Фандом: Гарри Поттер. Тяжёлые будни целителя Драко Люциуса Малфоя на ниве здравоохранения женского населения Магической Британии.
141 мин, 39 сек 9400
Тилли хотел вновь подобраться к двери, но тут почувствовал, как кто-то резко дёрнул его за руку. Старейший домовой эльф Малфоев, Барни, тряс негодника, приговаривая, что нельзя подслушивать хозяев. Вырвавшись, Тилли пробормотал извинения и, заверив Барни, что непременно оторвёт себе сегодня уши, рванул выполнять порученное ему хозяином дело.
Барни плюнул вслед нерадивому эльфу, который, по его мнению, непременно пойдёт по кривой дорожке ненормального Добби, воровато огляделся, стукнул себя по морщинистому лбу и на цыпочках подкрался к закрытой двери. Прислушавшись, старый эльф умильно улыбнулся, ещё раз треснув себя по лбу. В комнате в унисон уже стонали и хозяин Драко, и его героическая гостья.
«Скоро в этом доме опять будут бегать маленькие хозяева! Они будут смеяться и дёргать эльфов за уши!» — сладко замерев от счастья, подумал Барни.
Накануне этого вечера Минерва всю ночь не сомкнула глаз, пила успокаивающее зелье, делала специальную гимнастику, гуляла в своей анимагической форме, но ничего не помогало успокоиться.
Причиной столь нестабильного состояния нервной системы почтенной дамы были как раз будущие первокурсники. В этом году в школу поступали дети тех, кто когда-то сыграл немаловажную роль во Второй Магической Войне.
Минерва отпила из кубка немного тыквенного сока с добавлением нескольких капель шотландского виски. Это помогало держаться строго и невозмутимо, не показывая окружающим своего состояния. Ведь даже в далёком девяносто первом году, когда в школе появился Гарри Поттер, она так не волновалась. Сейчас же МакГонагалл мучило нехорошее предчувствие, потому что в школу поступали не просто дети волшебников двух противоположных сторон, сражавшихся на этой войне! Это были дети, чьими родителями стали бывшие враги, когда-то ненавидящие друг друга!
О сыне Гарри и той ужасной женщины Минерве совсем не хотелось думать. Хотя когда-то «ужасная женщина», совратившая героя Британии, была любимой студенткой профессора МакГонагалл и очень одарённой в трансфигурации девочкой.
Это ещё не всё. Некоторые первокурсники были результатом научного эксперимента беспутных целителей из больницы имени Святого Мунго, пошедших на поводу у будущих родителей с сомнительным психическим благополучием.
А самым главным кошмаром для директора Хогвартса был сын Северуса Снейпа, с которым Минерва уже имела неприятность познакомиться, так как Снейпы жили в Хогсмите. Более беспардонного и ядовитого мальчишку трудно было себе представить.
В эту минуту она даже завидовала Северусу, который десять лет назад уволился из Хогвартса, открыв в Хогсмите аптеку, а в большой зельеварческой лаборатории, находящейся при аптеке, проводил научные изыскания. Теперь Северус Снейп был учёным с мировым именем.
МакГонагалл обвела взглядом коллег, сидящих за столом преподавателей. Филиус Флитвик что-то весело нашёптывал склонившейся к нему школьной медиковедьме мадам Помфри. Профессор Лавгуд как всегда улыбалась, глядя в пространство. Профессор Синистра сплетничала с Роландой Трюк. Обе преподавательницы поглядывали на Сивиллу Трелони и завистливо вздыхали.
Школьная предсказательница Трелони, несколько лет назад известная как основательница скандального общества за чистоту и девственность, довольно улыбаясь, смотрела в свою тарелку, краснея как маков цвет. Минерва недовольно поджала губы. С этой Сивиллой одни проблемы!
То она ходит постоянно нетрезвая, то придумывает какую-то странную и сомнительную организацию, пропагандирующую абсолютную ересь, а с прошлого Рождества самым наглым образом крутит роман в стенах школы с профессором ЗОТИ! Минерва сердито посмотрела на этого самого профессора, который, нагло скалясь, щупал под столом коленки Трелони! «Возмутительно! Нашли время! Ну, я им устрою на завтрашнем педсовете!» — мысленно пригрозила она несносной парочке.
Когда девять лет назад министр Бруствер притащил в школу бывшего пожирателя, оправдавшего себя шпионской деятельностью в пользу светлых сил, директор МакГонагалл была в ужасе. Ведь этот хмырь ещё и в Азкабане сидел! Но министр ничего не хотел слушать, оправдывая свои действия нерушимым аргументом: «Ну и что? Вон в Дурмстранге директором настоящий пожиратель был, а у нас будет профессор ЗОТИ-бывший шпион и опытный боевой маг!» Так Антонин Долохов и начал свою успешную преподавательскую карьеру.
