Чарльз Мэнсон: подлинная история жизни, рассказанная им самим

Я сказал девушкам, что их план — сущее безумие и что полиция на это не купится. «Да все сработает, Чарли, — сказала Сэди. — В доме у Гэри мы написали на стене что-то вроде» политическая хрюшка«и пририсовали лапу пантеры, в общем, всякую такую фигню. Мы можем сделать это снова, и тогда они подумают, что в убийствах виноваты ниггеры. Вот это и будет Хаос». Ее слова были отражением того, что я сам говорил ребятам на протяжении последних месяцев, но я-то чувствовал, что негры устали от угнетения. Они восстанут против белых, и начнется полный хаос. Может быть, после выстрела в Кроува я специально заронил в молодых душах страх перед неграми и обиду на них, но я никогда не хотел разжигать войну. Меня заботила лишь оборона и знание обстановки. Будем думать, что это Сэди догадалась вернуть мне мои же слова. «Слушай, это не сработает! — почти закричал я. — Вы, мерзавцы, тащите меня прямиком обратно в тюрьму. Я не пойду на это! Короче, я сейчас же собираю свои манатки, кидаю их в грузовик и убираюсь отсюда к чертовой матери. Я не собираюсь возвращаться в тюрьму из-за того, что какое-то сборище детей не может справиться со своими проблемами».

Первой заговорила Пискля: «Нет, ты не можешь уехать, любовь едина! Мы нераздельны!» Вновь мне в лицо полетели мои же слова.«Куда один, туда и все мы!» — добавила она.«Чарли, не уезжай, — запричитала Сэди. — Мы не допустим, чтобы тебя снова посадили. Мы позаботимся о Бобби. Мы сделаем то, что нужно для решения наших проблем. Останься, Чарли». Все девушки повторяли одно и то же: «Не бросай нас, Чарли, останься здесь, ты нам нужен! Мы можем сделать все, что требуется, и не подставим тебя».

В глубине души я понимал, что если останусь, то буду отвечать за все, что выкинут девушки. Не в их силах было уберечь меня от тюрьмы, свались на нас какая-нибудь гадость. И обводя их взглядом, я вспоминал что-нибудь особенное про каждую из девушек. Наше знакомство, роман, первый секс, моменты, когда я любил их больше всего и когда сильнее всего строил. Они дали мне первую настоящую любовь, с ними я узнал, что означает принадлежать кому-то. Я также понимал, что нуждаюсь в них, хотя ни за что бы им в этом не признался. И за все ужасные неприятности, свалившиеся на нас, я отвечал так же, как они. И я это прекрасно осознавал.

«Ну, хорошо, — объявил я, — я останусь, но к тому, что вы задумали, я не имею отношения, понятно?» — «Понятно, Чарли», — хором сказали девушки. Вот тогда настало время улыбок, объятий и поцелуев.

После этого мы перестали говорить о Бобби и строить планы. Мое отсутствие на ранчо и арест Бобби нарушили привычную жизнь. Народ распустился, был подавлен, и нужно было как-нибудь поднять его настроение. Я велел Пискле достать кредитки и послать кого-нибудь в город за подарками и безделушками. Новые вещички всегда радовали девушек, а мне хотелось видеть улыбки на их лицах. Пискля отдала кредитные карточки Мэри и Сэнди и отправила их за покупками.

Я пошел на кухню узнать, что могло понадобиться Бренде для того, чтобы приготовить что-нибудь особенно вкусненькое. Она дала мне список, и я попросил Брюса взять кого-нибудь из девушек и съездить за продуктами. Уходя из кухни, я спросил Бренду, как она себя чувствует, беспокоят ли ее последствия отравления талаче. Она сказала, что иногда у нее бывают полуобморочные состояния, но больше ничего странного с ней не происходит. «А как поживает Текс?» — поинтересовался я.«Ты же знаешь Текса, — ответила Бренда, — с ним никогда не понятно, то ли у него отходняк, то ли он уже принял новую дозу. Они с Кэти недавно закинулись кислотой. Последний раз, когда я его видела, Текс шел к дальнему дому».

Как сказала Бренда, я нашел оттянувшегося Текса в дальнем доме. Когда я вошел, он сидел на старом диване: голова мотается туда-сюда, руки хлопают по ногам в такт какой-то музыке, которая слышна лишь ему. Наверное, он представлял, как отыгрывает какой-нибудь важный концерт на Голливудском стадионе. «Эй, приятель, как ты?» — спросил я у Текса. Его голова откинулась назад, а взгляд сосредоточился на мне, после чего Текс вскочил с криком:«Эй, Чарли, ты вернулся! Все в порядке! Господи, как здорово, что ты здесь. Наверняка слышал про Бобби?» — «Да, Текс, мне рассказали про Бобби, — подтвердил я, — тяжело пережить, когда брата сажают за решетку». Текс затряс головой в знак согласия, потом сказал: «Но все наладится. У девчонок есть какой-то план, а теперь еще и ты вернулся, так что мы справимся. Бобби в два счета выпустят. Они тебе рассказали, что задумали сделать? Ты с ними уже поговорил?» — «Я ушел от них всего несколько минут назад, — ответил я и добавил: — Дело в том, партнер, я сказал им, что они делают все по собственной инициативе. Я не готов вернуться в тюрьму». — «Я понял, — сказал Текс, — в тюрьме не разгуляешься».