Фандом: Гарри Поттер. Все началось с бала-маскарада в поместье Малфоев…
216 мин, 22 сек 18115
— Да вот… подарок получил… от Дамблдора… теперь не знаю, как реагировать.
Северус с ехидной усмешкой оглядел карту, а потом презрительно фыркнул:
— Разве ты говорил, что эти острова рядом?
— Нет, но…
— А может, ты искажал какие-то факты об этой войне?
— Нет, но я обещал, что ни одна бомба не упадет…
— Правильно! А разве хоть одна упала? И сами виноваты в том, что дружно решили, будто Фолкленды ближе, чем Шотландия! Стоило быть хоть чуточку любознательнее и расширять свой кругозор. Тоже мне, трагедия! Конечно, если эта информация просочится в прессу, все будут недовольны, но кричать об этом не станут. Еще ни один идиот не признался в своем идиотизме.
А ведь Северус был прав! Настроение стремительно улучшилось, а упомянутая Шотландия просто требовала дани уважения… хотя бы к национальному костюму.
— Северус, а ты не мог бы надеть килт?
— Зачем?
— Просто так… для меня…
Северус чуть заметно покраснел и медленно кивнул. Затем его губы тронула совершенно злодейская усмешка:
— Килт, говоришь? Хорошо…
Он резко развернулся и скрылся в ванной комнате. Сердце Люциуса сжалось. Обиделся? Разозлился? Или? Но ведь его килт остался где-то в кабинете… Люциус вспомнил, как Фил старательно отводил взгляд от заброшенного на каминную полку куска тартанной ткани, и запоздало смутился. В тот момент он гордился темпераментом своего любовника.
Чуть скрипнула дверь, и в комнате появился Северус. Если бы Люциус не сидел, то непременно бы уселся. Из одежды на Северусе был один килт, низко сидящий на бедрах. Ярко красный килт, на котором тонкие черные и белые полосы образовывали клетку. Волос на его гибком теле было немного, но оторвать от них взгляд было просто невозможно! Редкая поросль на груди лишь подчеркивала белизну не тронутой загаром кожи, а сбегающая от пупка вниз дорожка жестких волос будоражила воображение. Первый раз Северус демонстрировал себя столь откровенно и явно получал удовольствие от восхищенного взгляда Люциуса.
— Тебе нравится, во что я превратил твое полотенце?
Северус опустил руки на бедра и огладил себя, изображая, что поправляет килт. Горло пересохло и, чтобы не сипеть, Люциус завороженно кивнул.
— Так и будешь сидеть?
Северус дошел до кровати и резко развернулся, отчего килт на мгновение взлетел, обнажая совершенную задницу.
— Ну же…
Кого он уговаривал? Люциус моментально оказался рядом и принялся сдирать с себя одежду, путаясь в рукавах.
— Нет… не так!
Люциус не понял, как оказался на спине, привязанный к столбикам кровати за запястья и щиколотки, а Северус, усевшись у него на бедрах, уже расстегивал его рубашку, не забывая ногтем очерчивать соски через ее тонкую ткань.
— Я хочу, чтобы ты кричал от удовольствия, — доверительно прошептал ему на ухо Северус, и от этого жаркого шепота волоски на теле Люциуса встали дыбом.
А дальше началось невероятно сладкое безумие. Руки, губы, язык Северуса, казалось, были везде — лаская, мучая, восхищаясь… И Люциус действительно кричал, срывая голос, сходя с ума от невозможности ответить тем же, едва не умирая от нестерпимого удовольствия…
Наутро была назначена пресс-конференция, которую Люциус чуть не проспал. В атриуме Министерства уже собралась огромная толпа, на ее фоне выделялась яркая, как колибри, Скиттер с новым изобретением Фила — прытко пишущим пером.
— Мистер Малфой, скажите, какое ваше политическое кредо?
— Мистер Малфой, а чем программа вашей партии отличается от программы мистера Фаджа?
— Мистер Малфой, а правда, что основной костяк вашей партии составляют люди, служившие сами-знаете-кому?
— Мистер Малфой, как вы откомментируете победу королевских войск на Фолклендах?
— Мистер Малфой, а насколько реальными были угрозы бомбардировки?
— Мистер Малфой, а правда, что вы магический опекун Гарри Поттера?
— Мистер Малфой, говорят, что сами-знаете-кто держал вас под Империо, как вы можете это прокомментировать?
Конференция шла своим чередом, перья натужно скрипели, щелкали колдокамеры, а челюсть уже сводило от любезной улыбки. Вдруг тяжелые двери с грохотом распахнулись и в атриум, чеканя шаг, вошли восемь авроров. Старший медленно и с достоинством достал свернутый пергамент, глянув на который, Люциус похолодел — именно так выглядел ордер на его арест в те страшные дни после падения Темного Лорда. А аврор с выражением начал читать:
— Мистер Люциус Малфой, вы обвиняетесь в утаивании информации, могущей серьезно повлиять на жизнь магического сообщества, а также в попытке возродить Того-чье-имя-не-стоит-называть с помощью магии хоркруксов. Сдайте свою палочку и прошу вас следовать за нами.
Чувствуя, как ледяным комом застыли все внутренности, Люциус медленно подошел к аврорам, которые тотчас же его окружили. Расправив плечи и высоко подняв голову, он вышел из атриума. А что еще оставалось делать?
