Чудеса и Чудовища

— Я не буду на него бросаться, — сказала она. — Даю слово.

— Ну, смотри! — Рассо шутливо погрозил ей пальцем и ушёл.

Нора осталась наедине со своими предчувствиями. «Что опять? — спросила она у своего внутреннего паникёра. — Мы же уже решили, что охотники — и Честер, в частности, — к нашим проблемам отношения не имеют!» «Это ты решила, — ответил паникёр, — а я посмотрю по обстоятельствам». Обещание было не слишком обнадёживающим, но походило на какое-то подобие компромисса. Целитель вернулся меньше, чем через минуту, и прямо за ним шёл Честер Мьют, с которым что-то было не так.

У него определённо что-то было на уме. И этот жуткий шрам… Хорошо, что ей вчера напомнили о семье этого парня: ведь его невестка — паранормальный целитель и могла избавить его от этого уродства! Почему же он не воспользовался такой возможностью? И почему он не с ними, а здесь, в окрестностях Ункуда? Они, наверное, в ссоре, и ничего он на самом деле не знает об их способностях. И кем надо быть, чтобы поссориться с Винцентом Мьютом…

Должно быть, её мысли слишком ясно отразились на выражении её лица, так что Рассо сел рядом с ней и осторожно положил руку ей на плечо.

— Нора, спокойно. Он друг. Надёжный человек.

Этот жест и эти слова вызвали у Норы какую-то странную ассоциацию. Она поглядела на целителя и вдруг рассмеялась: не то истерично, не то от облегчения. Так она сама разговаривала с Хвостик, когда та начинала реагировать слишком сильно. Утешала её, уговаривала. Почти такие же слова она дней пять назад говорила псине, когда приходилось мириться с соседством Керо Игараси.

— Вы шутите, — сказала она, закрывая руками лицо. — Пожалуйста, скажите мне, что вы шутите. Вы что тут, все гемофилы? Нет, глупость какая. Почему же вы тогда все так похожи на монстров?

— Потому что люди и есть монстры, — негромко сказал Честер, усаживаясь напротив неё. — И очень опасные, между прочим, почти как гемофилы. И теперь, когда ты работаешь со своим даром без посредничества амулета, тебе придётся смириться с этим фактом. Просто привыкнуть к нему. Ты — сама человек, Нора, ты — одна из стаи. Тебе не нужно бояться стаи и считать её опасной, пока ты сама не играешь против правил.

Да, его слова были правильными. Нора могла это принять, вот только кое-что ей было непонятно.

— Почему же я тогда сама себя не боюсь? — и снова нервно захихикала от абсурдности этого вопроса.

Честер понимающе усмехнулся, а Рассо сказал:

— О, ты боишься. Ещё как боишься. Просто ты на сто процентов уверена, что не предашь себя. Ты сама с собой заодно, если можно так выразиться.

— Теперь тебе осталось принять тот факт, что мы с тобой тоже заодно, — сказал Честер, а потом вдруг кое-что вспомнил: — Арпад рассказывал о том периоде, когда они только-только вытащили тебя из пустыни. Ты тогда даже разговаривать с ними не хотела, вела себя враждебно, дико, как настоящий монстр, которым тебя считали. А потом тебе пришлось взаимодействовать, стать одной из нас, помнишь?

— Хотите сказать, что если бы здесь был Арпад или Трог, я бы к ним тоже прониклась… недоверием? — задумчиво уточнила Нора.

— Я почти уверен, что да, — сказал Честер. — Тебе ещё повезло, что это озарение снизошло на тебя именно здесь, а не в центре города, где полно людей. Тогда, я думаю, ты бы пришла в себя не так быстро.

— Я всё ещё не уверена, что вы говорите правду, — огрызнулась Нора.

— И это хорошо, — кивнул Честер. — Уверенность развращает. Я считаю неописуемой удачей уже тот факт, что ты хотя бы сомневаешься в нашей враждебности. Я не знаю, каково это, но у меня неплохое воображение. Думаю, если бы я попал в логово бджей, не осознавая при этом, что я и сам бджа, я бы натворил бед.

Нора фыркнула, но спорить с таким сравнением не стала. На самом деле она просто не понимала, что видит, и это, пожалуй, к лучшему. Она и так доставила массу хлопот.

— То есть всё, что мне нужно сделать — это смириться с вашим несовершенством? — спросила она и снова захихикала. — Ох, перестаньте меня смешить, у меня щека болит.

Она пальцами попыталась помассировать ноющую мышцу, но из-за отёка не особо преуспела.

— Так, наша Леди Совершенство, кажется, окончательно очухалась, — сказал Рассо и тоже улыбнулся. Нора заржала громче. Действительно, как она теперь по улицам будет ходить? Да и проникаться недоверием к Арпаду не хотелось, даже осознавая, что это всего лишь её «чутьё».

— На самом деле это очень хреново, — сказала она, отсмеявшись. — Я чувствую страх от присутствия людей и даже лошадей. Как я тогда буду чувствовать, когда бояться действительно необходимо? Это же основа инстинкта самосохранения!