Никому по-настоящему этих существ жалко и не было. Но у Игоря сжималось сердце при взгляде на них. И еще от того, что должно было сейчас произойти…
24 мин, 48 сек 10969
— Что-то слишком быстро, ребята, — сказал он самому себе. — Ради бога, только не опять бездомные…
Через час на базе была вводная. Там поставили задачу.
Задачу?
— Что за дела? — возник Полцента. — Неизвестная ситуация! На кой черт тогда мы там?
Полковник, который проводил брифинг, посмотрел на Игоря. Игорь посмотрел на Карла. Карл посмотрел в пол и заткнулся.
— Все же, полковник, — сказал Игорь. — С чем придется иметь дело?
— Непонятно, капитан. Сигнал из лаборатории, карантин острова. Местная полиция перекрыла мост в островной поселок. Мотострелковая рота из гарнизона тоже дежурит там. Заведующий лабораторией попросил именно вас, не объясняя причин. Я слышал, он старый чудак, бактериолог. Но полномочия на этот запрос у него есть.
— А, ну как обычно, — вздохнул позади Доминик. — У старого козла, поди, бешеные крысы из клеток разбежались…
Полковник с непроницаемым лицом ответил:
— Все гораздо хуже, чем вы думаете. Это далеко не крысы…
Все замерли, а полковник сказал:
— Это самые настоящие мыши.
Игорь вежливо улыбнулся, подождал пока утихнут смешки.
— Лаборатория не военная, вы сказали?
— В том-то и дело, что нет. Никаких опасных разработок там и не вели. Мы предполагаем, что вызов не связан с ее деятельностью.
Отряд отправился на четырех бронетранспортерах. С собой в городок Игорь решил взять два отделения по десять человек. Еще два останутся у въезда на мост, вместе с полицией и мотострелками.
Мост тянулся над темным морем километров пять до крохотного острова.
Остались позади пустые и мокрые улицы прибрежного городка, остался въезд на мост, где тремя эшелонами стояли заграждения из спирали Бруно, а сам въезд и мост освещались сильными прожекторами. У прожекторов и заграждений маячили хмурые лица солдат-мотострелков, и встревоженные, даже испуганные — местных полицейских.
Наверное, воображение рисовало копам, никогда не видавшим отряда «Санация», примерно такое: из темноты на мосту вырывается бесконечная толпа озверевших людоедов-зомби, только-только сбежавших из подземелий загадочной лаборатории; они сожрали весь персонал и жителей островка, а теперь бегут с ревом, как тираннозавры, жаждая новой крови и смертей, переворачивают заграждения, лезут на бронетранспортеры, хватают солдат, редкие неточные выстрелы стихают, разбиты и гаснут прожектора, и вот уже ночь оглашена криками поедаемых людей, отлетают в стороны головы и конечности, а город заполоняют все новые чудовища… Зомби трясутся и рычат, пожирая трупы, блюют желчью, кровью, непереваренным мясом, вытаскивают кишки…
— Тьфу, — сплюнул Игорь, отгоняя поток мыслей.
Наснимают же киношники всякой чуши, а обыватели потом пугаются до колик, воображая себе вот такое. Зомби не существуют, увы.
Хотя, Игорь предпочел бы иметь дело с зомби, или зараженными каким-нибудь бешенством, какими их обычно показывают в фильмах, а не с бездомными или мигрантами, как в жизни.
— А вот еще было, — говорил Полцента. — Мы в деревню зашли под вечер. Мужиков там было человек шесть, и мы их быстро по пальмам развесили. Филин еще одному черномазому, пока тот в петле дергался, кишки выпустил с помощью мачете, вот так…
Полцента показал ладонью на животе Доминика, как Филин выпустил черномазому кишки.
— Пошел ты, — ответил Доминик, и ударил Карла по руке.
— Т ы что, расист? — Полцента засмеялся.
— Карл, прикуси язык, — обронил Игорь негромко.
Полцента рассмеялся, и тут его пробрал кашель. Карл утер розовую слюну с губ, и ухмыльнулся:
— Чертовы дефолианты.
Игорь включил рацию и передал команду:
— Маски надеть.
Метров за двести до острова мост перешел в круглый тоннель. Въезд преграждали ворота из стальной решетки на всю его высоту.
— Что-то часто нас в трубы загоняют, капитан, — сказал водитель командирской бронемашины, повернув страшную морду-маску с черными стеклами.
Игорь только кивнул. Вопрос был риторический, конечно. А трубы… крысы их любят, а значит и крысоловам приходится туда лезть.
Ворота открылись, когда радист отряда послал кодированный сигнал. Бронетранспортеры покатились вперед, в тревожную тьму тоннеля.
Ворота лязгнули, закрываясь. Словно челюсти кого-то огромного, невидимого пока.
Въезд из тоннеля в город был солиднее — с глухими тяжелыми створками, похожими на гермоворота в метро.
— Тут-то нас и порвут, — сказал по общей связи Полцента. — На собственных кишках повесят психопаты-убийцы! Наподобие было в экваториальной…
Доминик ответил:
— Большего психопата, чем ты, не сыскать и среди оголодавших зомби.
— Да? А зачем это тогда мирному островку такие шлюзы на въезде?
— Отставить треп, — сказал Игорь.
Они вошли как можно тише, постарались хотя бы, — в ветреной морской ночи только ворота лязгали заржавевшими петлями. Дальше была асфальтовая дорога и виднелись вдали темные контуры двух-трехэтажных домов, скудно освещенных несколькими уличными фонарями.
Игорь выслал трех парней осмотреть ближайшую территорию, и сверился с картой.
