Сумерки спускались на охваченную первыми осенними заморозками землю. Они укрывали остывшие каменные дорожки, укутывали статуи, источенные временем, искаженные мягким бархатом темноты. Тени, отбрасываемые ветвями деревьев, скользили по потертому камню, холодный ветер кружил опавшие листья, наполняя темноту пряным прелым ароматом.
63 мин, 44 сек 17721
Мария не ответила, она чувствовала себя смертельно уставшей. Мысли стали путаться в голове. Кошмар шел за ней по пятам. Она пыталась вспомнить, кто еще был ее ранней жертвой в этом городе, кого она укусила примерно месяц назад.
— Я помню Клер.
— Выдавила из себя Мария.
— Кажется, она работала… Я только потом узнала, правда. Она работала в борделе на окраине.
— Это будет интересно.
Каждый шаг давался Марии с трудом. Адреас пытался развеселить ее, но у него ничего не выходило.
— Баронесса сказала, что она хорошо знает это проклятье.
— Неожиданно оживилась Мария.
— Как думаешь, она насылала его на кого-нибудь?
Адреас замялся и ничего не ответил.
— Отчего умер барон? — на девушку вдруг напало подозрение.
— Она всех убедила, что не выдержало сердце, но я сам лично вынимал его из петли. Ты не поверишь, раньше волосы баронессы были чернее ночи, но после того, как умер барон, они обратились в пепел. Баронесса говорила, что ее горе было так велико, что она поседела за ночь.
Мария рассмеялась.
Они добрались до дома терпимости к полудню.
— Зайди внутрь и спроси Клер.
— Но ведь она мертва, ведь так?
Мария тяжело вздохнула.
— Они скажут, что ее нет. Вот тут-то можно будет и начать расспрос. Если хочешь, попроси, чтобы ее заменила подруга — у нее все и выведаешь. Ведь мог же кто-то желать ей зла? Обманутая жена, например? Или может она увела поклонника у другой падшей женщины?
— Каждая назовется лучшей подругой, сестрой и мамой, увидев меня.
— Возразил Адреас.
— Я выгляжу как человек, который может хорошо заплатить.
— Так используй это!
От досады Мария закусила губу. Ее мысли путались, а ноги подкашивались, казалось, еще чуть-чуть, и она услышит зловещий шорох.
Вдруг острый слух Марии различил знакомый голосок. Она обернулась и увидела крошку Лу в компании высокой незнакомой женщины с пепельными волосами. Малышка отставала, и незнакомка то и дело грубо ее подгоняла. Они скрылись за толстой дверью борделя.
— Ты помнишь эту крошку? Это же дочь Женевьевы!
— Ты знаешь эту женщину? Я видел ее раньше… И эти волосы… Мария и Адреас обменялись долгим, многозначительным взглядом и, не говоря ни слова, вошли внутрь. Помещение было тесным, плохо убранным и дурно пахло. Несколько женщин, не очень молодых и не слишком опрятных, поднялись им навстречу.
— Месье ищет что-то конкретное? — одарила Адреаса улыбкой рыжая девица.
Ее улыбке не хватало нескольких зубов, но девушку это совершенно не смущало. На Марию никто не обратил внимания.
— Здесь сейчас прошла женщина с ребенком. С девочкой. У нее пепельные волосы… — Укажу тебе ее комнату, но сначала придется заплатить.
Адреас, не глядя, вынул из потайного кармана дублета бархатный мешочек и вручил его рыжей.
— По лестнице наверх, первая дверь справа.
Уже через минуту Адреас и Мария стояли у двери. До их слуха донесся детский плачь, затем звук пощечины.
— Будешь ли ты слушаться! Вот наказание.
Мария открыла дверь и влетела в комнату. Обстановка была убогой, всюду царил беспорядок, на неубранной кровати сидела и рыдала маленькая Луиза. Увидев Марию и Адреаса, женщина отскочила к окну.
