Профессор одного из медицинских университетов, Сафонов Александр Константинович, пожилой мужчина лет шестидесяти лежал в своей кровати и с нервозностью поглядывал на часы. Длинная стрелка часов минуту за минутой преодолевала положенный интервал с быстротечной скоростью, приближая начало очередного дня.
23 мин, 54 сек 949
Профессор злился на всех, даже на самого себя. В свои года он чувствовал стойкий интерес к женщинам, но он и чувствовал что женщины не проявляют интереса к нему. Вечно недовольная и нудящая жена, только раздражала его. Он и забыл когда последний раз они занимались любовью. От того душа его приходила в негодование, но внешне он ничего не показывал. Отправившись в уборную профессор умылся ледяной водой. Струйки воды быстро бежали с сального лица и падали на брюки оставляя жирные следы. Небрежно вытеревшись полотенцем и протирая очки, профессор ту же секунду пошатнулся. В зеркале за левым плечом он на миг увидел непонятное существо, имевшее ехидную морду, заросшую темными волосами. Немедля ни секунды и оторопев от ужаса, профессор зажмурил глаза и тут же одел очки. Посмотрев в зеркало вновь он увидел лишь свое напуганное, бледное лицо. Дверь открылась и по коридору прокатился дикий, заливистый смех. Тишина наступившая в коридоре напугала профессора. Выйдя в коридор он не увидел никого. По-всей видимости студенты ждали профессора в палате. Профессор заметил на полу больничного корпуса оставленные грязные следы, походившие на следы копыт. Зажмурив глаза и открыв их вновь, он заметил что они исчезли. Сердцебиение врача увеличивалось, словно обороты мотора на дорогой иномарке мчавшейся по московским улицам. Спустя несколько минут профессор подумал, что переутомление дает о себе знать, да и возраст уже не молодой. На том его душевные терзания прекратились. Войдя в палату, где его уже ожидали студенты и медсестра-помощница, Александр Константинович начал знакомство студентов с одним из особенных пациентов психосоматического блока, который проходил лечение в отдельной одноместной палате. Здесь он уже был достопримичательностью этого больничного уголка в центре Москвы.
На больничной койке, подняв колени к груди лежал больной с жалобным лицом. Поза и молящая о помощи мина, непременно распологала ласково отнестись к этому человеку.
— Вашему вниманию хочу представить больного сорока лет от роду. Евстафьев Федор Сергеевич,-начал важным голосом доктор — на лицо как вы успели заметить ярко выраженное физическое уродство — профессор явно имел ввиду большого размера не естественно развитые плечи, и продолжающие их руки которые имели размеры десятилетнего ребенка.
Александр Константинович, давно не церемонился в отношении больных, несмотря на то что последние рекомендации не называть пациента больным, успешно внедрялись во многие больницы. Профессор имел своё мнение на этот счет. Пациенты для него были людьми даже не второго, и не третьего сорта. Многие загадки в мироздании не поддаются объяснению, так же как и не поддается объяснению, что движет людьми, которые выбирают своей профессией служение роду человеческому, а по сути за душой имеют лишь каплю добра и море ненависти.
— В совокупности с этим, нижние конечности и туловище данного больного развиты в пределах нормы. Хочу обратить ваше внимание, что у пациента присутствует микроцефалия, которая без сомненния в течение его жизни привела к умственной отсталости, то есть олигофрении, и как следствие теперь вы видите, то что видите, — профессор продолжал описание больного глядя на его крохотного размера голову, почти как у младенца. — Весьма интересным фактом из анамнеза жизни больного, является его крайне ужасные отношения с родителями. По слухам которых он сам и убил.
Студенты-медики под глубоким впечатлением слушали профессора открыв рты. Неизвестно правдой ли являлись слова профессора о родителях, но они произвели должный эффект. Многие из них наверное не испытывали такого смешанного чувства страха и любознательности со времен первого похода в морг. Картина была по истине ужасающей. Пациент продолжал лежать на боку и весь его вид был настолько жалким, необычным и пугающим, что заставил многих, особенно студенток смотреть на него с широко открытыми глазами.
