Если из калейдоскопа американских преступников выбирать мистера Убийство, то, возможно, на сей титул потянет Чарльз Миллер Мэнсон — основатель секты, поклонявшейся одновременнв Христу и сатане. Мэнсон, сын проститутки, родился в 1933 году и к 34-летнему возрасту успел 18 лет провести в тюрьмах и исправительных колониях. Освободившись из тюрьмы в очередной раз в марте 1967 года, Мэнсон приехал в Сан-Франциско.
Потершись около хиппи, быстро сообразив, как легко манипулировать их психикой, Мэнсон сколотил вокруг себя кружок молодых людей, которым объявил, что он — Мэнсон (по английски — «сын человека») и, подобно Христу, является сыном Бога. Но одновременно он — дьявол, и это позволяет ему властвовать как над добром, так и над злом. На левой руке Мэнсона было выколото слово «сатана», а на правой — «Иисус».
Еще в тюрьме Мэнсон обнаружил склонность к эксгибиционизму, мазохизму, понял, что может гипнотически влиять на людей. Кружок поклонников Мэнсона (в основном это были девушки) превратился в своего рода «племя», «семью». Вступающие в «семью» девушки должны были подвергнуться коллективному изнасилованию, что являлось основанием для выдачи«сертификата сатанизма». Обитала семья Мэнсона на заброшенном ранче Спан, построенном некогда для съемок вестерна, в долине Смерти (знаменательное место!), неподалеку от Лос-Анджелеса. Обычным развлечением «семьи» были сексуальные оргии и дьявольские мессы, на которых употреблялись наркотики. Члены«семьи» резали животных и пили кровь забитых собак, кошек, цыплят, коз, обмазывали кровью друг друга. Все это сопровождалось сексуальными извращениями и экстазом насилия. Иногда Мэнсон исподтишка снимал эти оргии на видеокамеру и продавал пленку в частные порноклубы. Один из свидетелей подобной оргии рассказывал:«Они закололи собаку, затем приведи девушек, двух девушек. Они их раздели донага и облили собачьей кровью. Попросту держали труп собаки, из которого хлестала кровь, над их головами. Потом они обмазали девушек кровью там, куда вначале кровь не попала. Потом они все совершали с девушками половые акты, а в промежутках пили собачью кровь. Все это было омерзительно»…
Но вот однажды философия Мэнсона вырвалась за пределы ранчо. Мэнсон и люди из его «семьи» совершили несколько страшных преступлений.
Поздно вечером 8 августа 1969 года на роскошной вилле в предместье Голливуда Беверли Хиллз шла вечеринка, которую устроила жена кинорежиссера Романа Полански актриса Шарон Тэйт. Среди ее гостей были: Джей Себринг, хозяйка сети «салонов красоты», в прошлом знаменитая голливудская парикмахерша, помощник Полански кинооператор Войтек Фриковски, дочь «кофейного короля» Абигайль Фолджер, 18-летний«свободный художник» Стив Перент. Вечеринка не отличалась ничем особенным. Вино, марихуана, светская болтовня, творческие планы, гениальные идеи…
— А вы знаете, что Сюзи купила новую машину?
— Да что вы! Откуда у этой дуры деньги?
— Угадайте, кого теперь выбрал в любовники старый Д. Д.?
— Я придумал сногсшибательную вещь — надо только найти хорошего продюсера…
Утром всех этих людей нашли мертвыми.
Перент был убит четырьмя пулями в своем автомобиле — очевидно, в тот момент, когда он собирался уезжать. На лужайке перед домом лежали трупы: Фриковского — у него пуля в спине, тринадцать проломов в черепе и пятьдесят одна ножевая рана — и Фолджер — на ее теле двадцать одна ножевая рана. Шарон Тэйт лежала с распоротым животом в луже крови на полу своей комнаты. Ее шею обвивала нейлоновая веревка, переброшенная через потолочную балку; другой конец веревки затягивал шею так же зверски искалеченного Джея Себринга. На стене кровью было написано: «Свиньи!»
Сутки спустя подобное преступление произошло на вилле владельца сети супермаркетов Ла Бианки — погибли хозяин виллы и его жена.
Одна из участниц убийства Шарон Тэйт и ее друзей, которая в момент преступления стояла на стреме, рассказывала на суде:
— Когда все было кончено и мы возвращались на машине на наше ранчо, Текс и Пат (Чарльз Уотсон и Патриция Кренвинкель) жаловались, что эти свиньи, защищаясь, чуть не вырвали у них волосы. Сюзанна сказала, что ее сильно ударили. Пат говорила, что у нее болит кисть руки: когда бьешь ножом и попадаешь в кость, то сильно отдает в руку.
— А что было, когда вы вернулись на ранчо? — спросил судья.
— Чарли спросил, не испытываем ли мы угрызений совести. Мы ответили, что нет.
— А потом?
— Потом мы легли спать.