— Ты знаешь, хоть я на этот раз ему и не очень верю, Чет Мортон предлагает нам заняться расследованием одного темного дела, — заметил, улыбаясь, семнадцатилетний Джо Харди, когда они с братом спускались с крыльца, направлять в гараж.
136 мин, 45 сек 18122
Час спустя они съехали с основной дороги и, миновав I несколько небольших городков, увидели синевато серую гладь озера Краун. Оно появилось, сначала частично скрытое деревьями, затем после небольшого подъема стало видно полностью. В этом месте начиналась грунтовая дорога, и стоял указатель «Миллвудская художественная школа, вправо 500 м». Фрэнк свернул в указанном направлении, и через несколько минут перед ними открылась спускавшаяся к озеру лужайка имения. Фрэнк въехал на парковку на склоне холма и остановился возле большого дуба.
Чет уверенно двинулся вперед по посыпанной гравием дорожке.
На лужайке несколько подростков, сидя перед мольбертами, что то рисовали. Возле одного из них стоял высокий плотный блондин в блузе, какие носят художники. Увидев ребят, он, улыбаясь, пошел им навстречу.
— Чет! Рад тебя видеть!
— Привет, дядя Джим! — Чет тут же представил Фрэнка и Джо Харди мистеру Кеньону, который тепло пожал им руки.
— Добро пожаловать в Миллвуд, — он улыбнулся.
— Мой класс заканчивает занятия, и я помогу вам донести вещи.
Учитель рисования пошел с ребятами обратно через лужайку в сторону тропы, поднимавшейся вверх по холму. Вдруг кто то из учеников закричал:
— Берегитесь! Машина!
Ребята с ужасом увидели, что желтая «королева» катится по склону. На ее пути две девушки со своими мольбертами застыли от страха.
Развалюха Чета набирала скорость. Она катилась на девушек все быстрее и быстрее!
— Мы должны ее остановить! — крикнул Джо, бросившись к машине.
Джо бросился наперерез катившейся вниз машине и, повиснув на ней, вывернул рулевое колесо. «Королева» свернула в сторону, буквально в нескольких сантиметрах миновала девушек и, раздавив мольберты, остановилась в густых зарослях кустарника.
Затем он подбежал к перепуганным ученицам. Ну, как вы, целы? — встревоженно спросил он.
Девушки, еще не опомнившиеся от пережитого потрясения, кивнули.
— Ты спас нам жизнь, — только и произнесла одна из них.
— И наши рисунки, — сказала ее подружка. Их почти законченные картины отлетели от мольбертов и лежали на земле лицевой стороной вверх. Подбежали Фрэнк, Чет и мистер Кеньон.
— С тобой ничего не случилось, Джо?
— Нет. Все нормально. Но я предпочел бы воевать с целой футбольной командой, чем с сорвавшейся с тормозов машиной.
Похвалы свидетелей его храбрости смутили Джо.
— Давайте посмотрим, что случилось с «королевой», — сказал он.
В машине повреждений не было, и ее поставили обратно на парковку, на этот раз подальше от склона холма.
— Она не могла покатиться просто так, сама по себе, — сказал, оглядываясь вокруг, Фрэнк.
— Кто то намеренно отпустил ручной тормоз.
— Ничего себе шуточка! — нахмурился мистер Кеньон.
— По моему, это была совсем не шутка, — сказал Фрэнк, — хотя я пока не знаю, зачем это было сделано.
Ребята вынули вещи из машины, и мистер Кеньон повел их к маленькому, недавно покрашенному зданию.
— Досадно, что вас встретили в Миллвуде таким образом, — сказал он.
— Но мы попытаемся загладить это неприятное впечатление.
Через боковую дверь они вошли в просторную комнату, заваленную мольбертами, трубками холстов и коробками с тюбиками краски.
— Здесь у нас кладовая, — объяснил учитель рисования.
По узкой лестнице они последовали за ним вниз, где в подвале была небольшая мастерская. Пахло масляной краской. Возле одной из стен лежало несколько модернистских картин без рам. Мистер Кеньон открыл длинной палкой единственное окно под самым потолком.
— Это — моя мансарда, только внизу, — объяснил он.
— Располагайтесь. После кражи картин я живу наверху, откуда мне видна наша художественная галерея — она находится через дорогу.
Ребята положили сумки на три устойчивые раскладушки.
— Я уже чувствую себя художником, — усмехнулся Джо.
— И я, — сказал Фрэнк.
— Замечательная мастерская, мистер Кеньон.
— Зовите меня просто дядя Джим. А как насчет ужина? Вы, должно быть, проголодались.
— Я готов съесть даже мольберт! — просиял Чет.
Однако сначала он рассказал дяде о случае со скальпом, а братья Харди сообщили о происшествии в Бейпортском музее и о проделке вора на шоссе. Мистер Кеньон согласился, что между этими событиями и кражами картин в художественной школе несомненно существует какая то связь.
— Человек, которого вы описали, мне не знаком, — продолжал он.
— Летние занятия шли у нас прекрасно вплоть до прошлой недели. А пять дней назад я обнаружил, что в нашей небольшой галерее исчезла картина. Позавчера ночью была украдена еще одна. Обе — кисти Пленного художника, — он вздохнул.
— Теперь придется держать помещение под замком, даже от своих учеников.
— Ничего, завтра мы этим займемся, — сказал Джо.
