Бухта номер 23

Мысли скакали как блохи на дворовой шавке. В нем боролись два человека. Первый твердил, что нужно все бросать и спасать Катю, второй же уверял, что она предала их семью и теперь он ничего ей не должен. Парень метался по квартире, как лев в клетке, не зная, что ему делать, как взгляд остановился на входной двери, а в голове вспыхнула яркая лампочка. Прямо как в диснеевских мультиках.

Сосед! Сосед же ранен! Он ведь сам помогал перебинтовывать тому укушенную руку… А это значит, что сосед инфицирован. Нужно срочно проверить, как он там.

Степан глянул на часы в правом нижнем углу монитора — 13.20. Значит, дочки соседа либо уже вернулись домой со школы, либо вот-вот вернутся.

Мужчина засунул мобильник в боковой карман джинсов и, прихватив связку ключей, вышел на лестничную клетку.

*Майдан Незалежностi — Площадь Независимости

Степан прислушался.

В подъезде было как обычно тихо — никаких посторонних шумов.

Парень позвонил несколько раз в соседскую квартиру, но никто не ответил и дверь не открыл. Может быть, девчонки еще не вернулись? Хорошо бы. Степан на всякий пожарный подергал ручку, но дверь была заперта. Мужчина потоптался немного на месте и, укоряя себя в излишней подозрительности, вернулся домой.

Весь оставшийся день Степан посвятил изучению происходящего в мире. И с каждым килобайтом информации ощущение, что мир катится в тартарары, усиливалось все больше и больше.

Около трех часов дня в городе завыла сирена Системы оповещения гражданской обороны. Голосила она около десяти минут. Потом так же неожиданно стихла. Что бы это значило, было не понятно. Дозвониться в милицию было невозможно — все время занято. Скорые, которые утром так и шныряли по Проспекту, больше не появлялись, а вот выстрелы слышались все чаще.

Власти города молчали. Никаких заявлений ни на официальных сайтах городской администрации, ни по телеканалам не давалось. Только домыслы и слухи, обмусоливающиеся на городских Интернет — ресурсах. В политической ветке СевИнфо всерьез обговаривался вариант создания отрядов самообороны. Эти ребята из «Политики» хоть и повернутые немного на УРА-патриотизме и украинофобии, но частенько общаются и в реальной жизни помимо виртуальных словесных баталий, поэтому им было легче договориться между своими. Но из общего потока информации полезной было около 30% — слишком много ругани и словесного поноса.

Было так же несколько прощальных тем. Вот уж никто бы и не подумал, что после укуса зомби кому-то приспичит попрощаться со всеми на просторах родного СевИнфо. Но, как оказалось, нашлось три таких чудика.

Степан несколько раз выходил на балкон и пытался понять обстановку на улице. Первое, что бросалось в глаза — уменьшилось количество людей на улицах и машин на дорогах. Хотя кое-где были заметны спешащие люди. Но еще более заметными были медленно бредущие или же просто стоящие фигуры. С балкона второго этажа, конечно, обзор был не очень, но все же мужчине удалось разглядеть на противоположной стороне улицы несколько плетущихся дерганой походкой человек… вернее не человек — зомби. Так проще и, наверное, правильнее говорить. Спешащие люди с легкостью уворачивались и убегали от неторопливых покойничков.

Ну, хоть в чем-то повезло. Если они настолько неповоротливы, то убежать от них не составит особого труда, а там, глядишь, и вояки с ментами подсуетятся и истребят этих граждан мертвяцкой наружности. Кстати, в интернете так же давались советы, как убивать этих беспокойных покойников. Собственно, от голливудских фильмов ужасов рекомендации ничем не отличались — фантазии хватало только на пробитие черепушки и разрушение головного мозга. Кое-где были споры о том, можно ли облить упыря бензином и поджечь. Но коллективным разумом пришли к выводу, что бензин нынче дорог и так расходовать его немного глупо.

В шесть часов вечера Степан увидел первый БТР на проспекте Генерала Острякова. Он лихо гнал в сторону 5-го километра. На броне, придерживаясь за поручни, сидело трое бойцов. Нашивок или погон Степан не успел рассмотреть — далековато было да и скорость была немалая. Хилый поток машин предусмотрительно пропускал восьмиколесное бронированное чудище, принимая вправо.

К семи часам город погрузился во тьму. Нет, свет на улицах был — и уличное освещение, и огни ситилайтов и билбордов отлично освещали улицы, но день уступил место ночи.

Степан все так же мониторил Интернет, сообщения в котором становились все более пугающими и безнадежными. Похоже, надежда, что военные и милиция быстро покончат с этой напастью, не оправдала себя.

С наступлением темноты улицы опустели. Только неподвижные фигуры как часовые торчали в нескольких местах в поле зрения парня — несколько на остановке, один возле здания городского архива и еще один забрел на автостоянку супермаркета, что располагался этажом ниже. И теперь мертвяк медленно брел между машин по ему одному известному маршруту.