Северус с ехидной усмешкой оглядел карту, а потом презрительно фыркнул:
— Разве ты говорил, что эти острова рядом?
— Нет, но…
— А может, ты искажал какие-то факты об этой войне?
— Нет, но я обещал, что ни одна бомба не упадет…
— Правильно! А разве хоть одна упала? И сами виноваты в том, что дружно решили, будто Фолкленды ближе, чем Шотландия! Стоило быть хоть чуточку любознательнее и расширять свой кругозор. Тоже мне, трагедия! Конечно, если эта информация просочится в прессу, все будут недовольны, но кричать об этом не станут. Еще ни один идиот не признался в своем идиотизме.
А ведь Северус был прав! Настроение стремительно улучшилось, а упомянутая Шотландия просто требовала дани уважения… хотя бы к национальному костюму.
— Северус, а ты не мог бы надеть килт?
— Зачем?
— Просто так… для меня…
Северус чуть заметно покраснел и медленно кивнул. Затем его губы тронула совершенно злодейская усмешка:
— Килт, говоришь? Хорошо…
Он резко развернулся и скрылся в ванной комнате. Сердце Люциуса сжалось. Обиделся? Разозлился? Или? Но ведь его килт остался где-то в кабинете… Люциус вспомнил, как Фил старательно отводил взгляд от заброшенного на каминную полку куска тартанной ткани, и запоздало смутился. В тот момент он гордился темпераментом своего любовника.
Чуть скрипнула дверь, и в комнате появился Северус. Если бы Люциус не сидел, то непременно бы уселся. Из одежды на Северусе был один килт, низко сидящий на бедрах. Ярко красный килт, на котором тонкие черные и белые полосы образовывали клетку. Волос на его гибком теле было немного, но оторвать от них взгляд было просто невозможно! Редкая поросль на груди лишь подчеркивала белизну не тронутой загаром кожи, а сбегающая от пупка вниз дорожка жестких волос будоражила воображение. Первый раз Северус демонстрировал себя столь откровенно и явно получал удовольствие от восхищенного взгляда Люциуса.
— Тебе нравится, во что я превратил твое полотенце?
Северус опустил руки на бедра и огладил себя, изображая, что поправляет килт. Горло пересохло и, чтобы не сипеть, Люциус завороженно кивнул.
— Так и будешь сидеть?
Северус дошел до кровати и резко развернулся, отчего килт на мгновение взлетел, обнажая совершенную задницу.
— Ну же…
Кого он уговаривал? Люциус моментально оказался рядом и принялся сдирать с себя одежду, путаясь в рукавах.
— Нет… не так!
Люциус не понял, как оказался на спине, привязанный к столбикам кровати за запястья и щиколотки, а Северус, усевшись у него на бедрах, уже расстегивал его рубашку, не забывая ногтем очерчивать соски через ее тонкую ткань.
— Я хочу, чтобы ты кричал от удовольствия, — доверительно прошептал ему на ухо Северус, и от этого жаркого шепота волоски на теле Люциуса встали дыбом.
А дальше началось невероятно сладкое безумие. Руки, губы, язык Северуса, казалось, были везде — лаская, мучая, восхищаясь… И Люциус действительно кричал, срывая голос, сходя с ума от невозможности ответить тем же, едва не умирая от нестерпимого удовольствия…
Наутро была назначена пресс-конференция, которую Люциус чуть не проспал. В атриуме Министерства уже собралась огромная толпа, на ее фоне выделялась яркая, как колибри, Скиттер с новым изобретением Фила — прытко пишущим пером.
— Мистер Малфой, скажите, какое ваше политическое кредо?
— Мистер Малфой, а чем программа вашей партии отличается от программы мистера Фаджа?
— Мистер Малфой, а правда, что основной костяк вашей партии составляют люди, служившие сами-знаете-кому?
— Мистер Малфой, как вы откомментируете победу королевских войск на Фолклендах?
— Мистер Малфой, а насколько реальными были угрозы бомбардировки?
— Мистер Малфой, а правда, что вы магический опекун Гарри Поттера?
— Мистер Малфой, говорят, что сами-знаете-кто держал вас под Империо, как вы можете это прокомментировать?
Конференция шла своим чередом, перья натужно скрипели, щелкали колдокамеры, а челюсть уже сводило от любезной улыбки. Вдруг тяжелые двери с грохотом распахнулись и в атриум, чеканя шаг, вошли восемь авроров. Старший медленно и с достоинством достал свернутый пергамент, глянув на который, Люциус похолодел — именно так выглядел ордер на его арест в те страшные дни после падения Темного Лорда. А аврор с выражением начал читать:
— Мистер Люциус Малфой, вы обвиняетесь в утаивании информации, могущей серьезно повлиять на жизнь магического сообщества, а также в попытке возродить Того-чье-имя-не-стоит-называть с помощью магии хоркруксов. Сдайте свою палочку и прошу вас следовать за нами.
Чувствуя, как ледяным комом застыли все внутренности, Люциус медленно подошел к аврорам, которые тотчас же его окружили. Расправив плечи и высоко подняв голову, он вышел из атриума. А что еще оставалось делать?
Страница 54 из 61