Барни плюнул вслед нерадивому эльфу, который, по его мнению, непременно пойдёт по кривой дорожке ненормального Добби, воровато огляделся, стукнул себя по морщинистому лбу и на цыпочках подкрался к закрытой двери. Прислушавшись, старый эльф умильно улыбнулся, ещё раз треснув себя по лбу. В комнате в унисон уже стонали и хозяин Драко, и его героическая гостья.
«Скоро в этом доме опять будут бегать маленькие хозяева! Они будут смеяться и дёргать эльфов за уши!» — сладко замерев от счастья, подумал Барни.
Эпилог. Жизнь продолжается
Директор школы Чародейства и Волшебства Хогвартс Минерва МакГонагал очень нервничала, сидя во главе стола для преподавателей в Большом Зале. Пир по случаю начала учебного года шёл своим чередом, вот-вот должны были прибыть первокурсники во главе с Септимой Вектор.Накануне этого вечера Минерва всю ночь не сомкнула глаз, пила успокаивающее зелье, делала специальную гимнастику, гуляла в своей анимагической форме, но ничего не помогало успокоиться.
Причиной столь нестабильного состояния нервной системы почтенной дамы были как раз будущие первокурсники. В этом году в школу поступали дети тех, кто когда-то сыграл немаловажную роль во Второй Магической Войне.
Минерва отпила из кубка немного тыквенного сока с добавлением нескольких капель шотландского виски. Это помогало держаться строго и невозмутимо, не показывая окружающим своего состояния. Ведь даже в далёком девяносто первом году, когда в школе появился Гарри Поттер, она так не волновалась. Сейчас же МакГонагалл мучило нехорошее предчувствие, потому что в школу поступали не просто дети волшебников двух противоположных сторон, сражавшихся на этой войне! Это были дети, чьими родителями стали бывшие враги, когда-то ненавидящие друг друга!
О сыне Гарри и той ужасной женщины Минерве совсем не хотелось думать. Хотя когда-то «ужасная женщина», совратившая героя Британии, была любимой студенткой профессора МакГонагалл и очень одарённой в трансфигурации девочкой.
Это ещё не всё. Некоторые первокурсники были результатом научного эксперимента беспутных целителей из больницы имени Святого Мунго, пошедших на поводу у будущих родителей с сомнительным психическим благополучием.
А самым главным кошмаром для директора Хогвартса был сын Северуса Снейпа, с которым Минерва уже имела неприятность познакомиться, так как Снейпы жили в Хогсмите. Более беспардонного и ядовитого мальчишку трудно было себе представить.
В эту минуту она даже завидовала Северусу, который десять лет назад уволился из Хогвартса, открыв в Хогсмите аптеку, а в большой зельеварческой лаборатории, находящейся при аптеке, проводил научные изыскания. Теперь Северус Снейп был учёным с мировым именем.
МакГонагалл обвела взглядом коллег, сидящих за столом преподавателей. Филиус Флитвик что-то весело нашёптывал склонившейся к нему школьной медиковедьме мадам Помфри. Профессор Лавгуд как всегда улыбалась, глядя в пространство. Профессор Синистра сплетничала с Роландой Трюк. Обе преподавательницы поглядывали на Сивиллу Трелони и завистливо вздыхали.
Школьная предсказательница Трелони, несколько лет назад известная как основательница скандального общества за чистоту и девственность, довольно улыбаясь, смотрела в свою тарелку, краснея как маков цвет. Минерва недовольно поджала губы. С этой Сивиллой одни проблемы!
То она ходит постоянно нетрезвая, то придумывает какую-то странную и сомнительную организацию, пропагандирующую абсолютную ересь, а с прошлого Рождества самым наглым образом крутит роман в стенах школы с профессором ЗОТИ! Минерва сердито посмотрела на этого самого профессора, который, нагло скалясь, щупал под столом коленки Трелони! «Возмутительно! Нашли время! Ну, я им устрою на завтрашнем педсовете!» — мысленно пригрозила она несносной парочке.
Когда девять лет назад министр Бруствер притащил в школу бывшего пожирателя, оправдавшего себя шпионской деятельностью в пользу светлых сил, директор МакГонагалл была в ужасе. Ведь этот хмырь ещё и в Азкабане сидел! Но министр ничего не хотел слушать, оправдывая свои действия нерушимым аргументом: «Ну и что? Вон в Дурмстранге директором настоящий пожиратель был, а у нас будет профессор ЗОТИ-бывший шпион и опытный боевой маг!» Так Антонин Долохов и начал свою успешную преподавательскую карьеру.
Страница 36 из 42
