Без аннотаций.
210 мин, 45 сек 29
***
Я был теперь все время при оружии. Держа теперь при себе все время свой пистолет. Походу все покатилось кувырком с гибелью пилотов, двух батискафов и практически всей основной дорогостоящей корабельной видеоаппаратуры. После этой кошмарной ожидаемой, но по легкомыслию и алчности допущенной катастрофы весь корабль точно умер. Было тихо. Но «АТТИКА» двигалась по океану. Кто-то ей сейчас управлял. Наверно, эти сами военные из Пентагона. Подчинив под ружье всю команду судна, и заставив таким образом работать на себя.
Я не знаю, что было бы со мной или с Ивашовым, если бы мы сейчас не сидели здесь у себя в каютах безвылазно и не попадись всем на глаза. Это был захват корабля. Пиратский захват.
Мы заняли каждый свою оборону, сейчас безвылазно отсиживаясь в своих каютах, ожидая любых неприятностей.
Нас, как ни странно, пока никто не арестовывал и вообще даже не беспокоил. Но толи еще могло быть.
Командование на себя взяли эти два НАТОвских офицера. Окружив себя вооруженными до зубов военными из своей команды. Они даже все переоделись в специальную черную спецов и амеровских коммандос форму. Вооружились винтовками и ружьями, что были на борту корабля и в их полном распоряжении. На «АТТИКЕ» было объявлено чрезвычайное военное положение.
Весь научный исследовательский корабль «АТТИКА» стал этаким плавучим военным объектом и для всех нас тюрьмой.
У меня побывала Френсис Варшавски. Она как сумасшедшая с вытаращенными своим синими глазами и без своих в золотой оправе очков, буквально прямо с дверей залетела ко мне. И закрыв спиной мою в каюту дверь, кинулась мне на шею, рыдая.
- Мне страшно, Дмитрий - произнесла навзрыд, она, обливаясь слезами – Они убили капитана Джека Тернера. Тот сошел с ума, и собирался удрать с корабля. Он хотел спустить надувной моторный катер, и был убит с двумя членами из своей судовой команды при попытке к бегству.
Мы попали в западню. Мы все не там, где должны быть и он это первый понял после того как погибли его люди из подводного экипажа вместе с батискафами. И теперь весь корабль это знает. И они его убрали. Они сами сейчас как ненормальные и сумасшедшие. Лари Браун на стены лезет.
Кругом паника и тихий ужас, любимый. Что мне делать.
- Успокойся, Френ? – я спросил свою любовницу - Это все, те два полковника из Пентагона?
- Военные – произнесла она мне – Теперь они командуют здесь всем и превратили это судно в плавучую тюрьму. У них приказ.
- Что? – я удивленно спросил ее – Какой еще приказ.
- Из их главного в Вашингтоне штаба – произнесла мне моя любимая американка ученая Френсис Варшавски – Они получили приказ. Из Пентагона. Я знаю. Они плюнули на это золото, и теперь выполняют главную свою поставленную задачу. Им нужна она.
- Кто она, Френ? - произнес я удивленно –Ничего не понимаю вообще.
- Эта морская Богиня Нагиса - она мне ответила - Поиск золота это была вторая задача. Но она не получилась, и они снова приступили к выполнению первой. Это распоряжение самого Теодора Джексона и военных из Пентагона.
- Вот черт! – я произнес – Мы все в опасности значит.
- Особенно твой коллега Владимир - произнесла Френсис – Они давно охотятся за ней и он для них как приманка. Ты их сам видел. Они эти существа существуют. А у этих военных есть здесь на борту корабля специальная ловушка. И они теперь вольны ее применить. Они хотят выбраться отсюда. И считают теперь это единственным выходом. Но для этого нужно им поймать одного из этих морских существ. И желательно ее.
- Ловушка? Какая еще ловушка, Френ? - я спросил напуганную любимую.
- Не знаю точно – ответила Френсис Варшавски, прижавшись головой и всем телом ко мне - Что-то вроде электронной вакуумной клетки. Не знаю точно. Но ее загрузили в специальном военном порту сюда на борт и в грузовой трюм корабля. Что-то электронное и, наверное, ужасное. Мне страшно, Дима – Френ обратилась так по имени ко мне сокращенно. Я ее так научил.
- Вот вам ваше золото - произнес я ей – Вот во что все в конце то концов вылилось. И я попал сюда тоже как последний дурак. Был приказ, но я мог его обжаловать и не быть сейчас здесь на этом вашем судне. Но согласился. Вот идиот. Меня заманил сюда мой любимый Тихий океан. Будь он теперь неладен. И мое неверие во все потустороннее и неизвестное.
- Как и я. И я тоже дурра - произнесла мне Френсис - Я могла тоже отказаться. Но мне обещали повышение по карьерной лестнице, и целую за это плавание свою научную лабораторию от моего института биологии и океанологии во Флориде. И я купилась на это.
- Но не случись такого, то я бы тебя никогда не встретил, девочка моя – произнес я Френсис – Что я сейчас вообще несу? - я сам себе задал такой вопрос, думая, что женщин много, а я один такой. И на мой век и так хватило бы. И что я влюбился в эту чертову красавицу американку. На свою же беду и голову. Но теперь это было не важно. Что я, что Фрэнсис попали оба в переделку вместе с этим Ивашовым. И подумал сейчас о нем. О том, как он там в своей запертой каюте. Без оружия и рассчитывающий, теперь только на свои молодые силы.
- Нам отсюда так просто уже не выбраться. Мы даже не знаем сейчас, где находимся сами - произнесла Френсис Варшавски.
- Не понял, Френ? - я опять был удивлен ее ответом.
- Этот лиловый туман – произнесла она мне – Мы не в этом мире, любимый. И неизвестно сможем ли вернуться как Ивашов обратно. Нам нужна самим эта его Нагиса. Мы должны поговорить с Владимиром. Ты должен поговорить с ним и что-то предпринять, пока эти чокнутые военные не натворили чего похуже. Теперь только он сможет нам помочь. Больше нам не на кого рассчитывать.
В это время постучали в каюты дверь.
Я посмотрел в глазок двери. Там стоял полковник ВМС США летчик и штабной офицер Пентагона Тобиас Старки. И как видно один. Но я не мог решиться открыть свою дверь. Отпихнув Френсис Варшавски за свою спину, я стал ждать.
Тот постучал еще раз и произнес мне стоящему за этой дверью – Я знаю, коллега – он так начал интересно – Я знаю, вы в каюте и стоите за дверью. Не делайте глупостей и откройте мне. Это в ваших же интересах, коллега. Я без оружия. И я пришел с вами поговорить.
Френсис закрыла рот своими руками. Она была в ужасе и не знала, куда деваться сейчас.
- Френсис Варшавски у вас, я знаю - произнес он мне через дверь – Я видел, как она заскочила к вам. Но ее никто не тронет. И она мне не помешает поговорить с вами, если не станет вмешиваться в наш личный разговор между двумя военными офицерами разных держав.
