Фандом: Гарри Поттер. Все началось с бала-маскарада в поместье Малфоев…
216 мин, 22 сек 18095
Теперь требовалось все это воплотить, и сообщники начали прощаться. Первым умчался Фил настраивать станок, следом за ним в камине исчезли Мальсибер со Скиттер. Блэк не уходил:
— Малфой, что с ним?
Как бы ни хотелось помучить эту дворнягу, но Люциус все же ответил:
— Очнулся. Все будет хорошо.
— Я это понял… пустишь к нему?
— Зачем?
— Поговорить.
— Со мной говори.
Блэк нахально улыбнулся:
— О чем с тобой можно говорить? Не-о-чем! Тебя же, кроме власти, выпивки и секса, ничего не интересует.
— Что ж, на один интерес у меня больше.
— Нет, Малфой, ты забыл еще об одном моем большом интересе. Пусти.
— Что ты хочешь ему сказать?
— Что больше всего на свете я сожалею об одном вечере… и о тех словах, что я сказал… я никогда так не думал… правда… а почему говорил…
Люциус уже и сам был не рад, что позволил Северусу все это услышать. А вдруг именно этих слов и не хватало для их примирения? Он же бросился в Министерство спасать Блэка… и спас… жертвуя собой.
— Замолчи, Блэк. Северусу не нужны твои лживые извинения.
— А с каких пор ты решаешь за Северуса? И я готов поклясться…
Довольно! Люциус силой вытолкал Блэка из кабинета и, закрыв за собой дверь, прижал его к стене:
— Я своего не отдам!
— А он не вещь, чтобы ты распоряжался, — Блэк дернул плечом, сбрасывая руку Люциуса. — Да и вообще пора тебе расстаться с иллюзиями. Снейп — не домашний мальчик. Он злой, мстительный, беспощадный и безжалостный ублюдок. Он не умеет прощать, но я надеюсь, что научится.
— Зачем ты это…
— Говорю? Так просто… сообщаю. Только вот в чем проблемка — мне-то он нужен такой… неидеальный, а тебе?
Люциус рассвирепел:
— Как ты вообще сюда пробрался?
— Нечем крыть? — Блэк скорее оскалился, чем улыбнулся. — Я, между прочим, твой родственник, а твоя супруга — моя сестра.
Блэк развернулся и пошел прочь по коридору. Затем, вспомнив, остановился и, не оборачиваясь, бросил:
— Утром я принимаю Род. В пятницу, как договаривались, у нас ритуал. Не опаздывай!
Люциус зашел в спальню. Злой, мстительный, беспощадный и безжалостный ублюдок приоткрыл сонные глаза и его лицо чуть дрогнуло, смягчаясь:
— Ты…
А ведь как хорошо, что он не умеет прощать! Люциус разулся, отбросил пыльную мантию и улегся на кровать поверх одеяла, взяв сомлевшего Северуса за руку:
— Спи.
— Пить дашь?
Стакан с тумбочки оказался в ладони Люциуса мгновенно. Агуаменти и легкие охлаждающие чары, и вот уже Северус, обливаясь, пил, а Люциус аккуратно придерживал ему голову:
— Не спеши…
— Чем все кончилось… в Министерстве?
— Все нормально. Играем в бомбардировку. Нас никто не видел.
— А жетоны?
— Уничтожены.
— Люци, я…
— Спи, — Люциус испугался, что Северус начнет говорить про Блэка, — спи, герой.
И что самое удивительное — Северус послушно закрыл глаза. Какое-то время Люциус любовался живым, но сонным любовником, но потом не заметил, как уснул.
Проснулись они в обнимку под скрученным одеялом. Сорочка Северуса задралась, и, поправляя ее, Люциус невольно задел его член, моментально отозвавшийся на прикосновение. Все-таки кроветворное зелье было отменным! Люциус намеренно повторил касание, потом еще и еще… Северус не выказывал особого интереса происходящим, его настрой выдавали лишь чуть раскрасневшиеся щеки и учащенное дыхание. Тогда Люциус поцеловал его в плечо и принялся уже целенаправленно ласкать член и яички. Северус со свистом выдохнул и развернулся к нему лицом:
— Ты разве никуда не опаздываешь?
— Полчаса я могу потратить в свое удовольствие.
— Трать, — разрешил Северус, запуская руки под мятую рубашку Люциуса.
Конечно, получасом они не обошлись, но никакая политика не стоила томительной нежности этого утра…
Магическую Британию лихорадило. Сенсация вышла отменной, а колдографии разрушений Министерства, сделанные предусмотрительным Мальсибером во время полета на тестрале, убедили и скептиков. Недовольство действиями правительства выразили даже самые ленивые, и после небольшого митинга у здания Гриннготса, где громче всех кричали недавно выпущенные из Азкабана Кребб с Гойлом, Миллисента Багнолд подала в отставку.
Блэк принял Род и затаился. Люциус по себе знал, с какой силой обрушивается на претендента магическая мощь Рода, проверяя, испытывая, угрожая… заставляя вывернуться наизнанку, напоминая все давно забытые страхи, отбирая последние силы… Блэку явно было сейчас нелегко, но Люциус не собирался его жалеть. Однако, когда появился патронус-собака, зовущий его вместе с Северусом в дом на Гриммо, Люциус не медлил ни мгновения. К тому же была вероятность, что если он откажется, то Снейп пойдет туда один.
В темном доме была очень гнетущая атмосфера, и сразу же захотелось открыть все окна и двери, чтобы выпустить поселившийся здесь дух уныния. Домовик проводил их к Блэку, расположившемуся в библиотеке. Тот, похоже, был совсем слаб, но взгляд его вновь горел дурным огнем.
