Братья Харди — 21. Саботаж на Олимпиаде

— Ничего особенного, — с невинным видом ответил Шон, но в глазах его блестел хитрый огонек.

— Знаешь, иногда полезно изобразить из себя недотепу. Теперь Бешеный Пес будет считать, что я ему не соперник: ведь я не могу бежать в полную силу.

И Шон оставил братьев далеко позади.

— Эй! — Он вдруг остановился и вернулся к ним.

— А почему бы нам после тренировки не отыскать Чета и не проглотить хороший завтрак в спортивном кафетерии?

— Прекрасная идея! — охотно откликнулись братья.

— Значит, встречаемся в двенадцать, — заключил Шон и быстро побежал по тропинке.

Расположенное на холме кафе для спортсменов было просторным помещением с широкими окнами, выходящими на три стороны. Отсюда открывался великолепный вид на олимпийский огонь и на стадион. Когда Джо, Фрэнк к Чет вошли вовнутрь, там яблоку негде было упасть. Гимнасты, баскетболисты, десятиборцы, велосипедисты, лучники, конники и многие другие — все усердно жевали или общались друг с другом на какой-то, понятной лишь им, мешанине из разных языков.

Несмотря на то что им пришлось стоять в очереди целую вечность, Джо не проявлял ни малейших признаков нетерпения. Он с удовольствием косился на еду, в то же время не спуская глаз со знаменитостей, сидевших за столиками. «Интересно, меня, наверное, тоже принимают за олимпийца», — думал он, ставя на свой поднос салат под названием «Мечта десятиборца»; салат состоял из десяти ингредиентов.

— Неужели десятиборцы действительно это едят? — пробормотал он себе под нос.

— Не знаю, — вдруг отозвался Фрэнк.

— Спроси вон у того парня.

— Он показал кивком в сторону приятного молодого блондина, сидевшего в одиночестве недалеко от них.

— А кто это? — спросил Джо.

— Адам Коннер, надежда Америки. Претендент на золото в десятиборье.

Ребята заплатили за еду и двинулись в зал в поисках свободного столика.

— Сегодня первый день соревнований по десятиборью, — сказал Фрэнк, когда они наконец нашли места.

— Прошло пять видов и еще пять — завтра.

— И что Коннер? — спросил Чет.

— Пока блестяще, — ответил Фрэнк.

— Стометровку и четыреста метров он выиграл между делом. Прыжки в высоту, кажется, его слабое место, но он и с этим справился. Даже превысил рекорд на полтора дюйма. И знаешь, что я слышал? Говорят, у него обе ноги толчковые. Он может прыгать и с левой и с правой. Этого парня просто не остановить.

— Смотри, сколько ты о нем знаешь! — с уважением сказал Джо.

— Я стал следить за такими вещами, как только Чет сказал, что мы едем на Олимпиаду.

— И какие у него шансы на завтра? — невнятно выговорил Чет: рот его был набит картофельным пюре.

— У него и мускулы мощные, и ноги быстрые, — ответил Фрэнк.

— Он силен в забегах на тысячу и на полторы тысячи метров. Копье и диск для него тоже не проблема. Прыжки с шестом? Ну, это, пожалуй, вопрос… В общем, завтра выяснится. У нас билеты, помнишь?

Все время, пока шла беседа, Шон хранил молчание, но тут вдруг оживился и заговорил.

— Я бы на вашем месте особенно не увлекался десятиборьем, — произнес он со знакомым огоньком в глазах.

— Завтра ведь марафон, не забыли? Где-то около двух часов первая группа марафонцев -^о мной во главе — появится на стадионе, и мне бы хотелось услышать ваши вопли в мою поддержку.

— Ты что, все-таки решил выступать? — обрадованно обернулся к нему Джо.

Шон утвердительно кивнул головой.

— Вы меня убедили. Опасно тут или нет, но я не могу бросить все и уехать… Конечно, было бы лучше, если бы вы успели до завтра разобраться в этой истории. Как-то спокойнее было бы… — Мы займемся этим сразу после ленча, — сказал Джо, торопясь покончить с едой.

Остальные последовали его примеру и с усердием занялись поглощением завтрака. Через несколько минут к их столику подошла высокая элегантная женщина.

— Привет, Шон, — сказала она с легким, как показалось Джо, скандинавским акцентом.

— Привет, Сигрид, — ответил Шон.

— Давно тебя не было видно.

— В этом году я держусь подальше от всяких спортивных мероприятий.

— Сигрид откинула назад прямые светлые волосы, достающие ей до плеч.

— Шон, ходят слухи, что Бешеный Пес с тобой подрался. Ты не пострадал?

— Колено немного побаливает. Но в забеге я буду участвовать, — сказал Шон, уголком рта улыбнувшись Фрэнку и Джо.

— Понятно… Если ты думаешь подавать официальный протест, то лучше забудь об этому-предупредила Сигрид. Она говорила, отделяя каждое слово.

— Ты никогда не добьешься справедливости у олимпийских властей. Они просто не знают такого понятия… — С этими словами Сигрид повернулась и пошла прочь.

— Кто это такая? — спросил Чет.

— И что у нее за проблемы?

— Сигрид Рэндерс-Персон, — объяснил Шон.

— Пловчиха из Норвегии. Я познакомился с ней. четыре года назад. На прошлой Олимпиаде у нее кое-что не заладилось… — А что именно? — поинтересовался Фрэнк.

— Она участвовала в заплыве на четыреста метров вольным стилем. Пришла последней. А потом утверждала, что все это подстроено, что соперница на соседней дорожке мешала ей во время заплыва.