Фандом: Сверхъестественное. Что стряслось, Дин? Ты будто сам не свой. Просто представил, как наша нынешняя жизнь выглядит со стороны.
244 мин, 33 сек 2198
Испытания, за прохождение которых взялся Сэм. И, наконец, то, из-за чего Дин так доверяет Бенджамину — отправление души Бобби в Рай. Исцеление Кроули очищенной кровью, — что звучит на редкость дико, — вырвавшаяся на свободу Абаддон, лишившийся своей благодати Кастиэль и падение всех ангелов — ничего не скажешь, потрясающее завершение сюжета.
Бункер Мужей Знаний — последний оплот сил организации, которой посвятил жизнь его отец. В нем от всего мира скрываются четверо: Дин с Сэмом, медленно, но верно съезжающий с катушек пророк и связанный по рукам и ногам Кроули. Прелестная компания, однако. Смерть Кевина от руки ангела Гадриэля, ссора братьев и какое-то время охота за крупной дичью порознь. Примирение и в конце чудесное завершение всей истории.
Слишком уж успешное, по мнению Джона, которому не составило труда понять — только что на его ушах развесили даже не лапшу, а целую тарелку спагетти. Он слишком хорошо знал своих детей, чтобы понимать — ни фига чудесного там не было.
Так-так-так… и во что же они еще вляпались-то?
— Дин, твой краткий пересказ, конечно, на диво хорош, но ты так мне и не ответил, как же вы с Сэмом дошли до жизни такой? — поспешно прервал он сына, начавшего расписывать все прелести бункера. Джон еще по детским временам отлично знал — тот начинал заливаться соловьем на незначительные темы только тогда, когда хотел отвлечь внимание от чего-то неприятного и/или защитить брата.
Тот запнулся на полуслове и как-то неопределенно пожал плечами:
— Само дошлось как-то, — невинно ответил Дин.
Ответ в его лучших традициях. О, Джону прекрасно знаком этот невинно-плутоватый взгляд зеленых глазищ и с растерянным видом разведенные руки, мол, сам не знаю, как так вышло. Прямо как в детстве, когда тот завел Импалу и проехался на ней до ближайшего столба, или умудрился забыть в очередном дешевом мотеле почти полную коробку патронов или… да еще много чего.
— И все же… Дин? Сэм? — требовательно посмотрел он на детей.
Те как-то подозрительно потупились и очень выразительно промолчали. Джон тихо ругнулся — фамильного упрямства тем, как и ему, не занимать — и перевел взгляд на остальную часть их милой компании. Бенджамин крайне заинтересовался содержимым своего стакана, с таким завороженным видом изучая тающий лёд в виски, будто ничего на свете важнее не было. Кроули мгновенно запихал себе в рот большой кусок пиццы и теперь старательно его пережевывал, всем своим видом показывая, что сейчас что-либо сказать ну никак не может, а Кастиэль сверлил взглядом своих невозможно-синих глаз стену. Судя по отсутствующему виду ангела, тот явно сейчас находился далеко от этой галактики и вряд ли в ближайшее время собирался возвращаться.
— Чертовы конспираторы, — проворчал себе Джон под нос, хотя на самом деле ему хотелось бить посуду, кидаться стульями, а в промежутках между звоном и грохотом — материться с чувством, толком и расстановкой.
«Заговорщики, ммм… мать их за ногу», — ругнулся Джон, пытаясь удержать себя в руках.
Конспираторы, что, впрочем, не удивительно, дружно промолчали.
Неловкую тишину разбила громкая и настойчивая трель дверного звонка. Собравшиеся за одним столом люди и сверхъестественные существа одинаково вздрогнули, но подниматься и идти открывать ночным посетителям никто не спешил.
— Я не понял: нас что, нет дома? — наконец дожевав злосчастный кусок пиццы, изумленно поинтересовался демон под несмолкаемое «дин-дон».
Звонки становились все настойчивей, и к ним прибавились еще и довольно громкие удары в дверь — словно бы в неё кто-то, устав ждать хоть какого-то шевеления, методично долбился ногой.
— А мы кого-то ждем? — недоверчиво вскинул брови Бенджамин, переглядываясь с не менее удивленным Кастиэлем.
Находящемуся снаружи, видимо, надоело жать на кнопку звонка и отбивать ноги об дверь. Наступила благословенная тишина… которая тут же и была взорвана пронзительными трелями чьего-то телефона.
— Это твой, Сэмми, — покосившись на тумбу, куда перед застольем все присутствующие в доме, даже Кроули, выложили свои трубки, констатировал Дин, протягивая руку к белому смартфону.
Мимолетом глянув на экран, он под возмущенный окрик брата бесцеремонно провел пальцем по экрану.
— Добрый вечер, Джоди, — очаровательно улыбнулся в трубку этот засранец и включил громкую связь.
На том конце экспрессивно ругнулись раздраженным женским голосом и в категоричной форме потребовали не дурить и по-хорошему открыть дверь. Что будет в том случае, если её не послушаются, дама не уточняла, но вдохновленный её обещаниями Дин сделал большие глаза и выразительно кивнул брату куда-то в область прихожей, а тот с нескрываемым ехидством развел руками, мол, никто тебя не просил хватать трубку, так что отдувайся сам.