- Хорошо – произнес я, показывая Френсис, взять себя в руки кивком своей головы, успокоиться и сесть на мою кровать и ближе к иллюминатору.
Я открыл осторожно свою в каюту дверь и из приоткрытой двери осмотрел полковника Тобиаса Старки.
Тот стоял, опустив обе руки вдоль туловища и своей военной черной спецформы. Форма не имела нашивок. Все здесь военные и так знали друг друга. Свои звания и, кто над кем командир. Поэтому в знаках отличия не имелось смысла.
- Хорошо, проходите – я сказал ему и отошел от двери, впуская к себе военного.
Тобиас Старки окинул каюту своим быстрым военного взором карих пронзительных и почти не моргающих глаз, бросив взор и на сидящую уже на постели у оконного круглого иллюминатора, ученую и мою любовницу американку Френсис Варшавски.
- Мне вести разговор, стоя или все же предложите мне присесть, хоть куда-то? – спросил он у меня.
- Да, пожалуйста, вон садитесь на тот стул - произнес я ему, указывая правой рукой на стоящий у прикроватного столика стул, сам закрывая плотно дверь на замок и поправляя сзади за поясом и ремнем своих штанов свой 9мм ПМ «МАКАРОВ».
- Ну, с - я произнес ему – О чем будет беседа? Надеюсь, присутствие дамы нам не помешает?
- Совсем нет – произнес полковник ВМС США летчик и штабной офицер Пентагона Тобиас Старки – Это касается и ее тоже.
- Сразу начну с того - произнес Тобиас Старки - Вы верите в чудеса?
- Ну я уже недавно видел нечто, что можно назвать чудесами, и не раз уже – произнес я ему – Так что можно, что сказать именно так. Хотя ранее я не был таким легковерным во всем, что касалось некоего чуда.
- Я тоже – тот ответил мне - И, тем не менее, мы стали заложниками такого чуда. Хотя, что кривить мы все здесь именно из-за этого. Мы здесь скажем прямо по вине вашего подзащитного друга и теперь даже приятеля Ивашова Владимира.
- В смысле? – я произнес, не совсем понимая намека – Объясните.
- Мы попали во временной межпространственный карман, если говорить словами ученых, а не военных. Но особенный карман. И все завязано на вашего подопечного Ивашова Владимира. И сейчас мы осознали, что нам так просто отсюда не выбраться. Мы должны убить Ивашова Владимира – произнес полковник Тобиас Старки – Это все из-за него. Это он втянул нас в эту заварушку. Он опасен. Кто знает, что произойдет завтра или даже уже сегодня. Если у нас ничего не получиться, тогда….
- Не гоните коней, полковник – произнес я несколько даже агрессивно и напористо – Вы думаете, я вот так позволю вам это сделать. Во первых, он русский как и я. Во вторых, он мой подзащитный. И я приставлен нашими, и штабом ВМФ РОССИИ сторожить и охранять его покой, жизнь и здоровье.
Он промедлил с ответом.
Френсис хотела, что-то вставить, но я категорически дал ей понять, что пока не время открывать свой милый красивый женский ротик. И произнес сам - Что тогда? – я буквально набросился на него –Что?
- Нам придется это сделать, согласитесь, вы или нет – произнес офицер Пентагона – Не взирая, на ваши все личные и государственные приоритеты. Но лучше было бы, если бы да. Так было бы лучше всем. Это в ваших же личных интересах. Несмотря, на ваш долг русского офицера. И то, что он ваш подзащитный.
- Объясните, вообще, к чему вы клоните, полковник? И чем он вам мешает? – спросил я Тобиаса Старки.
- Его связь с морским монстром или неким существом по имени Нагиса – произнес полковник Тобиас Старки - Мы находимся сейчас в мире этой толи русалки, толи дриады и Богини Тихого океана.
- Вы, мне все же казались реалистом и кажется, военные не особо верят в такое. Во всякую ересь и чепуху - произнес я ему.
- А вы, нет? – произнес Тобиас Старки – До сегодняшнего дня было преимущественно так. Но вы, как и я, были тоже свидетелем всего, что тут произошло. Не может такого быть, чтобы вы стали отрицать все это. Лиловый туман, умная или кем-то управляемая вода, изменяющая свою молекулярную структуру и массу, уничтожившая и убившая два наших батискафа, растворив в пыль все золото. И то, чего, вы, уж точно не знаете, мой коллега по оружию.
Тобиас подсел ближе ко мне и молчавшей, как рыба Френсис, пододвинув свой стул к кровати.
- Даже ваша близкая любовница и подруга, хоть и ученая с высшей степенью своей учености и звания. И то этого не знает – он, снова, пристально посмотрев на Френсис Варшавски, продолжил – Мы не только не в этом мире. Но вообще застряли между мирами. А если быть точнее, как вы сами того желали знать. Мы в самой голове вашего коллеги Ивашова Владимира. Где-то внутри его мозга. В его мыслях и фантазиях умирающего от рака еле живого человека. Тот Ивашов, что здесь, это не настоящий Ивашов Владимир. В отличие от нас с вами. Виной всему его роковая безумная нерушимая любовь к морскому существу и его такая же нерушимая и неразделимая с ним тесная связь как некое одно целое. Это оно создало, этот чертов ловчий для нас всех карман. Этот капкан. И в его мозгу и голове. Если он еще тогда смог выбраться из него. Оно отпустило его. То теперь вряд ли это уже сделает. Ивашов нужен ему или ей, черт знает, кто это вообще. И если мы не выберемся отсюда нам полный конец. Представьте, если до этого он возьмет и умрет. Что тогда? Вот и думайте теперь, как нам быть.
- Вы хотите сказать, что Ивашов не реальный. Он что, призрак, что ли? - я произнес и даже засмеялся – А мы тогда, кто вообще и какие? - я добавил Тобиасу Старки.
- Ужас! - вырвалось у молчавшей как набравшей воды моей любовницы ученой Френ Варшавски – Дима! Что он говорит?
- Как вам такая наука, ученая коллега? Вы же хотели все изучить и все узнать. Достичь непостижимое. Изучить все это. Или не так? - произнес, глядя прямо в глаза, Френсис Варшавски, военный полковник из Пентагона – Но все пошло не так как нами, а не вами даже планировалось. Все с самого начала экспедиции уже шло не так как вам хотелось. И эта катастрофа с подъемом золота подвела всему финальный итог. Вот поэтому мы взяли полный контроль над всем научным судном. И сейчас нам всем нужно, что-то предпринять. Иначе нам отсюда не выбраться никогда.
- Вы хотите сказать, полковник – произнесла моя любовница ученая Френ – Что мы теперь, как и Ивашов Владимир тоже призраки здесь и сейчас? Или что-то подобное?
- Или что-то подобное, дорогая моя коллега – произнес Тобиас Старки – Хотите теперь вы этого или нет. Верите, вы в это или нет. Но это теперь именно так.
Я не знал верить этому всему, или нет, и произнес - А какое, тогда основание в убийстве Ивашова – Если он умрет.
