Чёрный Тёть

— Докладываю, — сказал он. — Мы шурфы бурили на три метра, а там после взрыва целая штольня вглубь уходит. Небольшая такая, сантиметров тридцать в поперечнике.

— Такая маленькая воронка? — не понял Герин.

— Нет. Нет там воронки — просто дырка в земле и в глубину уходит, фонарь не достаёт. Я там палку воткнул, место отметил, а то земля осыпаться начала, боюсь, завалит.

— Чёрт те что! — Герин решительно двинулся к площадке. — Идём, посмотрим.

Следом за ним потянулись остальные, с ними и сгоравшая от любопытства Фрося.

Очутившись на площадке, она не удержалась и, наклонившись, потрогала землю. Почва была сухой и твёрдой, без единой травинки и чем-то походила в темноте на городской асфальт. И никаких следов взрыва. «В самом деле, — подумала Фрося, — хоть снова взрывай», и пустилась догонять ушедшую вперёд группу.

Когда она подошла, все стояли кружком и пялились на воткнутый в почву небольшой прутик, выдававшийся сантиметров на пятнадцать над землёй.

— Ты поменьше палку найти не мог? — осведомился Герин у взрывника.

— Я нормальную палку втыкал, длинную, — запротестовал тот. — Целый ствол молодой сирени выдрал с корнями, чтоб не провалилась.

— И где он, этот ствол?

Вместо ответа взрывник шагнул к торчавшей деревяшке и ухватил её за верхушку. Дёрнул. В ту же минуту поверхность вокруг палки вздулась и с громким шелестом рухнула вниз уходящим в глубину конусом, по краям которого всё быстрее и быстрее стала осыпаться земля, заполняя образовавшуюся воронку двухметровой ширины. Стоявшего в центре взрывника наверняка бы засыпало, если б он, извернувшись по-кошачьи, не успел отпрыгнуть и вцепиться в края конуса, постепенно оседавшие под его пальцами.

Герин матюгнулся, плюхнулся на живот и, дотянувшись до взрывника, выволок его наружу.

— Всё, — объявил он, поднимаясь и глядя, как земля заполнила образовавшийся внезапно провал. — Достаточно на сегодня. Не хватало ещё новых жертв!

Он повернулся и направился к стоявшим наверху машинам. Остальные потянулись за ним. Фрося шла последней и, уходя, бросила взгляд через плечо на ровное место, казавшееся чёрным в темноте, и без малейших следов взрыва.

Баба Фрося замолчала и открыла дверцу. Машина стояла возле торца правления у садоводческого магазина. Света и не заметила, как за рассказом они прибыли на место. Старушка попыталась выйти, и не смогла: не пустил ремень. Она возмущённо взглянула на Аристарха.

— Ну-ка, отцепляй! Девчонок, вон лови, — она кивнула на Свету с Оксаной, — меня раньше надо было.

Покрасневший как рак парень наклонился и освободил старушку. Та взялась рукой за дверцу, собираясь выйти.

— Подождите, баба Фрося! — сказала Света. — А дальше-то что было?

— Вылечили его. К счастью. — Баба Фрося выбралась наружу и остановилась возле опущенного стекла задней дверцы, где сидели девушки.

— Павла?

— Павла. Электричеством его ударило, от молнии. Во всяком случае, так нам тогда объяснили. Только из взрывников ему потом пришлось уйти: ладони у него сильно обгорели и ступни. Ну, хоть жив остался, и то хорошо.

— А на участке ещё что-нибудь делали? — Свете было жаль неведомого Павла, но хотелось разузнать больше о таинственном случае.

— Нет, — старушка отрицательно помотала головой. — Там разбирательств хватило до конца лета. Шутка ли — пострадал человек во время взрыва.

— Откуда взрыв взялся? — вмешался Аристарх. Он нагнулся и смотрел на бабу Фросю с сиденья водителя, неудобно опираясь правой рукой на пассажирское сиденье. — Как я понял, они заряды взорвали раньше.

— Сказали — не все, — бабушка потеряла интерес к разговору и отошла от машины. — Говорили, что один оставался не взорванным. В него-то молния и угодила.

— А пыль эта серая? — Света наполовину высунулась в окно.

Старушка лишь махнула рукой в её сторону.

— Примерещилось. Темно было. Да и давно, я уже точно всего и не помню. Ладно, я в магазин, пока не закрылся. До свидания.

— До свидания, — попрощалась Света и разочарованно опустилась на сиденье. Опять никаких ответов, одни вопросы.

— Легендарный у тебя участок, оказывается, — заметил Аристарх. Он поправил зеркальце и с удовольствием разглядывал насупленное лицо Светы. — То урожай небывалый, то молнии непонятные.

— Почему непонятные? — спросила Оксана. — Я сама видела: сверкнёт, грохнет, а дождя нет.

— Между облаками, — заметил Аристарх, — то бишь, грозовыми фронтами. Ну, допустим, бывает, наверное. Куда теперь? К тебе? Или сначала на озеро, вдруг они там?

— На озеро, — быстро предложила Оксана. — На твои грядки меня теперь только пулемётом загнать можно.

— Или большой кучей денег, — проворчала Света.

— Ты её сперва закопай там — эту большую кучу, а там посмотрим.

— Я гляжу, твоя меркантильность все страхи переборет.

— Все не все, — Оксана пожала плечами, — но определённая материальная стимуляция не помешала бы в преодолении Тётефобии.

— Обойдёшься! — отрезала Света. — Если что, я тебя морально простимулирую. Давай на озеро, — приказала она Аристарху.

— На озеро, так на озеро, — покладисто кивнул парень, трогаясь с места.