Чёртовы волшебники!

— И что они сделают? Да они даже в наш мир попасть не смогут!

— На самом деле — смогут, — парировал хозяин кабинета, а потом выдвинул ящик стола и достал оттуда пожелтевший от времени свиток. — Вы так трясётесь над вашим драгоценным Статутом секретности, что постоянно забываете нечто гораздо более важное. Пусть вам хочется в это верить, но защита ваших домов, куда в своё время вы быстренько попрятались, появилась не на пустом месте. Для этого пришлось предпринять несколько шагов. И главный связан вот с этим документом.

Это договор, который подписал правивший в то время король Англии и Шотландии Вильгельм третий. Ваш мир может верить во что угодно, однако вы не ушли в подполье, когда он отказался предоставить вам защиту от маглов. Вместо этого он предоставил вам полное право на самоопределение, ведь раньше у вас было только частичное. Однако здесь есть несколько оговорок, и главные — ни один колдун или ведьма не должны без уважительной причины использовать магию на маглах, и ни одна война в волшебном мире не должна влиять на обычный. Кроме правящего монарха договор подписал министр магии. И такие договоры есть по всему миру. Думаю, вы согласитесь, что за последние три столетия эти два условия были нарушены сотни, если не тысячи раз.

Мы обсудили этот вопрос с Её Величеством и решили принять меры. Так вот, начиная с сегодняшнего дня у волшебного мира есть ровно три месяца, чтобы убедить нас не разрывать этот договор. Хотя, честно говоря, так надо было поступить давным-давно.

Гарри ожидал вспышки гнева, однако визитёры сидели как пыльным мешком прибитые (правда, возможно, Амбридж кто-то заколдовал).

Первой опомнилась Тонкс.

— А если мы не справимся?

— Тогда договор будет объявлен недействительным, маги Великобритании лишатся права на самоопределение, Министерство потеряет силу и волшебный мир снова станет частью обычного. И тогда мы сами разберёмся с Пожирателями, причём окончательно.

— Есть места, где магловское оружие работать не будет, — возразил Грозный Глаз.

— Таких мест больше не останется, — парировал премьер. — Как только договор будет расторгнут, вся магическая защита рухнет. Повторяю — вся, включая территорию Косой аллеи и Хогвартса. И на достигнутом мы не остановимся. Мы проинформируем все страны Европы, напомнив о войнах с Волдемортом и Гриндевальдом. Скорее всего, большинство последует нашему примеру и объявит свои аналогичные договоры недействительными. И это будет только начало.

Судя по всему, Амбридж наконец-то вышла из ступора.

— Поттер, ты не имеешь права!

Тот ухмыльнулся и поднял свиток.

— Вполне.

Снова повисло молчание. Нарушил его премьер:

— Предлагаю вам удалиться. Вам нужно навести порядок в своём мире, а времени — только три месяца.

Сообразив, что их выпроваживают, и не найдя в ответ ни одного аргумента, волшебники встали и направились к двери.

Ещё до порога Скримджер повернулся к Дамблдору.

— Как считаешь, он серьёзно?

Директор ненадолго задумался. Если бы речь шла о Гарри Поттере, который четыре с половиной года проучился в Хогвартсе, он бы сказал, что это блеф. Однако теперь перед ним совсем другой Гарри Поттер. Он вырос, не боится испачкать руки, и самое главное — стал политиком.

— Думаю, очень серьёзно, — ответил Альбус и опустил руку в карман. Там лежал уменьшенный Омут Памяти и склянка с воспоминанием о пророчестве Трелони, которое и связало судьбы Гарри и Волдеморта. Дамблдор планировал задержаться после встречи и рассказать мальчику о пророчестве, однако сейчас у него возникло ощущение, что добром это не кончится. Например, при помощи Добби у них отберут палочки, затем арестуют, и волшебный мир быстро падёт.

Нет, это подождёт.

Как только гости вышли из кабинета, появились Дин Томас и Уэйн Хопкинс и подтолкнули к ним Снейпа. Выглядел зельевар слегка потрёпанным.

Гарри дождался, пока закроется дверь (последним вышел Кингсли), и поднял трубку телефона. Само собой, никто из волшебников не обратил внимания, что всю беседу та не лежала на рычаге.

— Всё записали?

— Каждое слово, — раздался в трубке голос Гермионы.

Глава 4. Тюремные планы

С грузовика сняли последний поддон с кирпичами и поставили рядом с «собратьями». Водитель получил подпись в акте, что груз принят, забрался в кабину и уехал.

Гарри огляделся: широкое поле, сотни стальных балок, километры проволоки, горы цемента, кирпича и шлакоблоков, бесчисленные футы металлических труб, армированные окна, толстенные двери… и всё это ради одной цели.

— Добби! — позвал он.

С треском появился домовик.

— Хозяин Гарри, сэр, вызывал Добби?

— Да. Пожалуйста, сообщи эльфам-строителям, что всё готово.

— Немедленно, хозяин Гарри, сэр. — С тем же звуком Добби исчез.

— Думаешь, они справятся к концу недели? — поинтересовался Кевин Энвистл, государственный секретарь по вопросам юстиции.

— Думаю, да, — ответил премьер. — Убедись, что заключённые готовы к переезду.

Кевин кивнул и активировал Маховик времени, который неделю назад позаимствовал у Лили.