Фандом: Ориджиналы. Быть последней из своего племени — дело нелёгкое. Нора Найт считает, что уже пережила самую большую трагедию в своей жизни, и теперь глупо чего-то бояться. Однако эту позицию ей предстоит пересмотреть, потому что хотя личные счёты и сведены, большая заварушка только начинается.
608 мин, 2 сек 10473
Аг отнял у парня небольшой арбалет, снял с его пояса нож, а потом достал ещё один из сапога. Ничего удивительного — времена-то тревожные. Нора лишь надеялась, что если курьер захочет её придушить, Аг успеет отреагировать и защитить её.
— Подходи и говори.
Сама Нора не спешила убрать оружие — почему-то ситуация в целом казалась ей очень подозрительной.
— Строго индивидуально, — сказал курьер, жалобно глядя на неё.
Нора неуверенно опустила оружие, а Аг демонстративно отвернулся и отошел на несколько шагов. Курьер огляделся, чтобы убедиться, что другие охотники не могут его услышать, и заговорил очень тихо, почти шёпотом:
— Если ты не дослушаешь меня до конца или помешаешь мне потом уйти — твой брат, Даб, погибнет. Кивни, если поняла.
У Норы земля чуть не ушла из-под ног, ей пришлось опереться на ствол ближайшего дерева, чтобы не упасть. Она медленно кивнула, а «курьер» продолжил, и теперь его голос не дрожал испуганно, а звучал довольно холодно и даже жестоко:
— Это послание от господина Эгона. Он готов обменять твоего брата и еще одного человека из твоего племени на Керо и Сэнго Игараси. Просто помоги им погибнуть во время какой-нибудь заварушки, а Даб совсем скоро окажется в Ункуде. Он в любом случае будет ждать тебя там, а вот живым или мёртвым — зависит от того, как ты справишься с заданием. Кроме того, имей в виду: господин Эгон открыт для предложений. Больше, чем предателями, он интересуется тобой лично. Если ты найдёшь способ улизнуть от твоего надсмотрщика и придёшь к Эгону одна, он найдёт достойное вознаграждение. Это всё послание, Нора Найт. Помни, что моё возвращение — временная гарантия безопасности твоего брата.
Она не ответила. Декстер Со подарил ей пристальный недобрый взгляд, а потом его лицо снова стало беспомощным и запуганным, и он вернулся к своей лошади. Видимо, его грамота была в порядке, потому что Аг даже не подумал задержать его и ничего не заподозрил. Лишь приблизившись к Норе и заглянув в её лицо, он обеспокоенно нахмурился и спросил:
— Что-то случилось?
Она машинально помотала головой и вернулась к своей лошади. Всё это нуждалось в тщательном обдумывании, причём желательно без лишних свидетелей и без эмоций.
— Постой, — напряжённо сказал Аг.
Нора замерла, не оборачиваясь, и делая медленные вдохи и выдохи. Хорошо, что прямо сию секунду от неё ничего не требовалось — просто следовать запланированным путём, а при первой возможности…
— На тебе лица нет, — сказал Аг. — Что он тебе сказал?
— Это было индивидуальное послание, разве нет? — с трудом шевеля одеревеневшими губами и языком, сказала Нора.
В её голове стоял невыразимый хаос. Она понимала, что не может думать и принимать решения, ну так этого пока что и не нужно.
— Это был шантаж? — спросил Аг. — Он — не тот, за кого себя выдавал, верно? То-то грамота показалась мне странной…
Нора не ответила, а забралась в седло, всем своим видом показывая, что готова продолжить путь. Другие охотники наблюдали за ними кто с любопытством, кто равнодушно — только и мечтая о том, чтобы остановиться где-нибудь, зализать раны и как следует отдохнуть. Эта задержка их нервировала, и Нора уже собиралась указать на это Агу, но он вдруг тяжело вздохнул и снова заговорил:
— Ты должна кое-что знать, Нора. Не уверен, относится ли это к тому, что тебе сейчас сообщили, но… ты должна понять: я молчал ради тебя, ради твоего спокойствия. На тебя и так слишком много свалилось сразу…
— Вы о чём? — спросила Нора почти без любопытства. Ей вообще было очень сложно сосредоточиться на том, что ей говорили, всё её внимание занимала только несуществующая дилемма: два вонючих кровососа из клана Игараси или Даб.
— Единственное, чем тебя можно было шантажировать — твой брат, — сказал Аг с полувопросительной интонацией, но, так и не дождавшись ответа, продолжил: — Но Тодорон рассказал о нём, как только немного пришёл в себя. Скорее всего, его убили одним из первых, как и всех детей, у которых не было родителей, чтобы их шантажировать. Тодорон видел, как его отдали одной из приближённых Эгона для первой «полноценной кормёжки» — ребёнка легче выпить полностью, чем взрослого человека… и, судя по тому, что Тодорон не видел Даба с того самого дня, вряд ли его обратили.
У Норы потемнело в глазах и пришлось наклониться к самой шее лошади, чтобы не свалиться на землю. А потом она горько рассмеялась, то ли всхлипывая, то ли икая:
— Какая неуклюжая неправдоподобная ложь, — сказал она. — С чего бы Эгон лгал мне, если он знал, что мы захватили Тодорона и он расскажет правду? Даб ещё жив, это вы пытаетесь меня убедить…
— Он мог отправить «курьера» ещё раньше, когда у нас не было пленных, — твёрдо и уверенно сказал Аг. — Даже скорее всего так и было — нас найти не так-то просто, поэтому он сейчас и появился — когда мы покинули убежище и начали открыто перемещаться. Ну же, Нора, не тупи, как он мог нас обнаружить раньше? И как бы Эгон нашёл его и отменил приказ?
