Произошла эта история прошлой осенью, на даче одного моего знакомого, расположенной в нескольких километрах от города. Места там довольно живописные: дачный поселок расположился у самого подножия гор, склоны которых покрывает густой лес… сохранившийся в своем первозданном виде, который лишь у самых горных вершин уступает место многолетним скоплениям снега и льда.
8 мин, 38 сек 6772
Оказавшись на участке, я увидел яблоневый сад, практически идентичный нашему, и аккуратный трехэтажный дом, сложенный из красного кирпича. Яблони также гнулись к земле под тяжестью плодов, но здесь никто не спешил их убирать. Участок имел ухоженный вид, но у меня все же создалось впечатление, что он заброшен уже много лет. Среди яблонь даже располагалось пугало, выполненное настолько искусно, что издалека его вполне можно было принять за живого человека.
Удостоверившись, что в доме точно никого нет, я расставил банки на низкой бетонной террасе, и вскоре тишина поселка была нарушена звуками ружейных выстрелов. Покончив с этим занятием (половину банок мне так и не удалось сбить), я собрал все гильзы и уже было двинулся в обратный путь, когда заметил одну деталь, которая прежде ускользала от моего внимания — дверь, ведущая в подвал, была немного приоткрыта. Подойдя ближе, я обнаружил, что дверной замок сорван и лежит неподалеку от двери. Отворив дверь, я вошел внутрь подвала, ощутив едва уловимый запах плесени и слегка влажной земли.
Вопреки своим ожиданиям, ничего необычного в том подвале я не обнаружил. Единственное окно, через которое едва просачивался дневной свет, было заложено кусками старой фанеры, вдоль левой стены располагался ржавый металлический стеллаж, на котором лежал скудный садовый инвентарь — несколько пил, две тяпки и одна лопата со сломанной рукоятью, а также два старых серпа вроде тех, что когда-то использовали жнецы для уборки зерна с полей. Обойдя весь подвал и не обнаружив никаких следов человеческого присутствия, я захлопнул за собой дверь и, кое-как приладив на место сломанный замок, вновь засел за ноутбук.
Когда из города вернулся Макс, было уже около восьми часов вечера. Разумеется, я не преминул расспросить друга о заброшенном доме напротив (про свою вылазку на туда я пока предпочел умолчать). Макс слегка удивился моему внезапному интересу и рассказал, что этот участок пустует уже шесть лет, со дня смерти его последнего владельца. Нет, у него, конечно, остались дети, живущие в городе, но никто из них не пожелал заниматься дачным участком, который с тех пор оставался невостребованным (продавать они его тоже почему-то не захотели).
Тем вечером мы решили ложиться спать пораньше, чтобы завтра закончить сбор урожая как можно скорее и вернуться в город. Пока я заносил в дом складную мебель, Макс отправился в небольшую кирпичную пристройку, расположенную на самой нижней террасе дачи, где находилась уборная. Весело насвистывая какую-то веселую песенку, я уже собирался убрать в дом складной стол, когда случайно взглянул на соседний участок.
Признаться, я не сразу заметил едва уловимую перемену, которая с ним произошла. И лишь подойдя ближе к забору, разделяющему участки, я смог подтвердить свое предположение — пугало исчезло. На его месте остался лишь пустой шест, одиноко стоящий среди старых яблонь. Если честно, в тот момент мне стало немного не по себе. Во всем дачном поселке мы были совершенно одни, и никто не мог вот так просто придти и снять пугало с шеста. Конечно, это мог сделать Максим, но он никогда не был любителем подобных розыгрышей. И вот в этот самый момент я поймал себя на одной мысли, незаметно закравшейся в мое сознание — Максима не было уже около десяти минут. Прихватив с собой ружье, я обогнул дом, и увидел картину, которая и по сей день преследует меня в ночных кошмарах.
Призрачный лунный свет осветил безжизненное тело Максима, распростертое на земле, и стоящее над ним некое существо, облаченное в одежды того самого пугала. Его потертый плащ развевался на ветру, лицо было скрыто под маской из серой ткани, широкополая шляпа отбрасывала на землю причудливую тень. Прежде чем я успел что-либо предпринять, оно наклонилось к Максу и перерезало ему горло одним из тех серпов, что я видел днем в подвале, а затем медленным шагом направилось в мою сторону.
Будучи охвачен страхом, но все еще сохраняя некоторую способность мыслить трезво, я поднял ружье и выстрелил в это создание. Пули прошли сквозь его тело, но этой твари они не причинили ни малейшего вреда. Тогда я опрометью бросился в дом и, заперев дверь на все замки, тихонько притаился в углу. Буквально через несколько минут я снова услышал тот самый тихий скрежет, который разбудил меня в первую ночь.
