— Ну, вот мы и дома, — Соня боязливо поежилась, зажигая сигарету и глядя на окна дома впереди нее, — думаю, тебе пора.
23 мин, 52 сек 13866
— Я не знала, что так получится, — прошептала Соня, глядя на сигарету, которая догорала в ее дрожащих пальцах.
— Нет, ты знала, — прошептала Лина, сжимая плечо сестры, — ты знала с того момента, как увидела дверь кладовки. Ты знала, когда он смотрел на тебя по ночам. Ты знала, когда уходила каждый вечер, оставляя меня одну. Ты все знала.
— Хватит, — пробормотала Соня, — мы были детьми.
— И это — самое ужасное, — прошептала Лина, — потому что ест он только взрослых. С детьми он делает кое-что похуже.
— Как с той девочкой, которая пропала?
— Как со мной, — хмыкнула Лина, садясь напротив сестры. Перед глазами Сони все плыло — скорее всего, алкоголь здесь был все же не при чем.
Сигарета догорала, обжигая пальцы, но Соне было все равно — она уже чувствовала затылком дыхание, чувствовала, как прогибаются половицы под весом того, что шло вслед за ней все это время. Того, что не оставляло ее ни на секунду. Того, что смотрело на нее по ночам.
— Зачем ты уговорила врача разрешить тебе вернуться? — прошептала Соня, чувствуя, как что-то теплое касается ее руки, безвольно упавшей со стола.
— Пришел Бука, — улыбнулась Лина, переводя взгляд чуть повыше головы Сони, — и он тоже хочет кушать.
Когда Соня очнулась, в кладовке пахло булками с маком, а не пылью и влагой, как всегда.
И Бука оказался не таким страшным, как она все время думала.
По крайней мере, сначала.
— Нет, ты знала, — прошептала Лина, сжимая плечо сестры, — ты знала с того момента, как увидела дверь кладовки. Ты знала, когда он смотрел на тебя по ночам. Ты знала, когда уходила каждый вечер, оставляя меня одну. Ты все знала.
— Хватит, — пробормотала Соня, — мы были детьми.
— И это — самое ужасное, — прошептала Лина, — потому что ест он только взрослых. С детьми он делает кое-что похуже.
— Как с той девочкой, которая пропала?
— Как со мной, — хмыкнула Лина, садясь напротив сестры. Перед глазами Сони все плыло — скорее всего, алкоголь здесь был все же не при чем.
Сигарета догорала, обжигая пальцы, но Соне было все равно — она уже чувствовала затылком дыхание, чувствовала, как прогибаются половицы под весом того, что шло вслед за ней все это время. Того, что не оставляло ее ни на секунду. Того, что смотрело на нее по ночам.
— Зачем ты уговорила врача разрешить тебе вернуться? — прошептала Соня, чувствуя, как что-то теплое касается ее руки, безвольно упавшей со стола.
— Пришел Бука, — улыбнулась Лина, переводя взгляд чуть повыше головы Сони, — и он тоже хочет кушать.
Когда Соня очнулась, в кладовке пахло булками с маком, а не пылью и влагой, как всегда.
И Бука оказался не таким страшным, как она все время думала.
По крайней мере, сначала.
Страница 7 из 7