— Увы, поговорить с ним, ни вам, ни мне не удастся, поскольку у больного отсутствует язык. Да и разговор с ним бесполезен, и вам балбесам это ничего не даст, у многих из вас я уверен, при опросе можно диагностировать такой же диагноз — ехидно заявил профессор и посмотрел на пациента, внезапно заметив как тот пристально впилил в него прожигающие на сквозь оба глаза. Глаза полные ненависти.
Лицо профессора побледнело и внутри он был напуган этим необычным взглядом. Вдруг показалось будто все вокруг остановилось. Несмотря на свою браваду, профессор был трусливым человеком. Во времена своей студенческой молодости из-за своего скверного характера, он часто подвергался презрению со стороны своих сокурсников и часто был бит ими же в стенах университета. Ответить им профессор боялся, и посему только копил лютую ненависть к людям. Больной продолжал пристально смотреть не сводя глаз с профессора и неожиданно черты лица приобрели суровый и дикий вид. Губы больного сильно посинев, едва слышно начали шептать:
На больничной койке, подняв колени к груди лежал больной с жалобным лицом. Поза и молящая о помощи мина, непременно распологала ласково отнестись к этому человеку.
— Вашему вниманию хочу представить больного сорока лет от роду. Евстафьев Федор Сергеевич,-начал важным голосом доктор — на лицо как вы успели заметить ярко выраженное физическое уродство — профессор явно имел ввиду большого размера не естественно развитые плечи, и продолжающие их руки которые имели размеры десятилетнего ребенка.
Александр Константинович, давно не церемонился в отношении больных, несмотря на то что последние рекомендации не называть пациента больным, успешно внедрялись во многие больницы. Профессор имел своё мнение на этот счет. Пациенты для него были людьми даже не второго, и не третьего сорта. Многие загадки в мироздании не поддаются объяснению, так же как и не поддается объяснению, что движет людьми, которые выбирают своей профессией служение роду человеческому, а по сути за душой имеют лишь каплю добра и море ненависти.
— В совокупности с этим, нижние конечности и туловище данного больного развиты в пределах нормы. Хочу обратить ваше внимание, что у пациента присутствует микроцефалия, которая без сомненния в течение его жизни привела к умственной отсталости, то есть олигофрении, и как следствие теперь вы видите, то что видите, — профессор продолжал описание больного глядя на его крохотного размера голову, почти как у младенца. — Весьма интересным фактом из анамнеза жизни больного, является его крайне ужасные отношения с родителями. По слухам которых он сам и убил.
Студенты-медики под глубоким впечатлением слушали профессора открыв рты. Неизвестно правдой ли являлись слова профессора о родителях, но они произвели должный эффект. Многие из них наверное не испытывали такого смешанного чувства страха и любознательности со времен первого похода в морг. Картина была по истине ужасающей. Пациент продолжал лежать на боку и весь его вид был настолько жалким, необычным и пугающим, что заставил многих, особенно студенток смотреть на него с широко открытыми глазами.
— Увы, поговорить с ним, ни вам, ни мне не удастся, поскольку у больного отсутствует язык. Да и разговор с ним бесполезен, и вам балбесам это ничего не даст, у многих из вас я уверен, при опросе можно диагностировать такой же диагноз — ехидно заявил профессор и посмотрел на пациента, внезапно заметив как тот пристально впилил в него прожигающие на сквозь оба глаза. Глаза полные ненависти.
Лицо профессора побледнело и внутри он был напуган этим необычным взглядом. Вдруг показалось будто все вокруг остановилось. Несмотря на свою браваду, профессор был трусливым человеком. Во времена своей студенческой молодости из-за своего скверного характера, он часто подвергался презрению со стороны своих сокурсников и часто был бит ими же в стенах университета. Ответить им профессор боялся, и посему только копил лютую ненависть к людям. Больной продолжал пристально смотреть не сводя глаз с профессора и неожиданно черты лица приобрели суровый и дикий вид. Губы больного сильно посинев, едва слышно начали шептать:
Страница 4 из 8