- Мы сможем разорвать, таким образом, связь между той морской тварью и им – произнес мне полковник Тобиас Старки.
- Тварью? – произнес его, спрашивая я, не понимая пока ничего.
– Нагисой. Морской Богиней, русалкой и дриадой – он пояснил мне и Френсис Варшавски - И возможно сможем открыть временной этот карман на время. Затем, выскочить из него в реальный Тихий океан из мнимого и не настоящего. Из головы умирающего Ивашова Владимира.
- Но, тогда, как мы сюда вот так попали? – произнесла Френсис – Мне даже ученой это непонятно. Мы же плыли по настоящему реальному Тихому океану.
- Я объясню – произнес полковник Тобиас Старки - Ивашов никогда его не покидал. Он и сейчас здесь и в своей каюте и в этом океане. И еще черт знает где. Он даже сам того не знает. Вот он будет сам удивлен, если все ему рассказать, что да как. Сущность Ивашова поглотила часть этого мира и держит до сих пор в себе еще после того трагического плавания, когда он оказался после катастрофы в океане в долгой полной отключке и без сознания, где путешествовал на некой яхте и с двумя своими спутниками.
Такими, же вымышленными как все вокруг. Эти меняющие свой облик и вид острова. Рожденными его спящим в полусмертном состоянии болезненным сознанием. Даже его эта дриада по имени толи Джейн, толи Нагиса, мы и сами не знаем, кто она. Реальность или вымысел. Как и весь этот мир со всеми этими Богами и Богинями. Морскими русалками и прочими существами. Но нам она тоже необходима. Она связь с тем Ивашовым и этим миром. Между реальностью. И игрой болезненного полусмертного сознания. Вот для этого на этом корабле есть кое-что, что сможет поймать ее. Она может быть нашим спасением. Если мы сможем повлиять на это Божество и заставить его в нужном направлении руководить сознанием Ивашова Владимира.
- И вы намерены поймать это морское существо? – спросил я НАТОвского штабного полковника.
- Нам необходимо поймать это существо, способное изменять само время и пространство – произнес полковник ВМС США Тобиас Старки – Именно оно поработило сознание Ивашова Владимира и сделало почти Богом, равноценным себе. Эта гребаная развращенная совратительница сердец моряков, морская дриада, ведьма и блудная дочь Посейдона с именем Нагиса. Это наша главная цель. Мы здесь именно и в первую очередь за этим. Этого желают многие и сам мистер Джексон желает того же. Он куда больше желает этого, чем вернуть свое потерянное золото. Он влюблен в эту Нагису также как и ваш Ивашов. Джексон встретил ее в океане, плавая на яхте с названием «Аrabella». Его тогда потеряли и нашли через несколько дней, как и Ивашова, но одного и без членов экипажа. Сейчас в том же положении, что и ваш подопечный. Они тесно взаимосвязаны друг с другом по обе стороны континентов. Сейчас как два соперника за сердце прекрасной дамы. Два влюбленных и вечных непримиримых врага. Для Ивашова Нагиса это его любимая и любовница латиноамериканка из Панамы Джейн Морган. Для мистера Джексона это некая австралийка и морская путешественница Мэри Стрит Уотсон. Но все это одна и та же женщина. С одним телом и одним лицом. И у каждого своя история. Но хитроумно сплетенная в одно целое и завязанная на двоих влюбленных.
- Ничего себе, любовная интрига! - потрясенная произнесла Френсис Варшавски - А мы между ними, так, кто тогда? – спросила она следом.
- Никто, случайные прохожие. Вот и все, ученая моя коллега. Жертвы дикого кошмарного просто случая, если хотите, рока. Но без нас ничего не выйдет -произнес поясняя ей и мне заодно, полковник ВМС США летчик Тобиас Старки - Мистер Теодор Джексон желает освободиться от этого всего в отличие от Ивашова Владимира. Он при смерти. У него онкология. Опухоль в голове, знаете ли, дело не шуточное. И вот мы здесь. Вы в принципе все понимаете верно - ответил ей Тобиас Старки – И к тому же, мистер Джексон такой же пленник здесь, как и мы все.
- Мы, что смертники? – спросил я его в состоянии дикого гнева – Я не давал такому своего согласия! Какого черта! И к тому же попал в это адское место совершенно бесплатно! Здорово! Нечего сказать!
Я был в растерянности и не знал, как такому всему вообще уже верить. И, кроме того, был в состоянии рвать и метать. Я не знал, как быть и что теперь даже делать. Я такого даже себе представить не мог и близко, чтобы вот так оказаться в таком положении жертвы. И в положении полнейшей безвыходности.
Сейчас у моей подруги американки ученой и любовницы Френсис Варшавски были такими глаза, что не описать. Они просто остекленели от ужаса и всего услышанного, в которое хочешь, верь, хочешь, нет. Но то, что она, как и все тут попали, простите в полную задницу, это было видно, по ее женским невероятной красоты синим глазам. И дело было практически безвыходным.
- Не вините своих, мистер Ликандров – произнес Тобиас Старки - Они про все это знают, ровным счетом столько же, сколько и вы. До сегодняшних разъяснений. Думаю, если бы знали, то не отпустили вас сюда. И это точно.
Он посмотрел на перепуганную и растерянную в отчаянии мою американку любовницу и произнес - Я думаю, вашу подругу лучше отпустить теперь к себе в каюту - произнес Тобиас Старки – Ее женской милой головке уже хватит всего этого ужаса, в котором мы оказались. Пусть отдохнет и немного развеется от услышанного. А нам надо еще кое-что обсудить и уже наедине. Как военный с военным.
Френ поняла все без слов. И, встав даже, не возражая, и молча, быстро ушла, оставив нас, друг, против друга и наедине.
Я смотрел на НАТОвского полковника и лишь слышал, как щелкнули замки, и открылась, а потом, закрылась в мою каюту дверь. Моя любимая Френсис Варшавски покинула нас сидящих друг против друга, и смотрящих не отрываясь, также друг на друга.
- И так продолжим - произнес первым полковник ВМС США летчик морских сил – Ну как, вы даете свое согласие.
- Снова согласие – произнес я ему.
- Мы проверили вас - произнес полковник - Вы показали себя как неплохой организатор и командир. Вы неплохо покомандовали корабельным этим экипажем нашего судна. Надеюсь включить вас в нашу группу теперь нашего общего спасения. Лишний боевой опыт боевого морского офицера в данном варианте нам не помешает.
- Но я пока еще не дал согласия –произнес я ему.
- Есть еще время – произнес Тобиас Старки – Но его совсем немного осталось у нас всех. Нужно быстро и решительно всем нам сообща действовать. Так что подумайте, мистер или как у вас принято обращаться, товарищ Ликандров Дмитрий Ефимович. Это все в ваших тоже интересах.
- Откуда вам знать, какие тут мои интересы? – я произнес возмущенно офицеру из НАТО.
- Ну, хотя бы ваши личные недвусмысленные отношения к ученой Френсис Варшавски - произнес Тобиас Старки – Вы о ней подумайте тоже.
- Она работает на вас? С вами за одно? - я спросил его.