Так я и просидел всю ночь, сжимая в руках ружье и напряженно прислушиваясь к звукам, доносящимся снаружи. Под утро скрежет прекратился, но я все равно не решался открыть дверь и выйти наружу. И лишь когда на часах был полдень, я все же набрался храбрости и покинул свое убежище. К моему огромному облегчению, за дверью никого не оказалось. Машина Максима стояла на том же самом месте, пугало снова заняло свое место на шесте, уставившись невидящим взором в пустоту. Только исчезнувшее тело моего друга, и две стреляные гильзы, лежащие на траве, указывали на то, что все события прошлой ночи не были кошмарным сном.
Удостоверившись, что в доме точно никого нет, я расставил банки на низкой бетонной террасе, и вскоре тишина поселка была нарушена звуками ружейных выстрелов. Покончив с этим занятием (половину банок мне так и не удалось сбить), я собрал все гильзы и уже было двинулся в обратный путь, когда заметил одну деталь, которая прежде ускользала от моего внимания — дверь, ведущая в подвал, была немного приоткрыта. Подойдя ближе, я обнаружил, что дверной замок сорван и лежит неподалеку от двери. Отворив дверь, я вошел внутрь подвала, ощутив едва уловимый запах плесени и слегка влажной земли.
Вопреки своим ожиданиям, ничего необычного в том подвале я не обнаружил. Единственное окно, через которое едва просачивался дневной свет, было заложено кусками старой фанеры, вдоль левой стены располагался ржавый металлический стеллаж, на котором лежал скудный садовый инвентарь — несколько пил, две тяпки и одна лопата со сломанной рукоятью, а также два старых серпа вроде тех, что когда-то использовали жнецы для уборки зерна с полей. Обойдя весь подвал и не обнаружив никаких следов человеческого присутствия, я захлопнул за собой дверь и, кое-как приладив на место сломанный замок, вновь засел за ноутбук.
Когда из города вернулся Макс, было уже около восьми часов вечера. Разумеется, я не преминул расспросить друга о заброшенном доме напротив (про свою вылазку на туда я пока предпочел умолчать). Макс слегка удивился моему внезапному интересу и рассказал, что этот участок пустует уже шесть лет, со дня смерти его последнего владельца. Нет, у него, конечно, остались дети, живущие в городе, но никто из них не пожелал заниматься дачным участком, который с тех пор оставался невостребованным (продавать они его тоже почему-то не захотели).
Тем вечером мы решили ложиться спать пораньше, чтобы завтра закончить сбор урожая как можно скорее и вернуться в город. Пока я заносил в дом складную мебель, Макс отправился в небольшую кирпичную пристройку, расположенную на самой нижней террасе дачи, где находилась уборная. Весело насвистывая какую-то веселую песенку, я уже собирался убрать в дом складной стол, когда случайно взглянул на соседний участок.
Признаться, я не сразу заметил едва уловимую перемену, которая с ним произошла. И лишь подойдя ближе к забору, разделяющему участки, я смог подтвердить свое предположение — пугало исчезло. На его месте остался лишь пустой шест, одиноко стоящий среди старых яблонь. Если честно, в тот момент мне стало немного не по себе. Во всем дачном поселке мы были совершенно одни, и никто не мог вот так просто придти и снять пугало с шеста. Конечно, это мог сделать Максим, но он никогда не был любителем подобных розыгрышей. И вот в этот самый момент я поймал себя на одной мысли, незаметно закравшейся в мое сознание — Максима не было уже около десяти минут. Прихватив с собой ружье, я обогнул дом, и увидел картину, которая и по сей день преследует меня в ночных кошмарах.
Призрачный лунный свет осветил безжизненное тело Максима, распростертое на земле, и стоящее над ним некое существо, облаченное в одежды того самого пугала. Его потертый плащ развевался на ветру, лицо было скрыто под маской из серой ткани, широкополая шляпа отбрасывала на землю причудливую тень. Прежде чем я успел что-либо предпринять, оно наклонилось к Максу и перерезало ему горло одним из тех серпов, что я видел днем в подвале, а затем медленным шагом направилось в мою сторону.
Будучи охвачен страхом, но все еще сохраняя некоторую способность мыслить трезво, я поднял ружье и выстрелил в это создание. Пули прошли сквозь его тело, но этой твари они не причинили ни малейшего вреда. Тогда я опрометью бросился в дом и, заперев дверь на все замки, тихонько притаился в углу. Буквально через несколько минут я снова услышал тот самый тихий скрежет, который разбудил меня в первую ночь.
Так я и просидел всю ночь, сжимая в руках ружье и напряженно прислушиваясь к звукам, доносящимся снаружи. Под утро скрежет прекратился, но я все равно не решался открыть дверь и выйти наружу. И лишь когда на часах был полдень, я все же набрался храбрости и покинул свое убежище. К моему огромному облегчению, за дверью никого не оказалось. Машина Максима стояла на том же самом месте, пугало снова заняло свое место на шесте, уставившись невидящим взором в пустоту. Только исчезнувшее тело моего друга, и две стреляные гильзы, лежащие на траве, указывали на то, что все события прошлой ночи не были кошмарным сном.
Страница 2 из 3
