Человек с зонтом

Я заворожённо протянул руку, но сзади раздался шорох, а потом стало темно. Боль взорвалась в затылке фейерверком, и последнее, что я запомнил — холодный грязный пол под щекой.

После

Я стоял возле её двери и ждал, когда откроют. Погода опять была мерзкой. Казалось, что эти дожди никогда не закончатся. У меня не было зонта, а наложить водоотталкивающие чары я не успел. И теперь стоял мокрый, заболевающий и взволнованный.

Она ведь должна быть дома. Поттер говорил, что Тонкс в тот вечер серьёзно не пострадала! Почему же она тогда так долго не открывает? Выругавшись, я заколотил в дверь кулаком. Плевать на манеры и репутацию. Я должен собственными глазами увидеть, что с Тонкс всё в порядке.

Дверь распахнулась, и я увидел маленького мальчика лет пяти, который с любопытством посмотрел на меня, а потом, обрадовавшись, подпрыгнул и возопил:

— Мама! Мама! Драко пришёл! — его волосы меняли цвет с поразительной быстротой: бирюзовый, оранжевый, фиолетовый, белый.

Вот он вновь повернулся ко мне и деловито спросил:

— Конфеты принес?

— Нет.

— Ну вот, опять забыл.

Кажется, мальчик огорчился. Как же его… А!

— Тедди, можно войти? — я попытался приветливо улыбнуться, но вдруг чихнул, чем вызвал у мальчишки смешок.

— Входи, — разрешил он и ворчливо заметил: — Мама тебя Перечным зельем напоит, а то ещё разболеешься.

Зайдя внутрь, я пробормотал обсушивающее и очищающее заклинания. Вот, так-то лучше! Повесив дорожную мантию, на миг замер, с удивлением рассматривая канареечно-жёлтый зонт.

Повернувшись, я увидел Тонкс. Она стояла, прислонившись к косяку двери. В джинсах и футболке, с растрёпанными серыми волосами — Нимфадора была такой не похожей на ту утончённую женщину из моих воспоминаний-обрывков.

— Привет, — она криво улыбнулась. — Почему не приходил?

— Ты слишком сильно меня стукнула по голове, и я всё забыл, — честно признался я, отчаянно желая подойти к ней. Но нельзя. Пока нельзя.

— Всё? — недоверчиво переспросила она.

Я кивнул и сделал шаг вперёд.

— Ну, ты ведь мне поможешь вспомнить?

Вместо ответа Тонкс протянула мне руку, и я сжал её. А потом притянул Нимфадору к себе, жадно покрывая её лицо поцелуями.

— Я скучала, Малфой, — прошептала она.

— Я тоже.

Сейчас

— Спускаться в подвал одной было плохой идеей: везде ловушки и заклинания. Одна из них была двойной. Разьедающее проклятие я опознала и обезвредила, но от режущего увернуться не успела. Не смертельно, но крови было много, — рассказывала Тонкс. — Но риск был оправдан — Мэтр оказался тем, кого мы искали всё это время. Этот сумасшедший мечтал создать коллекцию идеальных лиц, поэтому и убивал людей. Все жертвы были похожи: миниатюрные девушки или девочки, с пухлыми губами и классически-правильными чертами лица.

Правда, сначала эта коллекция была вполне живой. Девочек для неё он собирал на протяжении пяти лет. Сначала это было развлечением, но потом переросло в одержимость. А после того, как лицо Мэтра оказалось обезображено шрамом, он понял, что юность и красота — не вечны. Живая коллекция потеряла своё очарование. Тогда-то у него и возникла мысль — создать коллекцию масок — пока ещё не поздно — чтобы вечно любоваться. И начал убивать. Уже с мёртвых срезал кожу с помощью магии, чтобы не повредить, и обрабатывал зельями. Меня до сих пор трясет, когда я думаю об этом. Представляешь: он целых два года убивал людей, а первую жертву мы нашли только полгода назад. Тогда же возникли и первые подозрения, но Мэтр был очень осторожным и не оставлял улик.

— Я одного не могу понять: зачем ты туда полезла в одиночку? Согласно плану ты должна была просто обыскать поместье!

— За несколько дней до начала маскарада наш информатор дал наводку на подвал. Он был всегда закрыт и туда не допускались посторонние. Надо было проверить, прежде чем поднимать всех на уши.

Немного помолчав, Тонкс сказала:

— Знаешь, я испугалась, когда увидела те маски, и всё-таки вызвала подкрепление. А потом затаилась, чтобы в случае чего не дать Мэтру уничтожить улики. А тут появился ты! Вот зачем ты полез? — рассердилась она. Тонкс то и дело сжимала и разжимала кулаки, как будто пыталась сдержаться и не наброситься на меня.

— Я волновался.

— У тебя ограничение на использование магии. Никаких боевых заклинаний! Никакого шанса отразить нападение! О чём ты вообще думал?

— А ты?

Она недовольно поморщилась, но продолжила рассказывать:

— Я не узнала тебя. Эти дурацкие маскарадные костюмы, да ещё освещение плохое было… Извини, что ударила.

Она виновато улыбнулась, накрыв мою руку своей. Я сжал её ладонь и поднёс к губам, целуя. Её руки пахли кофе и вишнями, были тёплыми и мягкими. Такими знакомыми.

— А следила тоже ты?

— Ну да, — призналась она. — Как узнал?

— По зонту. Зачем следила?

— Мы договорились встретиться в Атриуме, если вдруг что-то пойдёт не по плану. Ты не пришёл. А на следующий день убежал, едва заметив меня. Я подумала, что… — она нервно рассмеялась и вдруг подалась вперёд, обхватывая моё лицо руками. — Больше никогда так не делай. Слышишь? Никогда!

— А то что?