Что обещаем мы

Ее немногочисленные отношения до него всегда начинались по предложению мальчиков. Сперва Антоний Голдштейн, ревенкловец, который очень практично (но совсем неромантично) заметил, что ей следует заняться этим с кем-то, достаточно опытным, чтобы он мог собрать ее девственную кровь для регенерирующих зелий. Вторым был Ли Джордан накануне битвы, и оба они искали утешения. И, наконец, студент из маггловского университета; затем последовало несколько ничем не примечательных свиданий, а потом Гермиона исчезла, полностью пересмотрев свои стереотипы об отношениях между мужчиной и женщиной.

И, конечно же, вся их связь с Северусом была полностью по его настоянию — и его приказу, — а она намеренно не принимала во всем этом никакого участия.

Сейчас же она чувствовала себя с ним легко. Они сидели в кожаных креслах у камина — он принес второе кресло для нее — и проверяли эссе, зачитывая вслух самые вопиющие примеры идиотизма студентов. Спорили над статьями по зельеварению. По выходным работали в лаборатории над проблемными зельями, которые вызывали у пациентов тошноту.

Она не думала о том, что сможет перенести потерю этой странной дружбы, но она боялась, что как только они снова займутся сексом, она поймет, что продолжение отношений невозможно.

И здесь была куда большая проблема.

Не было страха, не было ненависти, не было отвращения к себе. Проблема заключалась в затянувшейся, кипящей злости — не столько из-за секса как такового, полагала Гермиона, сколько из-за огромной власти, которую Северус имел над ней все это время.

И пока Гермиона оставалась в одежде, ей не нужно было думать об этом.

Глава 27. Равновесие силы

Немногие бывали в подземельях, если только не собирались подвергнуть себя уроку зельеварения, или имели счастье — или несчастье, зависит оттого, как вы на это смотрите, — быть распределенными в Слизерин. Вот почему у Гермионы и Северуса довольно долго получалось хранить в секрете то, что бывшая ученица навещает своего преподавателя каждый день, проникая в замок через мало кому известную дверь, которой Северус пользовался еще в те времена, когда ему нужно было быстро покидать Хогвартс по зову темных сил.

Но портреты никуда ведь не делись. И хотя постоянные обитатели подземелий были на редкость молчаливы, сэр Кэдоган — по причинам, известным ему одному, — оглушительно лязгнул своими доспехами однажды утром, как раз тогда, когда Северус провожал Гермиону.

Минерва выглядела чрезвычайно — и весьма предсказуемо — довольной собой, когда до нее дошли слухи.

— Как приятно оказаться правой, — сказала она, навестив во время выходных Гермиону в ее доме и загнав девушку в угол. — Сколько вы уже встречаетесь?

— Четыре месяца. С рождества.

— И?

— И могу сказать без обиняков, что Северус — самый, — Гермиона выдержала театральную паузу, — саркастичный мужчина, которого я когда-либо встречала.

— Нет, правда, — фыркнула директор. — Что это за слухи?

Гермиона хотела было высказать этой любопытной сплетнице все, что думает, но почувствовала, что настроена по отношению к директору не так враждебно — теперь, когда дилемма относительно Северуса была частично решена. А кроме того, девушка вспомнила, что, в отличие от Альбуса, Минерва всегда по-настоящему заботилась о Северусе.

Поэтому Гермиона сказала:

— Ну ладно. Он не очень-то счастлив в Хогвартсе.

— Да, — согласилась Минерва, тут же посерьезнев. — Он говорит, что пойти ему больше некуда, а я так и не смогла придумать ничего получше.

На самом деле, нечто подобное уже приходило в голову Гермионе, однако она свои мысли о трудоустройстве Северуса держала при себе. Он не согласится, думала девушка и мрачно напоминала себе, что если и согласится, то никогда не узнаешь, продлится ли идиллия больше года и не придется ли потом жалеть.

— Все это предубеждение против него — просто вопиющее безобразие! — добавила Минерва с раздражением, за которым явно угадывалось желание снять баллы со всей Европы. — Он заслуживает больше, чем пожизненное отбывание приговора в этих стенах.

— Да, — медленно произнесла Гермиона, напрасно стараясь заставить себя придерживаться своих принципов.

«Просто невозможно придерживаться принципов, когда речь заходит об этом волшебнике, да?»

Но нет, дело не в этом. Просто он постоянно заставляет тебя переоценивать эти принципы«.»

Следующие слова слетели с губ Гермионы очень быстро:

— А если я скажу, что придумала альтернативный вариант, вы сможете найти ему замену на следующий семестр?

Брови директора взлетели вверх, рот приоткрылся, но с губ не сорвалось ни слова. Однако Минерва быстро пришла в себя и откашлялась.

— Гермиона Грейнджер, тебе все по плечу, — сказала она и добавила, подмигнув: — Я знала, что ты ему подходишь.

— Сколько взысканий ты назначил сегодня?

— Шесть, — мрачно повторил он, отводя в сторону ветку розового куста. — Поэтому не планируй увидеть меня сегодня между семью и десятью вечера.