— Идем сразу в лабораторию. Потолкуем со стариком.
— Если хрыч еще жив!
Через час на базе была вводная. Там поставили задачу.
Задачу?
— Что за дела? — возник Полцента. — Неизвестная ситуация! На кой черт тогда мы там?
Полковник, который проводил брифинг, посмотрел на Игоря. Игорь посмотрел на Карла. Карл посмотрел в пол и заткнулся.
— Все же, полковник, — сказал Игорь. — С чем придется иметь дело?
— Непонятно, капитан. Сигнал из лаборатории, карантин острова. Местная полиция перекрыла мост в островной поселок. Мотострелковая рота из гарнизона тоже дежурит там. Заведующий лабораторией попросил именно вас, не объясняя причин. Я слышал, он старый чудак, бактериолог. Но полномочия на этот запрос у него есть.
— А, ну как обычно, — вздохнул позади Доминик. — У старого козла, поди, бешеные крысы из клеток разбежались…
Полковник с непроницаемым лицом ответил:
— Все гораздо хуже, чем вы думаете. Это далеко не крысы…
Все замерли, а полковник сказал:
— Это самые настоящие мыши.
Игорь вежливо улыбнулся, подождал пока утихнут смешки.
— Лаборатория не военная, вы сказали?
— В том-то и дело, что нет. Никаких опасных разработок там и не вели. Мы предполагаем, что вызов не связан с ее деятельностью.
Отряд отправился на четырех бронетранспортерах. С собой в городок Игорь решил взять два отделения по десять человек. Еще два останутся у въезда на мост, вместе с полицией и мотострелками.
Мост тянулся над темным морем километров пять до крохотного острова.
Остались позади пустые и мокрые улицы прибрежного городка, остался въезд на мост, где тремя эшелонами стояли заграждения из спирали Бруно, а сам въезд и мост освещались сильными прожекторами. У прожекторов и заграждений маячили хмурые лица солдат-мотострелков, и встревоженные, даже испуганные — местных полицейских.
Наверное, воображение рисовало копам, никогда не видавшим отряда «Санация», примерно такое: из темноты на мосту вырывается бесконечная толпа озверевших людоедов-зомби, только-только сбежавших из подземелий загадочной лаборатории; они сожрали весь персонал и жителей островка, а теперь бегут с ревом, как тираннозавры, жаждая новой крови и смертей, переворачивают заграждения, лезут на бронетранспортеры, хватают солдат, редкие неточные выстрелы стихают, разбиты и гаснут прожектора, и вот уже ночь оглашена криками поедаемых людей, отлетают в стороны головы и конечности, а город заполоняют все новые чудовища… Зомби трясутся и рычат, пожирая трупы, блюют желчью, кровью, непереваренным мясом, вытаскивают кишки…
— Тьфу, — сплюнул Игорь, отгоняя поток мыслей.
Наснимают же киношники всякой чуши, а обыватели потом пугаются до колик, воображая себе вот такое. Зомби не существуют, увы.
Хотя, Игорь предпочел бы иметь дело с зомби, или зараженными каким-нибудь бешенством, какими их обычно показывают в фильмах, а не с бездомными или мигрантами, как в жизни.
— А вот еще было, — говорил Полцента. — Мы в деревню зашли под вечер. Мужиков там было человек шесть, и мы их быстро по пальмам развесили. Филин еще одному черномазому, пока тот в петле дергался, кишки выпустил с помощью мачете, вот так…
Полцента показал ладонью на животе Доминика, как Филин выпустил черномазому кишки.
— Пошел ты, — ответил Доминик, и ударил Карла по руке.
— Т ы что, расист? — Полцента засмеялся.
— Карл, прикуси язык, — обронил Игорь негромко.
Полцента рассмеялся, и тут его пробрал кашель. Карл утер розовую слюну с губ, и ухмыльнулся:
— Чертовы дефолианты.
Игорь включил рацию и передал команду:
— Маски надеть.
Метров за двести до острова мост перешел в круглый тоннель. Въезд преграждали ворота из стальной решетки на всю его высоту.
— Что-то часто нас в трубы загоняют, капитан, — сказал водитель командирской бронемашины, повернув страшную морду-маску с черными стеклами.
Игорь только кивнул. Вопрос был риторический, конечно. А трубы… крысы их любят, а значит и крысоловам приходится туда лезть.
Ворота открылись, когда радист отряда послал кодированный сигнал. Бронетранспортеры покатились вперед, в тревожную тьму тоннеля.
Ворота лязгнули, закрываясь. Словно челюсти кого-то огромного, невидимого пока.
Въезд из тоннеля в город был солиднее — с глухими тяжелыми створками, похожими на гермоворота в метро.
— Тут-то нас и порвут, — сказал по общей связи Полцента. — На собственных кишках повесят психопаты-убийцы! Наподобие было в экваториальной…
Доминик ответил:
— Большего психопата, чем ты, не сыскать и среди оголодавших зомби.
— Да? А зачем это тогда мирному островку такие шлюзы на въезде?
— Отставить треп, — сказал Игорь.
Они вошли как можно тише, постарались хотя бы, — в ветреной морской ночи только ворота лязгали заржавевшими петлями. Дальше была асфальтовая дорога и виднелись вдали темные контуры двух-трехэтажных домов, скудно освещенных несколькими уличными фонарями.
Игорь выслал трех парней осмотреть ближайшую территорию, и сверился с картой.
— Идем сразу в лабораторию. Потолкуем со стариком.
— Если хрыч еще жив!
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 2 из 7
