Человек в смокинге

Я резко обернулась и вперила в него остервенелый взгляд. Ах, так значит, это еще и шуточки такие! Ну, я ему! Ему… ему… Но на этом мысль оборвалась. Как бы ни старалась, так ничего и не придумала. Единственно на что хватило ума, спросить:

— Совсем что ль придурок?

Но Саша так и не соизволил ответить на вопрос. Он взял два яйца, одно кинул мне. Я его, естественно, чуть не уронила, но все же поймала.

— Что там нужно делать с этими яйцами? — спросил социофоб.

— Биться, — недовольно буркнула ему в ответ.

Александр подошел ко мне и треснул мое яйцо своим. Треснуло как обычно мое.

— Что еще?

— Теперь другой стороной, — я хренакнула его яйцо со всей дури. На этот раз судьба улыбнулась, и сломалось яйцо соседа.

— А дальше?

— Все.

— А разве не нужно говорить «Христос воскрес», «Воистину воскрес» и трижды целоваться?

Вот наглец! Он и без меня не плохо знает все обряды и традиции, а все под дурочка косит.

— Нет, — с сарказмом ответила, — этот обычай изжил себя, так сейчас не принято.

— А может, возродим традицию? — он улыбнулся.

— А может, ты покатишься колбаской по Малой Спасской? — я улыбнулась в ответ так мило, как только могла.

Эта перебранка уже даже начинала доставлять мне кайф, но ее прервал телефонный звонок. Саша досадно всхлипнул, горячо извинился, отстранил меня, вышел в коридор и взял радиотрубку.

— Алло? Нет, вы ошиблись номером! — злобно прорычал парень, швырнул телефон на базу и вернулся ко мне. — Так на чем мы остановились? Ах, да, на Христос воскрес, — уже чуть ли не мурлыкая произнес Саша. Во двуличная скотина! Но что-то в этом было…

— Воистину… воскресе… — медленно произнесла я, подбоченившись и смотря на него с недоверием, но в тоже время с интересом.

Александр взял меня за плечи и попытался наклониться. Я чуть отпрянула. Он наклонился еще сильнее, я в свою очередь опять подалась назад, чувствуя, что вот-вот упаду. И упала бы, если бы Саша не держал меня за плечи. Дальше отодвигаться было некуда, разве что падать на пол, поэтому пришлось смириться и позволить-таки парню трижды поцеловать себя в щеки. Затем юноша поставил меня на ноги и спросил:

— Домой или все же посидишь?

— Кофе допью, а то что добру пропадать, — я вновь съязвила и села на стул.

— Может коньячку?

— Себе налей, а то быстро трезвеешь! И вообще, ты что меня, споить пытаешься?

— Нет. Просто предложил, — Саша налил себе еще рома и сделал глоток. Это начинает принимать ужасающие масштабы. Интересно, сколько градусов в роме?

— А что ты там про духов говорил? Ты же вроде только коллекционируешь, но не практикуешь или соврал?

— Допустим.

— Что допустим? Соврал или коллекционируешь?

— И соврал и коллекционирую.

— Значит, все же практикуешь. А что? — из меня сразу же полился целый поток вопросов.

— Некромантию, в каком-то роде, — Саша сел на столешницу и снова присосался к кружке.

— Ничего себе, — восторженно протянула, смотря на соседа. — Не хило. А получается?

— Да, — только лишь и ответил собеседник.

— А что именно ты делаешь и каким образом?

— Странная ты какая-то, — произнес Саша, отставил кружку в сторону, спрыгнул со столешницы и подошел ко мне, заглядывая в глаза. — Перед тобой стоит человек, работающий в больнице, имеющий доступ к моргу и успешно практикующий некромантию. Не боишься задавать глупые вопросы? — он снял с моего плеча выпавший волос и намотал на палец. — Вдруг что-то случится…

Зная силу волос и то, что можно с ними сотворить — меня передернуло. Я резко дернулась, попытавшись выхватить волосок из его рук, но парень отпрянул назад. А вот это уже действительно не смешно. Саша стоял на противоположном конце кухни и надменно смотрел на меня. Даже прекрасно понимая, что это шуточки у него такие, все равно было не приятно, когда твои волосы у такого как он. Но вот в очередной раз зазвонил телефон. Что-то он сегодня распоясался. Александр чуть ли не рыча вышел в коридор и схватил трубку.

— Слушаю! — гаркнул он, но тут же изменился в лице. — А Степаныч что? Что?! — у парня полезли глаза на лоб. — Когда? Он совсем рехнулся?! Жив хоть? Пульс? Ничего не трогайте, выезжаю! — социофоб швырнул трубку, вбежал на кухню и залпом допил оставшийся ром в кружке. — Посиделки отменяюсь, — Саша вышел в коридор и прямо так, в чем был, стал обуваться.

— Что случилось? — я тоже вышла вслед за ним.

— Придурок заработать захотел, операцию нелегальную провел, а мне теперь расхлебывай! — парень натянул дубленку и вышел на лестничную площадку, пытаясь скорее закрыть дверь. — Я же не хирург, мать их!

— Ты оперировать собрался? Ты же выпел!

— Не больше чем Степаныч! — огрызнулся социофоб. — До встречи.

Я и сказать ничего не успела, как Саша пулей сбежал вниз по лестнице и оставил меня одну… совсем одну, без ключей от дома, их я оставила в его квартире. Голова моя садовая…