— Кто вы такие? Зачем врываетесь?
Мария бросилась к девочке и принялась ее утешать. Лицо Луизы было все таким же опухшим, правда, краснота немного спала.
— Мы здесь для того, чтобы расспросить тебя о Женевьеве.
— Грозно произнес Адреас, закрывая за собой дверь.
— Не переживай, деньги уплачены.
Он приблизился к женщине.
— Как тебя зовут?
— Августина, сеньор.
— Последовал поспешный ответ.
— Ты знала ее? Знала Женевьеву? Откуда у тебя ее дочь?
— Это теперь моя дочь.
— Неожиданно зло прошипела Августина.
— И ее муж теперь мой муж. Я долго этого ждала и дорого заплатила! Я честная женщина… Ее речь прервали возмущенные крики и брань, донесшиеся с первого этажа. Неожиданно дверь распахнулась, ударившись о стенку с бешеной силой, и в комнату влетела разъяренная девушка.
— Как ты посмела? Зачем увела ее? — прокричала она.
Мария сразу узнала ее — это была старшая дочь Женевьевы, Леонора.
«Как они похожи!» — вновь поразилась Мария.
До ее слуха донесся зловещий шорох, предвещающий наступление кошмара. Ноги девушки подкосились, и она рухнула на пол.
— Я предупреждала тебя, Августина.
— Девушка с силой захлопнула дверь и опустила крючок.
В ее руке появился нож.
— Помнишь, тогда на кладбище? — Глаза Леоноры полыхали ненавистью.
— Я поклялась именем Господа нашего, что избавлю и себя, и сестру от тебя. Довольно! Ты больше никогда не ударишь ни меня, ни ее. Я только жалею, что не решилась раньше, в тот самый момент, когда ты влезла в нашу семью, когда встала на пути моей матери.
С этими словами Леонора бросилась на Августину. Женщина было намного выше, но то пламя, что бушевало внутри девушки, удесятерило ее силы. Вытянувшись, как струна, она била мачеху по лицу, еще и еще. Августина пыталась спрятаться за руками, но нож рассек ее ладони. Женщина истошно закричала, и перед тем, как Адреас успел опомниться и вмешаться, лезвие вонзилось в горло Августины по самую рукоять.
— Я помню Клер.
— Выдавила из себя Мария.
— Кажется, она работала… Я только потом узнала, правда. Она работала в борделе на окраине.
— Это будет интересно.
Каждый шаг давался Марии с трудом. Адреас пытался развеселить ее, но у него ничего не выходило.
— Баронесса сказала, что она хорошо знает это проклятье.
— Неожиданно оживилась Мария.
— Как думаешь, она насылала его на кого-нибудь?
Адреас замялся и ничего не ответил.
— Отчего умер барон? — на девушку вдруг напало подозрение.
— Она всех убедила, что не выдержало сердце, но я сам лично вынимал его из петли. Ты не поверишь, раньше волосы баронессы были чернее ночи, но после того, как умер барон, они обратились в пепел. Баронесса говорила, что ее горе было так велико, что она поседела за ночь.
Мария рассмеялась.
Они добрались до дома терпимости к полудню.
— Зайди внутрь и спроси Клер.
— Но ведь она мертва, ведь так?
Мария тяжело вздохнула.
— Они скажут, что ее нет. Вот тут-то можно будет и начать расспрос. Если хочешь, попроси, чтобы ее заменила подруга — у нее все и выведаешь. Ведь мог же кто-то желать ей зла? Обманутая жена, например? Или может она увела поклонника у другой падшей женщины?
— Каждая назовется лучшей подругой, сестрой и мамой, увидев меня.
— Возразил Адреас.
— Я выгляжу как человек, который может хорошо заплатить.
— Так используй это!
От досады Мария закусила губу. Ее мысли путались, а ноги подкашивались, казалось, еще чуть-чуть, и она услышит зловещий шорох.