Вдруг у меня закралось неожиданно враждебное подозрение к моей возлюбленной. Кто его знает. Она американка и я еще не достаточно хорошо, кроме постели не знаю о ней ничего.
- Ну, что вы – тот ответил мне совершено хладнокровно - У ученых тут свои были интересы. И не совсем научные тоже.
- В смысле? – спросил снова я его.
Я сейчас не совсем понимал про, что он.
- Вы слышали, надеюсь про черные секты - произнес полковник из Пентагона.
- Допустим, что-то и кое-что слышал – произнес я ему.
- Я продолжу, если вы не будете мне мешать своими выкриками и ненужными сейчас словами – он произнес мне.
- Хорошо - я послушался американца и произнес ему - Продолжайте, что ученые и секты?
- Вы знаете, что в подобных с идеальной секретностью и крайне жестких в своих правилах и порядках организациях преимущественно руководимых евреями и их общинами, именно ученые - произнес мне военный НАТО.
- Без понятия - я ответил - Мне такого в школе и на военной кафедре не преподавали.
- Так вот, секты – он продолжил - Они почти целиком состоят из ученых. Не из шибанутых верующих дебилов и религиозных фанатиков, а именно ученых. Разных ученых из разных наук. Но в основном метафизиков.
- И что? – я спросил его – Какое к этому всему имеет это отношение?
- А то, что когда любой из них, как правило, заядлый прагмат и не верующий ни в какие чудеса и потусторонние явления в конце своих научных изысканий и вычислений приходит в окончательный тупик, становится перед выбором - произнес полковник Тобиас Старки.
- Каким еще выбором? – спросил я.
- Узнать больше - произнес Тобиас Старки - И каждый из них начинает искать того, кто им сможет все разъяснить и подтвердить всю их правильность мыслей и выводов. А, кто это может лучше всего сделать? Кто? Даже их еврейская Великая Тора, равно как и сама Библия, не есть факт всего полного подтверждения всех их догм и научных сделанных выводов и решений.
- Бог? – произнес, вопросительно я ему.
- Бог - он утвердительно ответил мне, кивнув своей черноволосой коротко остриженной по-военному головой, и продолжил - Они начинают искать его, ставя уже другие опыты. Эти опыты называются жертвоприношениями. Точнее все упирается именно в это. И никак не иначе. Почему-то и кто-то в этих их еврейских сектах считает, что путь жертвы и есть путь к Богу. Максимально верный путь к их всем познаниям сути Бога и всех расчудесных природных явлений, которые невозможно научно обосновать и объяснить. А познать хочется, что там за самой гранью этого естественного живого мира.
- Жертвоприношения делались и ранее с глубокой древности - произнес я ему - Как я помню еще с уроков истории и школы.
- Я это знаю тоже со школы - произнес он мне – Но есть одно но. Почему-то все они в итоге своих исследований начинают считать, что именно жертвоприношение Богу и есть связь с Высшим Существом и Творцом мира. Сначала в ход идут жертвоприношения животных потом уже и людей.
- И что? Дальше – произнес я. И мне ход его мыслей становился интересней.
- Для чего был создан учеными Коллайдер? –спросил Тобиас Старки меня.
- Ну, тут я знаю. Тоже с поиском некоего Бога – произнес я ему.
- Не совсем - Тобиас Старки - Доказательство его существования, равно как и иного мира. Любое доказательство. И всего, что бы привело их к этому. И тут ученые все в первых рядах. Не святоши какие-нибудь или религиозные фанатики. А именно ученые. Все остальные лишь подручный их инструмент к этой цели. Любая наука доходит до своей грани и точки и упирается в это. И в ход уже идет не Библия или Тора, а другие книги. По окультике и древним магическим знаниям. Особенно по древним манускриптам и древней такой же литературе древних магов и колдунов. В поисках истины и Бога, они хватаются за любые чудеса и все необъяснимое и сами желают творить такое же. Эти все ученые они страшнее даже нас тупоголовых военных, жаждущих только воевать, завоевывать и убивать. Эти пошли иным путем и куда продвинутей нас в области убийства и стремления к этому. Отсюда и появились все эти секты. Их поставленные задачи до конца неизвестны никому. Но они уже столько угробили народа в достижении желаемых своих целей. Причем бесчувственно и безжалостней, чем даже мы.
Он неожиданно спросил меня - Вы, наверное, знаете про такого ученого как Исаак Ньютон.
- Слышал еще в школе – я произнес Тобиасу Старки - Ньютон вроде был неким даже в свое время вундеркиндом. Да и прожил не так долго. Закон гравитации, там и все такое.
- Нет, не все там такое – возразил Тобиас Старки - Ньютон вывел закон гравитации. Так?
- Так, допустим – произнес я ему.
- Но, Ньютон лишь узаконил с научной точки зрения это явление - произнес Тобиас Старки - Сама же гравитация существовала и без его выводов и законов. Она существовала и задолго до него и всего человечества, раньше вас и нас с момента зарождения самой Земли. Ньютон лишь вывел этот и задокументировал этот закон с научной точки зрения. И все. Это все что от него требовалось. Но гравитацию создала сама природа. А сама природа и есть, что? И есть сам Творец и Бог.
- Я все понял – произнес я Тобиасу Старки - Все уяснил к чему все эти разговоры. Понял, что и ученые тут далеко не случайно.
- Более, чем не случайно - произнес полковник Тобиас Старки - Но мы все равно все вляпались. И все в ловушке, которую нам устроил, конечно, не Бог, но нечто равноценное, почти можно сказать, кое в чем Господу Богу. И теперь нам надо всем вместе думать, как выбраться отсюда. Всем нам сообща.
- Я все понял – произнес я ему – Я прекрасно понимаю ваши здесь интересы. Даже понимаю интересы самого этого мистера Теодора Джексона, которого в глаза даже не видел. И что вы мне предлагаете. Убить моего подзащитного Ивашова Владимира? Чтобы спасти самого себя и вас вместе с этим кораблем? С этими всеми горе учеными?
- Ваша любовница Френсис Варшавски идет своим путем, а не нашим. Она не с нами военными. Она просто тоже, как и мы чей-то в руках исследований инструмент и все, ставшая, как все мы жертвами и попав в эту временную ловушку. Вы готовы ей помочь? Как всем нам? – произнес Тобиас Старки – У нас почти нет времени на долгие размышления. Но я еще дам вам немного его на рассуждения с самим собой. Подумайте до завтра. И решите с кем вы и, что собираетесь предпринять. Может в вашей светлой голове русского военного офицера и разведчика что-то возникнет более интересное и существенное, чем думаем мы. Возможно, будут и другие решения всех возникших в данный момент проблем. Подумайте до завтра, пока мы плывем к самой границе лилового тумана - он произнес и встал со стула.
Я проводил штабного офицера Пентагона до своих дверей каюты лишь своим пристальным долгим взглядом. И когда закрылась за Тобиасом Старки дверь, я впал в долгое раздумье, приходя к ужасающим и драматическим в своих рассуждениях выводам.
