ним в Солнечную систему, где не задержался, поскольку в ту эпоху на околоземной орбите ещё не было ничего, что смогло бы привлечь его внимание. Если, конечно, он действительно откликнулся на радиосигнал с земного корабля.
Первым опомнился Андрей.
— Бред какой-то… — пробормотал он и вытер со лба холодный, липкий пот.
— Бред, — мрачно кивнул Дмитрий. — Но мы оба это видели, — он перевёл взгляд на тело перед бортовым компьютером. — Такой участи никому не пожелаешь…
Андрей помотал головой и прошёлся по мостику.
— Ладно, допустим, всё это не бред. Тогда я одного понять не могу — как этот вирус, или что это было, смог распространиться по всему этому чёртову кораблю? Очень сомневаюсь, что члены их долбаной экспедиции пренебрегали правилами шлюзования! И ещё более, что в лаборатории не был выставлен нужный уровень карантина!
— Никто не знает, с чем они столкнулись, — задумчиво произнёс Дмитрий, всё ещё глядя на тело несчастного мутанта. — Если это существо было способно путешествовать в безвоздушном пространстве, возможно, его мутагены были устойчивы ко всем обеззараживающим воздействиям, предусмотренным на «Левиафане». Сейчас меня волнует другой вопрос, а именно — насколько безопасен воздух, которым мы с тобой сейчас дышим?
Алексей замер на месте, машинально схватившись рукой за горло.
— Бактерии и вирусы способны сохраняться в виде спор не одну сотню лет, так что очень может быть, что тот мутаген, если он имел именно такую природу, всё ещё представляет угрозу, и мы с тобой уже заражены, — закончил мысль Дмитрий.
Страница 7 из 10
