Человек в смокинге

— Она у меня, — Александр перебил папу, не дав ему договорить мысль.

— Во дебил! — просипела я, хватаясь за голову, чуть ли не выдергивая волосы. Ну вот, где мозг у этого человека?

Я вскочила с кровати, на ходу натягивая футболку и поправляя взъерошенные волосы. Что теперь папа подумает? Хотя все что мог, он уже подумал. Понимая, что в божеский вид себя все равно привести не смогу, махнула рукой и пошла в коридор. Плевать на все, хоть трава не расти!

— Привет, — я старалась произнести это простое слово, как можно более спокойно, но не вышло. Оглядев меня, папа удивленно поднял брови, но ожидаемого мной скандала не последовало. Отец оказался до ужаса понимающим человеком.

— Так ты здесь? Хорошо. Ты это… не засиживайся долго, а то скоро ужин.

— Хорошо.

Папа повернулся и пошел домой, Саша закрыл дверь, облокотился об нее и внимательно посмотрел на меня. Снова было интересно до ужаса, о чем он думает? Хотя без разницы, о чем бы он ни думал, я теперь в любом случае уже ничего не смогу.

— Что ты делаешь завтра вечером? — совсем обыденным тоном спросил социофоб.

— Явно не то же, что сегодня, — я протянула это так обиженно, что действительно было похоже на правду. Хотя на самом деле мыслила диаметрально противоположно.

— Ты свободна? Может, сходим в кино?

— Пытаешься наверстать то, что по идее должно было быть перед сегодняшним вечером? — я, оказывается, умею быть язвой.

— Возможно. Ну, так? — Саша сощурился.

— Во сколько?

— Я зайду за тобой в семь.

— Хорошо, — я направилась к двери. Александр посторонился, пропуская меня, но вот когда я уже хотела открыть дверь, он все же остановил меня.

— Женя.

— А?

— А это ты забрать не хочешь? — он протянул злосчастные ключи. — Долго ты еще забывать их будешь?

— Не знаю, — честно ответила, забирая ключи.

— Женя, — вновь остановил меня парень.

Я обернулась. Саша резко шагнул ко мне, прижал к стене и впился в губы. Мое протестующее мычание коровы его совершенно не смущало и он, отпустил меня только тогда, когда сам того захотел. А потом открыл дверь, вытолкнул меня на площадку и захлопнул ее за моей спиной.

— Ах, ты! — прошипела сквозь стиснутые зубы и пнула дверь ногой. Зря… Тапок слетел с ноги и упал меж пролетов. Аааа! Ну что ж за?!

Рыча от злости, я поскакала вниз по лестнице на одной ноге. А в голове была всего одна единственная мысль: «Ну и тип!».

В дверь позвонили. К этому моменту я была уже полностью готова, лишь обуться да куртку одеть и можно идти. Я быстро выскочила в коридор, открыла дверь и… первым делом влепила Саше тааакую оплеуху… Будет знать, как со мной связываться. Я из-за него вчера чуть шею пять раз не свернула, пока по лестнице на одной ноге скакала.

Саша оторопел и вытаращил на меня глаза. Похоже, женщины его не часто бьют. Ничего… пусть привыкает. Ибо если он и дальше будет себя вести так эгоистично и цинично — часто будет получать волшебный пендаль.

— Кретин эгоцентричный! — я быстро впихнула ноги в сапоги, схватила куртку и выскочила на лестничную площадку, спеша как можно быстрее смыться, пока не вышла мама и не начала знакомиться с моим «кавалером». А то, боюсь, это чревато последствиями, особенно в случае этого анацефала.

— Что? — это единственное, на что хватило его ума.

— Еще спрашиваешь? Это не вежливо: выставлять девушку за дверь, а то она может потерять тапок, упасть и сломать шею, — последовал от меня ответ, слащавым голосом.

Саша не попытался попросить прощения, даже наоборот, бросил на меня очередной надменный взгляд и косо улыбнулся. Вот нахал самодовольный!

Выбор фильма, Александр, конечно же, свалил полностью на мои плечи. Ничего особо интересного в списке не оказалось, поэтому остановила свое внимание на ближайшем сеансе, чтобы долго не ждать. Саша, без намека на что-либо интересное, взял билеты в цент зала. Я стояла рядом и гадко ухмылялась, он что, действительно пришел смотреть фильм? Потом мы прождали минут двадцать и вот, наконец, начался наш сеанс. Фильм, как я и думала, оказался не ахти. Очередной якобы фильм ужасов… подчеркиваю слово якобы, ибо ничего ужасного, кроме самого сюжета и игры актеров, там не было, само же кино было просто противным из-за обилия бессмысленных кишок и крови. Режиссера как обычно не волновали маленькие нюансы анатомии, что в человеке всего-то пять литров крови, и что их даже при всем желании не хватит, чтобы окатить потолок, стены и пол до такой степени, чтобы у соседей с потолка пошел кровавый дождь. Так же ему было плевать, что из отрубленной головы не может бить фонтан крови, а из другой отрубленной части, хоть и бьет фонтанчик, но не пятиметровой высоты. А уж про то, что человеку не возможно срубить голову одним ударом кухонного ножа, так и вообще помолчу.

— Скучно? — спросил Саша, заметив мою критически-недовольную физиономию еще на середине фильма. Я лишь кивнула. — Хочешь, уйдем.

— С удовольствием.