Я был теперь все время при оружии. Держа теперь при себе все время свой пистолет. Походу все покатилось кувырком с гибелью пилотов, двух батискафов и практически всей основной дорогостоящей корабельной видеоаппаратуры. После этой кошмарной ожидаемой, но по легкомыслию и алчности допущенной катастрофы весь корабль точно умер. Было тихо. Но «АТТИКА» двигалась по океану. Кто-то ей сейчас управлял. Наверно, эти сами военные из Пентагона. Подчинив под ружье всю команду судна, и заставив таким образом работать на себя.
Я не знаю, что было бы со мной или с Ивашовым, если бы мы сейчас не сидели здесь у себя в каютах безвылазно и не попадись всем на глаза. Это был захват корабля. Пиратский захват.
Мы заняли каждый свою оборону, сейчас безвылазно отсиживаясь в своих каютах, ожидая любых неприятностей.
Нас, как ни странно, пока никто не арестовывал и вообще даже не беспокоил. Но толи еще могло быть.
Командование на себя взяли эти два НАТОвских офицера. Окружив себя вооруженными до зубов военными из своей команды. Они даже все переоделись в специальную черную спецов и амеровских коммандос форму. Вооружились винтовками и ружьями, что были на борту корабля и в их полном распоряжении. На «АТТИКЕ» было объявлено чрезвычайное военное положение.
Весь научный исследовательский корабль «АТТИКА» стал этаким плавучим военным объектом и для всех нас тюрьмой.
У меня побывала Френсис Варшавски. Она как сумасшедшая с вытаращенными своим синими глазами и без своих в золотой оправе очков, буквально прямо с дверей залетела ко мне. И закрыв спиной мою в каюту дверь, кинулась мне на шею, рыдая.
- Мне страшно, Дмитрий - произнесла навзрыд, она, обливаясь слезами – Они убили капитана Джека Тернера. Тот сошел с ума, и собирался удрать с корабля. Он хотел спустить надувной моторный катер, и был убит с двумя членами из своей судовой команды при попытке к бегству.
Мы попали в западню. Мы все не там, где должны быть и он это первый понял после того как погибли его люди из подводного экипажа вместе с батискафами. И теперь весь корабль это знает. И они его убрали. Они сами сейчас как ненормальные и сумасшедшие. Лари Браун на стены лезет.
Кругом паника и тихий ужас, любимый. Что мне делать.
- Успокойся, Френ? – я спросил свою любовницу - Это все, те два полковника из Пентагона?
- Военные – произнесла она мне – Теперь они командуют здесь всем и превратили это судно в плавучую тюрьму. У них приказ.
- Что? – я удивленно спросил ее – Какой еще приказ.
- Из их главного в Вашингтоне штаба – произнесла мне моя любимая американка ученая Френсис Варшавски – Они получили приказ. Из Пентагона. Я знаю. Они плюнули на это золото, и теперь выполняют главную свою поставленную задачу. Им нужна она.
- Кто она, Френ? - произнес я удивленно –Ничего не понимаю вообще.
- Эта морская Богиня Нагиса - она мне ответила - Поиск золота это была вторая задача. Но она не получилась, и они снова приступили к выполнению первой. Это распоряжение самого Теодора Джексона и военных из Пентагона.
- Вот черт! – я произнес – Мы все в опасности значит.
- Особенно твой коллега Владимир - произнесла Френсис – Они давно охотятся за ней и он для них как приманка. Ты их сам видел. Они эти существа существуют. А у этих военных есть здесь на борту корабля специальная ловушка. И они теперь вольны ее применить. Они хотят выбраться отсюда. И считают теперь это единственным выходом. Но для этого нужно им поймать одного из этих морских существ. И желательно ее.
- Ловушка? Какая еще ловушка, Френ? - я спросил напуганную любимую.
- Не знаю точно – ответила Френсис Варшавски, прижавшись головой и всем телом ко мне - Что-то вроде электронной вакуумной клетки. Не знаю точно. Но ее загрузили в специальном военном порту сюда на борт и в грузовой трюм корабля. Что-то электронное и, наверное, ужасное. Мне страшно, Дима – Френ обратилась так по имени ко мне сокращенно. Я ее так научил.
- Вот вам ваше золото - произнес я ей – Вот во что все в конце то концов вылилось. И я попал сюда тоже как последний дурак. Был приказ, но я мог его обжаловать и не быть сейчас здесь на этом вашем судне. Но согласился. Вот идиот. Меня заманил сюда мой любимый Тихий океан. Будь он теперь неладен. И мое неверие во все потустороннее и неизвестное.
- Как и я. И я тоже дурра - произнесла мне Френсис - Я могла тоже отказаться. Но мне обещали повышение по карьерной лестнице, и целую за это плавание свою научную лабораторию от моего института биологии и океанологии во Флориде. И я купилась на это.
- Но не случись такого, то я бы тебя никогда не встретил, девочка моя – произнес я Френсис – Что я сейчас вообще несу? - я сам себе задал такой вопрос, думая, что женщин много, а я один такой. И на мой век и так хватило бы. И что я влюбился в эту чертову красавицу американку. На свою же беду и голову. Но теперь это было не важно. Что я, что Фрэнсис попали оба в переделку вместе с этим Ивашовым. И подумал сейчас о нем. О том, как он там в своей запертой каюте. Без оружия и рассчитывающий, теперь только на свои молодые силы.
- Нам отсюда так просто уже не выбраться. Мы даже не знаем сейчас, где находимся сами - произнесла Френсис Варшавски.
- Не понял, Френ? - я опять был удивлен ее ответом.
- Этот лиловый туман – произнесла она мне – Мы не в этом мире, любимый. И неизвестно сможем ли вернуться как Ивашов обратно. Нам нужна самим эта его Нагиса. Мы должны поговорить с Владимиром. Ты должен поговорить с ним и что-то предпринять, пока эти чокнутые военные не натворили чего похуже. Теперь только он сможет нам помочь. Больше нам не на кого рассчитывать.
В это время постучали в каюты дверь.
Я посмотрел в глазок двери. Там стоял полковник ВМС США летчик и штабной офицер Пентагона Тобиас Старки. И как видно один. Но я не мог решиться открыть свою дверь. Отпихнув Френсис Варшавски за свою спину, я стал ждать.
Тот постучал еще раз и произнес мне стоящему за этой дверью – Я знаю, коллега – он так начал интересно – Я знаю, вы в каюте и стоите за дверью. Не делайте глупостей и откройте мне. Это в ваших же интересах, коллега. Я без оружия. И я пришел с вами поговорить.
Френсис закрыла рот своими руками. Она была в ужасе и не знала, куда деваться сейчас.
- Френсис Варшавски у вас, я знаю - произнес он мне через дверь – Я видел, как она заскочила к вам. Но ее никто не тронет. И она мне не помешает поговорить с вами, если не станет вмешиваться в наш личный разговор между двумя военными офицерами разных держав.
- Хорошо – произнес я, показывая Френсис, взять себя в руки кивком своей головы, успокоиться и сесть на мою кровать и ближе к иллюминатору.
