Болотная тварь

И опять написано наискосок.

— Деда, — неуверенно позвал Виталик, но тот его не услышал: они о чем-то тихими голосами спорили с дядей Лешей.

Виталя догнал взрослым и пошел как можно ближе к ним, не прислушиваясь к голосам. Он смотрел по сторонам, ощущая непонятную ему самому тревогу. Дорога, которой он ходил сотню раз, показалась чужой в свете красноватого солнца, как будто ее неожиданно взяли и заменили на какую-то незнакомую.

Больше надписей не было, и мальчик стал успокаиваться, как вдруг снова раздался протяжный вой. Неожиданно звук резко оборвался на одной ноте. Взрослые замолчали и переглянулись.

— Развелось дворняжек, — процедил дядя Леша. Поправил очки и закурил новую папироску.

— Ага, как собак нерезаных, — ответил дед, и они засмеялись.

Виталя дернул деда за рукав.

— Что такое? — дед взглянул на мальчика.

— Что это значит, деда? — спросил Виталик.

— А? Ты про… — но тут он и сам увидел.

На воротах слева, мимо которых они сейчас проходили, отчетливо виднелась белая надпись:

Карел Морл идет Они все трое подошли к старым, проржавевшим воротам.

— Мда, кто-то совсем не следит за своим гаражом, — пробормотал под нос дядя Леша. Снял очки и снова начал их оттирать от грязи и пыли: как и в первый раз безуспешно.

— Что это такое, деда? — снова спросил мальчик.

— Не знаю, Виталька, — он еще раз прочел надпись.

— Баловался кто-то.

— Ладно, пойдемте уже, — отозвался Алексей. Он лишь мельком взглянул на встревожившую мальчика надпись.

— Спать охота, сегодня еще футбол вечером.

— Ага, пойдем Виталь, — дед взял мальчика за руку, и они снова зашагали к выходу из гаражей.

Виталя был рад, что теперь шагает рядом со взрослыми, но ему все равно было как-то неуютно. Что-то неприятное было в той абракадабре, написанной на ржавом железе. Вот они прошли очередной перекресток — во все стороны уходили ровные ряды гаражей. Этот место мальчик помнил, значит, до остановки оставалось идти минут семь, от силы десять.

— Эт-то что еще за хрень? — протянул дядя Леша.

Выход, через который они с дедом всегда проходили, был закрыт воротами.

— Вот те раз, — сказал дед.

— Откуда они тут взялись?

Дядя Леша первым подошел к ставням и потряс их.

— А хрен его знает. Еще и заперто, — он зло дернул старый навесной замок.

— Полезли?

Он уже поставил ногу на нижнюю перекладину.

— А Виталька как? — спросил дед.

— Тут же метра три, а на спине я его не перетащу.

Виталька испуганно посмотрел на высокие ворота, а потом перевел взгляд на деда. Нет, он, конечно, любил лазить по всяким заборам, но на такую высотень… Дядя Леша что-то проворчал и опустил ногу на землю.

— Тогда, Сергеич, пошли в обход.

Виталя с радостью кивнул, словно от его решения что-то зависело.

Дед еще раз посмотрел на ворота, и они вместе пошли обратно, к развилке.

— Предлагаю налево, — сказал дядя Леша.

Он зашагал, не дожидаясь ответа, и дед с внуком последовали за ним. Виталя крепко держал деда за руку, боясь, как бы тот его не отпустил. Мальчик то и дело осматривался кругом: этой дорогой они никогда не ходили.

Виталька внимательно вглядывался в створки гаражей, мимо которых они проходили, но ничего необычного не замечал. Разве что только железо ворот было все больше старое и ржавое. Местами Виталя видел следы вмятин, как будто водители, ставя машины, были порядком пьяны. Тут и там виднелись кучки мусора непонятного происхождения. Дорога тоже становилась все хуже, да и солнце почти полностью скрылось за крышами гаражей и света стало заметно меньше.

— Твою мать! — ругнулся дядя Леша и взмахнул руками, чтобы удержать равновесие.

— Что они тут, бл… дь, совсем ох… ели?!

Он со злостью пнул какую-то кривую железку, которая пролетела пару метров и с громким грохотом ударилась о дверцу ближайшего гаража.

И тут же раздайся лай собак, громкий и злой. Дед вздрогнул и огляделся: было такое чувство, что собаки лают где-то в соседнем гаражном проходе.

— Пошли, — сказал он после паузы.

— Ага, — кивнул дядя Леша, достал сигарету, закурил. Руки у него чуть заметно тряслись.

Они шагали по проходу мимо мрачных гаражей, шагали гораздо быстрее, чем раньше. Лай собак не умолкал и, как показалось Витале, не отставал от них. Как будто их преследовали.

Взрослые не разговаривали, только сосредоточено шли прямо посередине проезда, словно не желая приближаться к гаражам, угрюмо смотрящим на мужчин своими мятыми и ржавыми боками.

Вот они прошли мимо гаража, ворота которого провалились внутрь. Влажная темнота провала дохнула на мальчика затхлым запахом, немного похожим на тот, что был в погребе на даче. Запахом гниющей картошки и старой сырости. В сумерках Виталя увидел, как какое-то живое существо, размером с кошку, шмыгнуло в темноту.

Виталя испуганно заглянул в лицо деда, на котором не было и следа былой веселости: он сосредоточенно смотрел вперед, изредка поглядывая почему-то на крыши гаражей, мимо которых они проходили. Лай не умолкал.

— Черт, х… ня какая-то, — сказал дядя Леша и остановился.