— Отлично. Может, общаясь с учениками, вы что то и узнаете. Хотя мне очень не хочется подозревать кого то из них.
— Расскажите нам про этого Пленного художника, — попросил Фрэнк.
— Я, конечно, могу рассказать, — ответил, улыбаясь, мистер Кеньон, — но мне кажется, что мистер Джефферсон Давенпорт захочет сделать это сам, поскольку Пленный художник его предок.
Чет уверенно двинулся вперед по посыпанной гравием дорожке.
На лужайке несколько подростков, сидя перед мольбертами, что то рисовали. Возле одного из них стоял высокий плотный блондин в блузе, какие носят художники. Увидев ребят, он, улыбаясь, пошел им навстречу.
— Чет! Рад тебя видеть!
— Привет, дядя Джим! — Чет тут же представил Фрэнка и Джо Харди мистеру Кеньону, который тепло пожал им руки.
— Добро пожаловать в Миллвуд, — он улыбнулся.
— Мой класс заканчивает занятия, и я помогу вам донести вещи.
Учитель рисования пошел с ребятами обратно через лужайку в сторону тропы, поднимавшейся вверх по холму. Вдруг кто то из учеников закричал:
— Берегитесь! Машина!
Ребята с ужасом увидели, что желтая «королева» катится по склону. На ее пути две девушки со своими мольбертами застыли от страха.
Развалюха Чета набирала скорость. Она катилась на девушек все быстрее и быстрее!
— Мы должны ее остановить! — крикнул Джо, бросившись к машине.
Джо бросился наперерез катившейся вниз машине и, повиснув на ней, вывернул рулевое колесо. «Королева» свернула в сторону, буквально в нескольких сантиметрах миновала девушек и, раздавив мольберты, остановилась в густых зарослях кустарника.
Затем он подбежал к перепуганным ученицам. Ну, как вы, целы? — встревоженно спросил он.
Девушки, еще не опомнившиеся от пережитого потрясения, кивнули.
— Ты спас нам жизнь, — только и произнесла одна из них.
— И наши рисунки, — сказала ее подружка. Их почти законченные картины отлетели от мольбертов и лежали на земле лицевой стороной вверх. Подбежали Фрэнк, Чет и мистер Кеньон.
— С тобой ничего не случилось, Джо?
— Нет. Все нормально. Но я предпочел бы воевать с целой футбольной командой, чем с сорвавшейся с тормозов машиной.
Похвалы свидетелей его храбрости смутили Джо.
— Давайте посмотрим, что случилось с «королевой», — сказал он.
В машине повреждений не было, и ее поставили обратно на парковку, на этот раз подальше от склона холма.
— Она не могла покатиться просто так, сама по себе, — сказал, оглядываясь вокруг, Фрэнк.
— Кто то намеренно отпустил ручной тормоз.
— Ничего себе шуточка! — нахмурился мистер Кеньон.
— По моему, это была совсем не шутка, — сказал Фрэнк, — хотя я пока не знаю, зачем это было сделано.
Ребята вынули вещи из машины, и мистер Кеньон повел их к маленькому, недавно покрашенному зданию.
— Досадно, что вас встретили в Миллвуде таким образом, — сказал он.
— Но мы попытаемся загладить это неприятное впечатление.
Через боковую дверь они вошли в просторную комнату, заваленную мольбертами, трубками холстов и коробками с тюбиками краски.
— Здесь у нас кладовая, — объяснил учитель рисования.
По узкой лестнице они последовали за ним вниз, где в подвале была небольшая мастерская. Пахло масляной краской. Возле одной из стен лежало несколько модернистских картин без рам. Мистер Кеньон открыл длинной палкой единственное окно под самым потолком.
— Это — моя мансарда, только внизу, — объяснил он.
— Располагайтесь. После кражи картин я живу наверху, откуда мне видна наша художественная галерея — она находится через дорогу.
Ребята положили сумки на три устойчивые раскладушки.
— Я уже чувствую себя художником, — усмехнулся Джо.
— И я, — сказал Фрэнк.
— Замечательная мастерская, мистер Кеньон.
— Зовите меня просто дядя Джим. А как насчет ужина? Вы, должно быть, проголодались.
— Я готов съесть даже мольберт! — просиял Чет.
Однако сначала он рассказал дяде о случае со скальпом, а братья Харди сообщили о происшествии в Бейпортском музее и о проделке вора на шоссе. Мистер Кеньон согласился, что между этими событиями и кражами картин в художественной школе несомненно существует какая то связь.
— Человек, которого вы описали, мне не знаком, — продолжал он.
— Летние занятия шли у нас прекрасно вплоть до прошлой недели. А пять дней назад я обнаружил, что в нашей небольшой галерее исчезла картина. Позавчера ночью была украдена еще одна. Обе — кисти Пленного художника, — он вздохнул.
— Теперь придется держать помещение под замком, даже от своих учеников.
— Ничего, завтра мы этим займемся, — сказал Джо.
— Отлично. Может, общаясь с учениками, вы что то и узнаете. Хотя мне очень не хочется подозревать кого то из них.
— Расскажите нам про этого Пленного художника, — попросил Фрэнк.
— Я, конечно, могу рассказать, — ответил, улыбаясь, мистер Кеньон, — но мне кажется, что мистер Джефферсон Давенпорт захочет сделать это сам, поскольку Пленный художник его предок.
Страница 4 из 38