Я открыл осторожно свою в каюту дверь и из приоткрытой двери осмотрел полковника Тобиаса Старки.
Тот стоял, опустив обе руки вдоль туловища и своей военной черной спецформы. Форма не имела нашивок. Все здесь военные и так знали друг друга. Свои звания и, кто над кем командир. Поэтому в знаках отличия не имелось смысла.
- Хорошо, проходите – я сказал ему и отошел от двери, впуская к себе военного.
Тобиас Старки окинул каюту своим быстрым военного взором карих пронзительных и почти не моргающих глаз, бросив взор и на сидящую уже на постели у оконного круглого иллюминатора, ученую и мою любовницу американку Френсис Варшавски.
- Мне вести разговор, стоя или все же предложите мне присесть, хоть куда-то? – спросил он у меня.
- Да, пожалуйста, вон садитесь на тот стул - произнес я ему, указывая правой рукой на стоящий у прикроватного столика стул, сам закрывая плотно дверь на замок и поправляя сзади за поясом и ремнем своих штанов свой 9мм ПМ «МАКАРОВ».
- Ну, с - я произнес ему – О чем будет беседа? Надеюсь, присутствие дамы нам не помешает?
- Совсем нет – произнес полковник ВМС США летчик и штабной офицер Пентагона Тобиас Старки – Это касается и ее тоже.
- Сразу начну с того - произнес Тобиас Старки - Вы верите в чудеса?
- Ну я уже недавно видел нечто, что можно назвать чудесами, и не раз уже – произнес я ему – Так что можно, что сказать именно так. Хотя ранее я не был таким легковерным во всем, что касалось некоего чуда.
- Я тоже – тот ответил мне - И, тем не менее, мы стали заложниками такого чуда. Хотя, что кривить мы все здесь именно из-за этого. Мы здесь скажем прямо по вине вашего подзащитного друга и теперь даже приятеля Ивашова Владимира.
- В смысле? – я произнес, не совсем понимая намека – Объясните.
- Мы попали во временной межпространственный карман, если говорить словами ученых, а не военных. Но особенный карман. И все завязано на вашего подопечного Ивашова Владимира. И сейчас мы осознали, что нам так просто отсюда не выбраться. Мы должны убить Ивашова Владимира – произнес полковник Тобиас Старки – Это все из-за него. Это он втянул нас в эту заварушку. Он опасен. Кто знает, что произойдет завтра или даже уже сегодня. Если у нас ничего не получиться, тогда….
- Не гоните коней, полковник – произнес я несколько даже агрессивно и напористо – Вы думаете, я вот так позволю вам это сделать. Во первых, он русский как и я. Во вторых, он мой подзащитный. И я приставлен нашими, и штабом ВМФ РОССИИ сторожить и охранять его покой, жизнь и здоровье.
Он промедлил с ответом.
Френсис хотела, что-то вставить, но я категорически дал ей понять, что пока не время открывать свой милый красивый женский ротик. И произнес сам - Что тогда? – я буквально набросился на него –Что?
- Нам придется это сделать, согласитесь, вы или нет – произнес офицер Пентагона – Не взирая, на ваши все личные и государственные приоритеты. Но лучше было бы, если бы да. Так было бы лучше всем. Это в ваших же личных интересах. Несмотря, на ваш долг русского офицера. И то, что он ваш подзащитный.
- Объясните, вообще, к чему вы клоните, полковник? И чем он вам мешает? – спросил я Тобиаса Старки.
- Его связь с морским монстром или неким существом по имени Нагиса – произнес полковник Тобиас Старки - Мы находимся сейчас в мире этой толи русалки, толи дриады и Богини Тихого океана.
- Вы, мне все же казались реалистом и кажется, военные не особо верят в такое. Во всякую ересь и чепуху - произнес я ему.
- А вы, нет? – произнес Тобиас Старки – До сегодняшнего дня было преимущественно так. Но вы, как и я, были тоже свидетелем всего, что тут произошло. Не может такого быть, чтобы вы стали отрицать все это. Лиловый туман, умная или кем-то управляемая вода, изменяющая свою молекулярную структуру и массу, уничтожившая и убившая два наших батискафа, растворив в пыль все золото. И то, чего, вы, уж точно не знаете, мой коллега по оружию.
Тобиас подсел ближе ко мне и молчавшей, как рыба Френсис, пододвинув свой стул к кровати.
- Даже ваша близкая любовница и подруга, хоть и ученая с высшей степенью своей учености и звания. И то этого не знает – он, снова, пристально посмотрев на Френсис Варшавски, продолжил – Мы не только не в этом мире. Но вообще застряли между мирами. А если быть точнее, как вы сами того желали знать. Мы в самой голове вашего коллеги Ивашова Владимира. Где-то внутри его мозга. В его мыслях и фантазиях умирающего от рака еле живого человека. Тот Ивашов, что здесь, это не настоящий Ивашов Владимир. В отличие от нас с вами. Виной всему его роковая безумная нерушимая любовь к морскому существу и его такая же нерушимая и неразделимая с ним тесная связь как некое одно целое. Это оно создало, этот чертов ловчий для нас всех карман. Этот капкан. И в его мозгу и голове. Если он еще тогда смог выбраться из него. Оно отпустило его. То теперь вряд ли это уже сделает. Ивашов нужен ему или ей, черт знает, кто это вообще. И если мы не выберемся отсюда нам полный конец. Представьте, если до этого он возьмет и умрет. Что тогда? Вот и думайте теперь, как нам быть.
- Вы хотите сказать, что Ивашов не реальный. Он что, призрак, что ли? - я произнес и даже засмеялся – А мы тогда, кто вообще и какие? - я добавил Тобиасу Старки.
- Ужас! - вырвалось у молчавшей как набравшей воды моей любовницы ученой Френ Варшавски – Дима! Что он говорит?
- Как вам такая наука, ученая коллега? Вы же хотели все изучить и все узнать. Достичь непостижимое. Изучить все это. Или не так? - произнес, глядя прямо в глаза, Френсис Варшавски, военный полковник из Пентагона – Но все пошло не так как нами, а не вами даже планировалось. Все с самого начала экспедиции уже шло не так как вам хотелось. И эта катастрофа с подъемом золота подвела всему финальный итог. Вот поэтому мы взяли полный контроль над всем научным судном. И сейчас нам всем нужно, что-то предпринять. Иначе нам отсюда не выбраться никогда.
- Вы хотите сказать, полковник – произнесла моя любовница ученая Френ – Что мы теперь, как и Ивашов Владимир тоже призраки здесь и сейчас? Или что-то подобное?
- Или что-то подобное, дорогая моя коллега – произнес Тобиас Старки – Хотите теперь вы этого или нет. Верите, вы в это или нет. Но это теперь именно так.
Я не знал верить этому всему, или нет, и произнес - А какое, тогда основание в убийстве Ивашова – Если он умрет.
- Мы сможем разорвать, таким образом, связь между той морской тварью и им – произнес мне полковник Тобиас Старки.