— Подходи и говори.
Сама Нора не спешила убрать оружие — почему-то ситуация в целом казалась ей очень подозрительной.
— Строго индивидуально, — сказал курьер, жалобно глядя на неё.
Нора неуверенно опустила оружие, а Аг демонстративно отвернулся и отошел на несколько шагов. Курьер огляделся, чтобы убедиться, что другие охотники не могут его услышать, и заговорил очень тихо, почти шёпотом:
— Если ты не дослушаешь меня до конца или помешаешь мне потом уйти — твой брат, Даб, погибнет. Кивни, если поняла.
У Норы земля чуть не ушла из-под ног, ей пришлось опереться на ствол ближайшего дерева, чтобы не упасть. Она медленно кивнула, а «курьер» продолжил, и теперь его голос не дрожал испуганно, а звучал довольно холодно и даже жестоко:
— Это послание от господина Эгона. Он готов обменять твоего брата и еще одного человека из твоего племени на Керо и Сэнго Игараси. Просто помоги им погибнуть во время какой-нибудь заварушки, а Даб совсем скоро окажется в Ункуде. Он в любом случае будет ждать тебя там, а вот живым или мёртвым — зависит от того, как ты справишься с заданием. Кроме того, имей в виду: господин Эгон открыт для предложений. Больше, чем предателями, он интересуется тобой лично. Если ты найдёшь способ улизнуть от твоего надсмотрщика и придёшь к Эгону одна, он найдёт достойное вознаграждение. Это всё послание, Нора Найт. Помни, что моё возвращение — временная гарантия безопасности твоего брата.
Она не ответила. Декстер Со подарил ей пристальный недобрый взгляд, а потом его лицо снова стало беспомощным и запуганным, и он вернулся к своей лошади. Видимо, его грамота была в порядке, потому что Аг даже не подумал задержать его и ничего не заподозрил. Лишь приблизившись к Норе и заглянув в её лицо, он обеспокоенно нахмурился и спросил:
— Что-то случилось?
Она машинально помотала головой и вернулась к своей лошади. Всё это нуждалось в тщательном обдумывании, причём желательно без лишних свидетелей и без эмоций.
— Постой, — напряжённо сказал Аг.
Нора замерла, не оборачиваясь, и делая медленные вдохи и выдохи. Хорошо, что прямо сию секунду от неё ничего не требовалось — просто следовать запланированным путём, а при первой возможности…
— На тебе лица нет, — сказал Аг. — Что он тебе сказал?
— Это было индивидуальное послание, разве нет? — с трудом шевеля одеревеневшими губами и языком, сказала Нора.
В её голове стоял невыразимый хаос. Она понимала, что не может думать и принимать решения, ну так этого пока что и не нужно.
— Это был шантаж? — спросил Аг. — Он — не тот, за кого себя выдавал, верно? То-то грамота показалась мне странной…
Нора не ответила, а забралась в седло, всем своим видом показывая, что готова продолжить путь. Другие охотники наблюдали за ними кто с любопытством, кто равнодушно — только и мечтая о том, чтобы остановиться где-нибудь, зализать раны и как следует отдохнуть. Эта задержка их нервировала, и Нора уже собиралась указать на это Агу, но он вдруг тяжело вздохнул и снова заговорил:
— Ты должна кое-что знать, Нора. Не уверен, относится ли это к тому, что тебе сейчас сообщили, но… ты должна понять: я молчал ради тебя, ради твоего спокойствия. На тебя и так слишком много свалилось сразу…
— Вы о чём? — спросила Нора почти без любопытства. Ей вообще было очень сложно сосредоточиться на том, что ей говорили, всё её внимание занимала только несуществующая дилемма: два вонючих кровососа из клана Игараси или Даб.
— Единственное, чем тебя можно было шантажировать — твой брат, — сказал Аг с полувопросительной интонацией, но, так и не дождавшись ответа, продолжил: — Но Тодорон рассказал о нём, как только немного пришёл в себя. Скорее всего, его убили одним из первых, как и всех детей, у которых не было родителей, чтобы их шантажировать. Тодорон видел, как его отдали одной из приближённых Эгона для первой «полноценной кормёжки» — ребёнка легче выпить полностью, чем взрослого человека… и, судя по тому, что Тодорон не видел Даба с того самого дня, вряд ли его обратили.
У Норы потемнело в глазах и пришлось наклониться к самой шее лошади, чтобы не свалиться на землю. А потом она горько рассмеялась, то ли всхлипывая, то ли икая:
— Какая неуклюжая неправдоподобная ложь, — сказал она. — С чего бы Эгон лгал мне, если он знал, что мы захватили Тодорона и он расскажет правду? Даб ещё жив, это вы пытаетесь меня убедить…
— Он мог отправить «курьера» ещё раньше, когда у нас не было пленных, — твёрдо и уверенно сказал Аг. — Даже скорее всего так и было — нас найти не так-то просто, поэтому он сейчас и появился — когда мы покинули убежище и начали открыто перемещаться. Ну же, Нора, не тупи, как он мог нас обнаружить раньше? И как бы Эгон нашёл его и отменил приказ?
Страница 133 из 165
