Что происходит?

Шаги приближались, но моя новая знакомая совсем не спешила уходить. В зале появился немолодой мужчина в старом джинсовом костюме и с ружьём. «Кто здесь?» — спросил он грозным голосом. Стоящую на сцене девочку он как будто не замечал.«Кто здесь? — ещё раз повторил свой вопрос человек с ружьем, — Выходи, я знаю, что ты где-то здесь!». От пыли, скопившейся в волокнах плотной ткани, мне ужасно захотелось чихнуть, но это желание быстро пропало, как только я увидела нечто: старик зарядил ружьё и зашагал в сторону ребёнка в голубом платье. Но девочка стояла на месте и на лице её не было ни тени страха, как будто ничего не происходило. Сторож сделал ещё один шаг и… просто прошел сквозь неё. Мне стало понятно, что кто-то из них призрак, больше это никак не объяснить. Он (человек с ружьем) повернулся лицом в зал, медленно осмотрел помещение и со словами: «Ну, попадись ты мне только, воришка!» вышел, повесив оружие на плечо. Я хотела выйти из своего укрытия, но девочка уже стояла рядом со мной. Я поняла, что из этих двоих призрак — дитя с каштановыми волосами. До этого момента я думала, что приведения прозрачные, но теперь мне стало известно, что их на вид не отличишь от живых людей. Только одно мне не понятно: почему я её вижу, а сторож — нет?

— Теперь ты поняла, почему отец не хочет, чтобы люди слышали, как я играю? — она весело хихикнула, как будто находила ситуацию весьма забавной и показала мне руку во множестве шрамов, оставшихся после укусов ядовитых бабочек, — призраки не любят, когда кто-то узнает об их существовании. Люди нас боятся, называют нечистой силой, ругают… они не знают, что рано или поздно станут такими, как мы.

— Почему тогда я вижу тебя и разговариваю с тобой?

— А разве не поэтому ты оказалась там, от куда только что сбежала?

Да откуда эта девчонка всё знает!

— Когда-то я, мои братья, отец и мать пошли в лес и случайно потревожили гнездо гигантских бабочек. Крылатые хищники стали защищать своё жилище и напали на нас. Их зубы острые, кусают больно. Они ядовитые, никто не выживал после их укусов.

— От этих бабочек я могу отбиваться. Ты мне лучше скажи, как называется этот небольшой городок и почему полуразвалившийся дом культуры до сих пор охраняет сторож?

— Город уже никак не называется, здесь никто не живёт, кроме безумного деда с ружьём и его жены. Они до сих пор верят, что люди снова заселят наш маленький город, до сих пор боятся, что кто-то может ограбить никому не нужное здание. Вот этот дед и носится со своим ружьем, как ненормальный. У них была дочь, но она уехала и вышла замуж.

— Как мне добраться до ближайшего города?

— Пешком туда человеку не дойти, далеко сильно. Но ты можешь повторно угнать машину у безумца и ехать на север, — девчонка снова хихикнула, как будто не происходит ничего необычного.

— Спасибо тебе. Я не буду спрашивать, откуда ты всё знаешь. Может быть, мне лучше не знать ответа.

— Прощай, человек… — девочка грустно на меня посмотрела.

— Надеюсь, сюда ещё занесёт кого-нибудь, кто может меня видеть, а то и поговорить даже не с кем, кроме двоих братьев и мамы с папой.

— Ты не одинока, у тебя есть семья. Прощай.

Я осторожно прокралась к выходу. Старого безумца уже не было. Наверное, домой пошел. Через кусты я пробралась в его двор и дождалась, пока единственные жители безымянного городка улягутся спать. И вот, после долгих ожиданий, дед обошел с ружьем в руках вокруг дома, от души потянулся, устало зевнул и зашел в дом. Свет погас. Я подождала еще немного и снова села в старенький автомобиль. В замке зажигания по-прежнему болтались ключи. Странный всё-таки этот дед: такой осторожный, недоверчивый, а ключи в машине оставляет. Точно безумный. Чтобы хозяева, проснувшись, не успели опомниться, я быстро завела машину и рванула с места. Фары освещали неровную дорогу, старое корыто на колёсах тряслось на кочках, мотор напряженно ревел. В общем, я быстро выехала за пределы этого маленького городка, обозначенного указателем со стертыми буквами и направилась на север по пустынной дороге с надеждой на то, что мне хватит бензина до города.

Ехать было действительно долго, тем более на этой колымаге, которая едет очень медленно. Разбитый спидометр скорость не показывал, мне оставалось только смириться с бесконечностью дороги. В моей голове по прежнему звучал голос девчонки с каштановыми волосами: «Зубы острые… кусают больно… ядовитые укусы»… Мне казалось, что за мной гонится безумный старик с ружьём, а лобовое стекло сейчас разобьёт огромная бабочка и насладится моей кровью. Моё напряжение возрастало, нога вдавливала в пол педаль газа, двигатель от перегрузки чуть ли не дымился. Я зажмурила глаза и, съехав с дороги, перевернулась вместе с угнанным автомобилем. Осколок разбитого лобового стекла вонзился мне в плечо, а помятая от ударов крыша и погнутая дверь не оставили мне шансов выбраться. Машина потихоньку начинала загораться.