- Тварью? – произнес его, спрашивая я, не понимая пока ничего.
– Нагисой. Морской Богиней, русалкой и дриадой – он пояснил мне и Френсис Варшавски - И возможно сможем открыть временной этот карман на время. Затем, выскочить из него в реальный Тихий океан из мнимого и не настоящего. Из головы умирающего Ивашова Владимира.
- Но, тогда, как мы сюда вот так попали? – произнесла Френсис – Мне даже ученой это непонятно. Мы же плыли по настоящему реальному Тихому океану.
- Я объясню – произнес полковник Тобиас Старки - Ивашов никогда его не покидал. Он и сейчас здесь и в своей каюте и в этом океане. И еще черт знает где. Он даже сам того не знает. Вот он будет сам удивлен, если все ему рассказать, что да как. Сущность Ивашова поглотила часть этого мира и держит до сих пор в себе еще после того трагического плавания, когда он оказался после катастрофы в океане в долгой полной отключке и без сознания, где путешествовал на некой яхте и с двумя своими спутниками.
Такими, же вымышленными как все вокруг. Эти меняющие свой облик и вид острова. Рожденными его спящим в полусмертном состоянии болезненным сознанием. Даже его эта дриада по имени толи Джейн, толи Нагиса, мы и сами не знаем, кто она. Реальность или вымысел. Как и весь этот мир со всеми этими Богами и Богинями. Морскими русалками и прочими существами. Но нам она тоже необходима. Она связь с тем Ивашовым и этим миром. Между реальностью. И игрой болезненного полусмертного сознания. Вот для этого на этом корабле есть кое-что, что сможет поймать ее. Она может быть нашим спасением. Если мы сможем повлиять на это Божество и заставить его в нужном направлении руководить сознанием Ивашова Владимира.
- И вы намерены поймать это морское существо? – спросил я НАТОвского штабного полковника.
- Нам необходимо поймать это существо, способное изменять само время и пространство – произнес полковник ВМС США Тобиас Старки – Именно оно поработило сознание Ивашова Владимира и сделало почти Богом, равноценным себе. Эта гребаная развращенная совратительница сердец моряков, морская дриада, ведьма и блудная дочь Посейдона с именем Нагиса. Это наша главная цель. Мы здесь именно и в первую очередь за этим. Этого желают многие и сам мистер Джексон желает того же. Он куда больше желает этого, чем вернуть свое потерянное золото. Он влюблен в эту Нагису также как и ваш Ивашов. Джексон встретил ее в океане, плавая на яхте с названием «Аrabella». Его тогда потеряли и нашли через несколько дней, как и Ивашова, но одного и без членов экипажа. Сейчас в том же положении, что и ваш подопечный. Они тесно взаимосвязаны друг с другом по обе стороны континентов. Сейчас как два соперника за сердце прекрасной дамы. Два влюбленных и вечных непримиримых врага. Для Ивашова Нагиса это его любимая и любовница латиноамериканка из Панамы Джейн Морган. Для мистера Джексона это некая австралийка и морская путешественница Мэри Стрит Уотсон. Но все это одна и та же женщина. С одним телом и одним лицом. И у каждого своя история. Но хитроумно сплетенная в одно целое и завязанная на двоих влюбленных.
- Ничего себе, любовная интрига! - потрясенная произнесла Френсис Варшавски - А мы между ними, так, кто тогда? – спросила она следом.
- Никто, случайные прохожие. Вот и все, ученая моя коллега. Жертвы дикого кошмарного просто случая, если хотите, рока. Но без нас ничего не выйдет -произнес поясняя ей и мне заодно, полковник ВМС США летчик Тобиас Старки - Мистер Теодор Джексон желает освободиться от этого всего в отличие от Ивашова Владимира. Он при смерти. У него онкология. Опухоль в голове, знаете ли, дело не шуточное. И вот мы здесь. Вы в принципе все понимаете верно - ответил ей Тобиас Старки – И к тому же, мистер Джексон такой же пленник здесь, как и мы все.
- Мы, что смертники? – спросил я его в состоянии дикого гнева – Я не давал такому своего согласия! Какого черта! И к тому же попал в это адское место совершенно бесплатно! Здорово! Нечего сказать!
Я был в растерянности и не знал, как такому всему вообще уже верить. И, кроме того, был в состоянии рвать и метать. Я не знал, как быть и что теперь даже делать. Я такого даже себе представить не мог и близко, чтобы вот так оказаться в таком положении жертвы. И в положении полнейшей безвыходности.
Сейчас у моей подруги американки ученой и любовницы Френсис Варшавски были такими глаза, что не описать. Они просто остекленели от ужаса и всего услышанного, в которое хочешь, верь, хочешь, нет. Но то, что она, как и все тут попали, простите в полную задницу, это было видно, по ее женским невероятной красоты синим глазам. И дело было практически безвыходным.
- Не вините своих, мистер Ликандров – произнес Тобиас Старки - Они про все это знают, ровным счетом столько же, сколько и вы. До сегодняшних разъяснений. Думаю, если бы знали, то не отпустили вас сюда. И это точно.
Он посмотрел на перепуганную и растерянную в отчаянии мою американку любовницу и произнес - Я думаю, вашу подругу лучше отпустить теперь к себе в каюту - произнес Тобиас Старки – Ее женской милой головке уже хватит всего этого ужаса, в котором мы оказались. Пусть отдохнет и немного развеется от услышанного. А нам надо еще кое-что обсудить и уже наедине. Как военный с военным.
Френ поняла все без слов. И, встав даже, не возражая, и молча, быстро ушла, оставив нас, друг, против друга и наедине.
Я смотрел на НАТОвского полковника и лишь слышал, как щелкнули замки, и открылась, а потом, закрылась в мою каюту дверь. Моя любимая Френсис Варшавски покинула нас сидящих друг против друга, и смотрящих не отрываясь, также друг на друга.
- И так продолжим - произнес первым полковник ВМС США летчик морских сил – Ну как, вы даете свое согласие.
- Снова согласие – произнес я ему.
- Мы проверили вас - произнес полковник - Вы показали себя как неплохой организатор и командир. Вы неплохо покомандовали корабельным этим экипажем нашего судна. Надеюсь включить вас в нашу группу теперь нашего общего спасения. Лишний боевой опыт боевого морского офицера в данном варианте нам не помешает.
- Но я пока еще не дал согласия –произнес я ему.
- Есть еще время – произнес Тобиас Старки – Но его совсем немного осталось у нас всех. Нужно быстро и решительно всем нам сообща действовать. Так что подумайте, мистер или как у вас принято обращаться, товарищ Ликандров Дмитрий Ефимович. Это все в ваших тоже интересах.
- Откуда вам знать, какие тут мои интересы? – я произнес возмущенно офицеру из НАТО.
- Ну, хотя бы ваши личные недвусмысленные отношения к ученой Френсис Варшавски - произнес Тобиас Старки – Вы о ней подумайте тоже.
- Она работает на вас? С вами за одно? - я спросил его.
