Большой секрет маленького метаморфа

А с чего все началось? С совы этой недоделанной! Сама мелкая, глазюки с полбашки круглые, горят, что твои хэллоуинские тыквы. Тьфу, а не подарок, хуже Сычика! Как такое только можно детям дарить?! Натурально, позорище, но ведь подааарок. Рон, конечно, попробовал подбодрить Тедди, пообещав, что на Рождество купит ему настоящую сову, а не это недоразумение. Так мало того, что наглый пацан сказал, что ему нравится эта, так еще и эта мерзость летающая Рону на голову паука уронила, и где только такого большого нашла. А когда он попытался поймать и проучить этот комок перьев, чтоб неповадно было на героев войны насекомых кидать, его сопливый хозяин разорался, как под Круцио. Тут и испанец этот нарисовался. Ну, он и сорвался с нервов. На Роновы вопли и остальные собрались, и тут-то Рон Уизли и получил за все его благие намерения: и, мол, судить по себе незнакомых не стоит, и за такие слова аристократы на дуэль вызывают, а все остальные без лишних слов лицо бьют, и на чужих детей орать приличные люди не орут, а звание героя войны и прочие личные заслуги, если они имеются, конечно, не повод нарушать нормы приличия. И все в таком духе. Тут Гермиона пришла, шипеть начала, миссис Тонкс внука юбкой прикрыла, Парвати с сестричкой зашептались (а то Рон не видел, как этот красавчик с ними и Кэти любезничал), а на закуску Тедди Люпин выдал, что Рон ему никто, а со знакомствами и подарками как-нибудь сам разберется, ну и про Гарри Поттера сказал. В-общем вышел Рональд Уизли кругом виноватым невоспитанным плебеем за все его попытки позаботиться о крестном сыне его умершего друга. Паршивый день, все наперекосяк, что и говорить. А дома Хью сопливит… Вот и сидит он теперь здесь, пьет и болтовню Джорджа слушает. Что-то братец раздухарился, надо же, Гарри Поттер ему приснился!

— Сравнил: крестный, которого он три года знал, и Фред, с которым мы всю жизнь вместе были!

Рон промолчал: от алкоголя у него уже стал заплетаться язык. Да и Джордж не ждал ответа:

— Еще и Анджи туда же: я такой-разэдакий, жалею только себя, а вот она, героиня вся из себя, Фреда помнит, но и жизни радоваться не забывает. Тоже мне!

Вот когда это Джордж успел с Анджелиной пообщаться? Они ж друг друга не слишком любят.

— Вот чего ты молчишь, братец, а? Тоже, небось, считаешь старину Джорджа никудышним пьяницей, да? Думаешь, все, кончился Джордж Уизли? А вот вас всем! Я еще покажу! Я еще столько вредилок выдумаю, Хогвартс содрогнется!

Рон только головой покачал: клялась лиса курей не душить. Уж чего только они не предпринимали, а непутевый братец как пил, так и пьет, разве что в этот апрель он не так буянил. Прошлую неделю вообще, как стеклышко был, видно напугал его тот, кто ему приснился. А сегодня вот сорвался…

Джордж, по всему, дошел до кондиции и, уронив голову на стол, захрапел. Вот странно жизнь поворачивается: Рона все считали посредственностью, а близнецов — нет, но вот он — спившийся Джордж и фактический владелец сети магазинов Рон. А ассортимент надо бы обновить… Может, еще раз пролистать рабочие дневники близнецов и отдать заметки «карманным змеям» — группе пораженных в правах слизеринцев и рэйвенкло, нанятых еще Флер — в лабораторию, они мозговитые, чего-нибудь да придумают.

Уизли плеснул себе еще Огденского, отхлебнул и посмотрел на брата. Надо бы его оттащить в спальню, а там можно… Хотя нет, домой лучше не надо. Да и что там ему делать? Слушать нотации благоверной или вытирать сопли карапузам? А вот неохота, слышите? У него был сегодня трудный день! Вот сейчас он уложит Джорджа, а потом всласть посидит с бутылкой. Надо же помянуть как следует Фреда, Люпина, Тонкс и всех остальных!Франко блаженствовал под ярким августовским солнцем. Неподалеку на мелководье под неусыпным оком бабушки довольным дельфиненком плескался Тедди. Нанито где-то охотился. Кажется, у них все получилось, во всяком случае, миссис Тонкс никак не препятствует их переписке и не высказывала недовольства, когда он заходил к ним летом в гости. Более того, когда наслушавшийся о подготовке Франко к намечающейся в начале августа Большой Ярмарке у Семи Сестер Тедди попросился поехать в Истборн, Андромеда неожиданно согласилась.

Для самого Франко эта Ярмарка должна была стать важной вехой в становлении его репутации как мастера-артефактора, специалиста по охранным и защитным артефактам. Если в Испании его уже знали (хотя больше как единственного за двадцать лет ученика мастера Хорхе), то в остальной Европе и тем более в Англии его имя было неизвестно. В-общем, в первый день работы Ярмарки Франко ощутимо потряхивало, он даже был вынужден надеть солнцезащитные очки, когда утром увидел в зеркале стремительно зеленеющие глаза. К счастью, Восточный Сассекс оправдывал звание «берега солнечного света», и на небе не было ни облачка.