— Чего так долго?
О приличиях Блэк явно и не слышал.
— Малфой, что с ним?
Как бы ни хотелось помучить эту дворнягу, но Люциус все же ответил:
— Очнулся. Все будет хорошо.
— Я это понял… пустишь к нему?
— Зачем?
— Поговорить.
— Со мной говори.
Блэк нахально улыбнулся:
— О чем с тобой можно говорить? Не-о-чем! Тебя же, кроме власти, выпивки и секса, ничего не интересует.
— Что ж, на один интерес у меня больше.
— Нет, Малфой, ты забыл еще об одном моем большом интересе. Пусти.
— Что ты хочешь ему сказать?
— Что больше всего на свете я сожалею об одном вечере… и о тех словах, что я сказал… я никогда так не думал… правда… а почему говорил…
Люциус уже и сам был не рад, что позволил Северусу все это услышать. А вдруг именно этих слов и не хватало для их примирения? Он же бросился в Министерство спасать Блэка… и спас… жертвуя собой.
— Замолчи, Блэк. Северусу не нужны твои лживые извинения.
— А с каких пор ты решаешь за Северуса? И я готов поклясться…
Довольно! Люциус силой вытолкал Блэка из кабинета и, закрыв за собой дверь, прижал его к стене:
— Я своего не отдам!
— А он не вещь, чтобы ты распоряжался, — Блэк дернул плечом, сбрасывая руку Люциуса. — Да и вообще пора тебе расстаться с иллюзиями. Снейп — не домашний мальчик. Он злой, мстительный, беспощадный и безжалостный ублюдок. Он не умеет прощать, но я надеюсь, что научится.
— Зачем ты это…
— Говорю? Так просто… сообщаю. Только вот в чем проблемка — мне-то он нужен такой… неидеальный, а тебе?
Люциус рассвирепел:
— Как ты вообще сюда пробрался?
— Нечем крыть? — Блэк скорее оскалился, чем улыбнулся. — Я, между прочим, твой родственник, а твоя супруга — моя сестра.
Блэк развернулся и пошел прочь по коридору. Затем, вспомнив, остановился и, не оборачиваясь, бросил:
— Утром я принимаю Род. В пятницу, как договаривались, у нас ритуал. Не опаздывай!
Люциус зашел в спальню. Злой, мстительный, беспощадный и безжалостный ублюдок приоткрыл сонные глаза и его лицо чуть дрогнуло, смягчаясь:
— Ты…
А ведь как хорошо, что он не умеет прощать! Люциус разулся, отбросил пыльную мантию и улегся на кровать поверх одеяла, взяв сомлевшего Северуса за руку:
— Спи.
— Пить дашь?
Стакан с тумбочки оказался в ладони Люциуса мгновенно. Агуаменти и легкие охлаждающие чары, и вот уже Северус, обливаясь, пил, а Люциус аккуратно придерживал ему голову:
— Не спеши…
— Чем все кончилось… в Министерстве?
— Все нормально. Играем в бомбардировку. Нас никто не видел.
— А жетоны?
— Уничтожены.
— Люци, я…
— Спи, — Люциус испугался, что Северус начнет говорить про Блэка, — спи, герой.
И что самое удивительное — Северус послушно закрыл глаза. Какое-то время Люциус любовался живым, но сонным любовником, но потом не заметил, как уснул.
Проснулись они в обнимку под скрученным одеялом. Сорочка Северуса задралась, и, поправляя ее, Люциус невольно задел его член, моментально отозвавшийся на прикосновение. Все-таки кроветворное зелье было отменным! Люциус намеренно повторил касание, потом еще и еще… Северус не выказывал особого интереса происходящим, его настрой выдавали лишь чуть раскрасневшиеся щеки и учащенное дыхание. Тогда Люциус поцеловал его в плечо и принялся уже целенаправленно ласкать член и яички. Северус со свистом выдохнул и развернулся к нему лицом:
— Ты разве никуда не опаздываешь?
— Полчаса я могу потратить в свое удовольствие.
— Трать, — разрешил Северус, запуская руки под мятую рубашку Люциуса.
Конечно, получасом они не обошлись, но никакая политика не стоила томительной нежности этого утра…
Магическую Британию лихорадило. Сенсация вышла отменной, а колдографии разрушений Министерства, сделанные предусмотрительным Мальсибером во время полета на тестрале, убедили и скептиков. Недовольство действиями правительства выразили даже самые ленивые, и после небольшого митинга у здания Гриннготса, где громче всех кричали недавно выпущенные из Азкабана Кребб с Гойлом, Миллисента Багнолд подала в отставку.
Блэк принял Род и затаился. Люциус по себе знал, с какой силой обрушивается на претендента магическая мощь Рода, проверяя, испытывая, угрожая… заставляя вывернуться наизнанку, напоминая все давно забытые страхи, отбирая последние силы… Блэку явно было сейчас нелегко, но Люциус не собирался его жалеть. Однако, когда появился патронус-собака, зовущий его вместе с Северусом в дом на Гриммо, Люциус не медлил ни мгновения. К тому же была вероятность, что если он откажется, то Снейп пойдет туда один.
В темном доме была очень гнетущая атмосфера, и сразу же захотелось открыть все окна и двери, чтобы выпустить поселившийся здесь дух уныния. Домовик проводил их к Блэку, расположившемуся в библиотеке. Тот, похоже, был совсем слаб, но взгляд его вновь горел дурным огнем.
— Чего так долго?
О приличиях Блэк явно и не слышал.
Страница 39 из 61