Вдруг у меня закралось неожиданно враждебное подозрение к моей возлюбленной. Кто его знает. Она американка и я еще не достаточно хорошо, кроме постели не знаю о ней ничего.
- Ну, что вы – тот ответил мне совершено хладнокровно - У ученых тут свои были интересы. И не совсем научные тоже.
- В смысле? – спросил снова я его.
Я сейчас не совсем понимал про, что он.
- Вы слышали, надеюсь про черные секты - произнес полковник из Пентагона.
- Допустим, что-то и кое-что слышал – произнес я ему.
- Я продолжу, если вы не будете мне мешать своими выкриками и ненужными сейчас словами – он произнес мне.
- Хорошо - я послушался американца и произнес ему - Продолжайте, что ученые и секты?
- Вы знаете, что в подобных с идеальной секретностью и крайне жестких в своих правилах и порядках организациях преимущественно руководимых евреями и их общинами, именно ученые - произнес мне военный НАТО.
- Без понятия - я ответил - Мне такого в школе и на военной кафедре не преподавали.
- Так вот, секты – он продолжил - Они почти целиком состоят из ученых. Не из шибанутых верующих дебилов и религиозных фанатиков, а именно ученых. Разных ученых из разных наук. Но в основном метафизиков.
- И что? – я спросил его – Какое к этому всему имеет это отношение?
- А то, что когда любой из них, как правило, заядлый прагмат и не верующий ни в какие чудеса и потусторонние явления в конце своих научных изысканий и вычислений приходит в окончательный тупик, становится перед выбором - произнес полковник Тобиас Старки.
- Каким еще выбором? – спросил я.
- Узнать больше - произнес Тобиас Старки - И каждый из них начинает искать того, кто им сможет все разъяснить и подтвердить всю их правильность мыслей и выводов. А, кто это может лучше всего сделать? Кто? Даже их еврейская Великая Тора, равно как и сама Библия, не есть факт всего полного подтверждения всех их догм и научных сделанных выводов и решений.
- Бог? – произнес, вопросительно я ему.
- Бог - он утвердительно ответил мне, кивнув своей черноволосой коротко остриженной по-военному головой, и продолжил - Они начинают искать его, ставя уже другие опыты. Эти опыты называются жертвоприношениями. Точнее все упирается именно в это. И никак не иначе. Почему-то и кто-то в этих их еврейских сектах считает, что путь жертвы и есть путь к Богу. Максимально верный путь к их всем познаниям сути Бога и всех расчудесных природных явлений, которые невозможно научно обосновать и объяснить. А познать хочется, что там за самой гранью этого естественного живого мира.
- Жертвоприношения делались и ранее с глубокой древности - произнес я ему - Как я помню еще с уроков истории и школы.
- Я это знаю тоже со школы - произнес он мне – Но есть одно но. Почему-то все они в итоге своих исследований начинают считать, что именно жертвоприношение Богу и есть связь с Высшим Существом и Творцом мира. Сначала в ход идут жертвоприношения животных потом уже и людей.
- И что? Дальше – произнес я. И мне ход его мыслей становился интересней.
- Для чего был создан учеными Коллайдер? –спросил Тобиас Старки меня.
- Ну, тут я знаю. Тоже с поиском некоего Бога – произнес я ему.
- Не совсем - Тобиас Старки - Доказательство его существования, равно как и иного мира. Любое доказательство. И всего, что бы привело их к этому. И тут ученые все в первых рядах. Не святоши какие-нибудь или религиозные фанатики. А именно ученые. Все остальные лишь подручный их инструмент к этой цели. Любая наука доходит до своей грани и точки и упирается в это. И в ход уже идет не Библия или Тора, а другие книги. По окультике и древним магическим знаниям. Особенно по древним манускриптам и древней такой же литературе древних магов и колдунов. В поисках истины и Бога, они хватаются за любые чудеса и все необъяснимое и сами желают творить такое же. Эти все ученые они страшнее даже нас тупоголовых военных, жаждущих только воевать, завоевывать и убивать. Эти пошли иным путем и куда продвинутей нас в области убийства и стремления к этому. Отсюда и появились все эти секты. Их поставленные задачи до конца неизвестны никому. Но они уже столько угробили народа в достижении желаемых своих целей. Причем бесчувственно и безжалостней, чем даже мы.
Он неожиданно спросил меня - Вы, наверное, знаете про такого ученого как Исаак Ньютон.
- Слышал еще в школе – я произнес Тобиасу Старки - Ньютон вроде был неким даже в свое время вундеркиндом. Да и прожил не так долго. Закон гравитации, там и все такое.
- Нет, не все там такое – возразил Тобиас Старки - Ньютон вывел закон гравитации. Так?
- Так, допустим – произнес я ему.
- Но, Ньютон лишь узаконил с научной точки зрения это явление - произнес Тобиас Старки - Сама же гравитация существовала и без его выводов и законов. Она существовала и задолго до него и всего человечества, раньше вас и нас с момента зарождения самой Земли. Ньютон лишь вывел этот и задокументировал этот закон с научной точки зрения. И все. Это все что от него требовалось. Но гравитацию создала сама природа. А сама природа и есть, что? И есть сам Творец и Бог.
- Я все понял – произнес я Тобиасу Старки - Все уяснил к чему все эти разговоры. Понял, что и ученые тут далеко не случайно.
- Более, чем не случайно - произнес полковник Тобиас Старки - Но мы все равно все вляпались. И все в ловушке, которую нам устроил, конечно, не Бог, но нечто равноценное, почти можно сказать, кое в чем Господу Богу. И теперь нам надо всем вместе думать, как выбраться отсюда. Всем нам сообща.
- Я все понял – произнес я ему – Я прекрасно понимаю ваши здесь интересы. Даже понимаю интересы самого этого мистера Теодора Джексона, которого в глаза даже не видел. И что вы мне предлагаете. Убить моего подзащитного Ивашова Владимира? Чтобы спасти самого себя и вас вместе с этим кораблем? С этими всеми горе учеными?
- Ваша любовница Френсис Варшавски идет своим путем, а не нашим. Она не с нами военными. Она просто тоже, как и мы чей-то в руках исследований инструмент и все, ставшая, как все мы жертвами и попав в эту временную ловушку. Вы готовы ей помочь? Как всем нам? – произнес Тобиас Старки – У нас почти нет времени на долгие размышления. Но я еще дам вам немного его на рассуждения с самим собой. Подумайте до завтра. И решите с кем вы и, что собираетесь предпринять. Может в вашей светлой голове русского военного офицера и разведчика что-то возникнет более интересное и существенное, чем думаем мы. Возможно, будут и другие решения всех возникших в данный момент проблем. Подумайте до завтра, пока мы плывем к самой границе лилового тумана - он произнес и встал со стула.
Я проводил штабного офицера Пентагона до своих дверей каюты лишь своим пристальным долгим взглядом. И когда закрылась за Тобиасом Старки дверь, я впал в долгое раздумье, приходя к ужасающим и драматическим в своих рассуждениях выводам.
Страница 25 из 37