Вдруг острый слух Марии различил знакомый голосок. Она обернулась и увидела крошку Лу в компании высокой незнакомой женщины с пепельными волосами. Малышка отставала, и незнакомка то и дело грубо ее подгоняла. Они скрылись за толстой дверью борделя.
— Ты помнишь эту крошку? Это же дочь Женевьевы!
— Ты знаешь эту женщину? Я видел ее раньше… И эти волосы… Мария и Адреас обменялись долгим, многозначительным взглядом и, не говоря ни слова, вошли внутрь. Помещение было тесным, плохо убранным и дурно пахло. Несколько женщин, не очень молодых и не слишком опрятных, поднялись им навстречу.
— Месье ищет что-то конкретное? — одарила Адреаса улыбкой рыжая девица.
Ее улыбке не хватало нескольких зубов, но девушку это совершенно не смущало. На Марию никто не обратил внимания.
— Здесь сейчас прошла женщина с ребенком. С девочкой. У нее пепельные волосы… — Укажу тебе ее комнату, но сначала придется заплатить.
Адреас, не глядя, вынул из потайного кармана дублета бархатный мешочек и вручил его рыжей.
— По лестнице наверх, первая дверь справа.
Уже через минуту Адреас и Мария стояли у двери. До их слуха донесся детский плачь, затем звук пощечины.
— Будешь ли ты слушаться! Вот наказание.
Мария открыла дверь и влетела в комнату. Обстановка была убогой, всюду царил беспорядок, на неубранной кровати сидела и рыдала маленькая Луиза. Увидев Марию и Адреаса, женщина отскочила к окну.
— Кто вы такие? Зачем врываетесь?
Мария бросилась к девочке и принялась ее утешать. Лицо Луизы было все таким же опухшим, правда, краснота немного спала.
— Мы здесь для того, чтобы расспросить тебя о Женевьеве.
— Грозно произнес Адреас, закрывая за собой дверь.
— Не переживай, деньги уплачены.
Он приблизился к женщине.
— Как тебя зовут?
— Августина, сеньор.
— Последовал поспешный ответ.
— Ты знала ее? Знала Женевьеву? Откуда у тебя ее дочь?
— Это теперь моя дочь.
— Неожиданно зло прошипела Августина.
— И ее муж теперь мой муж. Я долго этого ждала и дорого заплатила! Я честная женщина… Ее речь прервали возмущенные крики и брань, донесшиеся с первого этажа. Неожиданно дверь распахнулась, ударившись о стенку с бешеной силой, и в комнату влетела разъяренная девушка.
— Как ты посмела? Зачем увела ее? — прокричала она.
Мария сразу узнала ее — это была старшая дочь Женевьевы, Леонора.
«Как они похожи!» — вновь поразилась Мария.
До ее слуха донесся зловещий шорох, предвещающий наступление кошмара. Ноги девушки подкосились, и она рухнула на пол.
— Я предупреждала тебя, Августина.
— Девушка с силой захлопнула дверь и опустила крючок.
В ее руке появился нож.
— Помнишь, тогда на кладбище? — Глаза Леоноры полыхали ненавистью.
— Я поклялась именем Господа нашего, что избавлю и себя, и сестру от тебя. Довольно! Ты больше никогда не ударишь ни меня, ни ее. Я только жалею, что не решилась раньше, в тот самый момент, когда ты влезла в нашу семью, когда встала на пути моей матери.
С этими словами Леонора бросилась на Августину. Женщина было намного выше, но то пламя, что бушевало внутри девушки, удесятерило ее силы. Вытянувшись, как струна, она била мачеху по лицу, еще и еще. Августина пыталась спрятаться за руками, но нож рассек ее ладони. Женщина истошно закричала, и перед тем, как Адреас успел опомниться и вмешаться, лезвие вонзилось в горло Августины по самую рукоять.
Страница 16 из 18