В итоге подниматься из-за стола и плестись впускать ночную посетительницу пришлось тяжело вздохнувшему Бенджамину. Вернулся тот в сопровождении симпатичной, коротко стриженой брюнетки в полицейской форме.
— Шериф Миллс, — не то поздоровался, не то констатировал факт Кастиэль и снова умолк.
Бункер Мужей Знаний — последний оплот сил организации, которой посвятил жизнь его отец. В нем от всего мира скрываются четверо: Дин с Сэмом, медленно, но верно съезжающий с катушек пророк и связанный по рукам и ногам Кроули. Прелестная компания, однако. Смерть Кевина от руки ангела Гадриэля, ссора братьев и какое-то время охота за крупной дичью порознь. Примирение и в конце чудесное завершение всей истории.
Слишком уж успешное, по мнению Джона, которому не составило труда понять — только что на его ушах развесили даже не лапшу, а целую тарелку спагетти. Он слишком хорошо знал своих детей, чтобы понимать — ни фига чудесного там не было.
Так-так-так… и во что же они еще вляпались-то?
— Дин, твой краткий пересказ, конечно, на диво хорош, но ты так мне и не ответил, как же вы с Сэмом дошли до жизни такой? — поспешно прервал он сына, начавшего расписывать все прелести бункера. Джон еще по детским временам отлично знал — тот начинал заливаться соловьем на незначительные темы только тогда, когда хотел отвлечь внимание от чего-то неприятного и/или защитить брата.
Тот запнулся на полуслове и как-то неопределенно пожал плечами:
— Само дошлось как-то, — невинно ответил Дин.
Ответ в его лучших традициях. О, Джону прекрасно знаком этот невинно-плутоватый взгляд зеленых глазищ и с растерянным видом разведенные руки, мол, сам не знаю, как так вышло. Прямо как в детстве, когда тот завел Импалу и проехался на ней до ближайшего столба, или умудрился забыть в очередном дешевом мотеле почти полную коробку патронов или… да еще много чего.
— И все же… Дин? Сэм? — требовательно посмотрел он на детей.
Те как-то подозрительно потупились и очень выразительно промолчали. Джон тихо ругнулся — фамильного упрямства тем, как и ему, не занимать — и перевел взгляд на остальную часть их милой компании. Бенджамин крайне заинтересовался содержимым своего стакана, с таким завороженным видом изучая тающий лёд в виски, будто ничего на свете важнее не было. Кроули мгновенно запихал себе в рот большой кусок пиццы и теперь старательно его пережевывал, всем своим видом показывая, что сейчас что-либо сказать ну никак не может, а Кастиэль сверлил взглядом своих невозможно-синих глаз стену. Судя по отсутствующему виду ангела, тот явно сейчас находился далеко от этой галактики и вряд ли в ближайшее время собирался возвращаться.
— Чертовы конспираторы, — проворчал себе Джон под нос, хотя на самом деле ему хотелось бить посуду, кидаться стульями, а в промежутках между звоном и грохотом — материться с чувством, толком и расстановкой.
«Заговорщики, ммм… мать их за ногу», — ругнулся Джон, пытаясь удержать себя в руках.
Конспираторы, что, впрочем, не удивительно, дружно промолчали.
Неловкую тишину разбила громкая и настойчивая трель дверного звонка. Собравшиеся за одним столом люди и сверхъестественные существа одинаково вздрогнули, но подниматься и идти открывать ночным посетителям никто не спешил.
— Я не понял: нас что, нет дома? — наконец дожевав злосчастный кусок пиццы, изумленно поинтересовался демон под несмолкаемое «дин-дон».
Звонки становились все настойчивей, и к ним прибавились еще и довольно громкие удары в дверь — словно бы в неё кто-то, устав ждать хоть какого-то шевеления, методично долбился ногой.
— А мы кого-то ждем? — недоверчиво вскинул брови Бенджамин, переглядываясь с не менее удивленным Кастиэлем.
Находящемуся снаружи, видимо, надоело жать на кнопку звонка и отбивать ноги об дверь. Наступила благословенная тишина… которая тут же и была взорвана пронзительными трелями чьего-то телефона.
— Это твой, Сэмми, — покосившись на тумбу, куда перед застольем все присутствующие в доме, даже Кроули, выложили свои трубки, констатировал Дин, протягивая руку к белому смартфону.
Мимолетом глянув на экран, он под возмущенный окрик брата бесцеремонно провел пальцем по экрану.
— Добрый вечер, Джоди, — очаровательно улыбнулся в трубку этот засранец и включил громкую связь.
На том конце экспрессивно ругнулись раздраженным женским голосом и в категоричной форме потребовали не дурить и по-хорошему открыть дверь. Что будет в том случае, если её не послушаются, дама не уточняла, но вдохновленный её обещаниями Дин сделал большие глаза и выразительно кивнул брату куда-то в область прихожей, а тот с нескрываемым ехидством развел руками, мол, никто тебя не просил хватать трубку, так что отдувайся сам.
В итоге подниматься из-за стола и плестись впускать ночную посетительницу пришлось тяжело вздохнувшему Бенджамину. Вернулся тот в сопровождении симпатичной, коротко стриженой брюнетки в полицейской форме.
— Шериф Миллс, — не то поздоровался, не то констатировал факт Кастиэль и снова умолк.
Страница 18 из 67
