Чудеса и Чудовища

— Постараюсь, — хмыкнула Нора и тяжело вздохнула. Может, имеет смысл положить Хвостик куда-нибудь подальше, чтобы хоть недолго не слышать её стенаний?

Она видела, как Арпад подсел к Агу и Честеру, и они некоторое время о чём-то вполголоса переговаривались. Потом она перевела взгляд на Керо, и у неё по спине пробежал холодок: а он ведь всё слышал. И её слова, и нынешнее обсуждение. У гемофилов, особенно тех, кто остро нуждается в кормлении, сильно обостряются все органы чувств. И теперь он смотрел на Нору, и в огромных чёрных зрачках отражалось пламя костра. Задача «не броситься на беззащитного гемофила» стала в разы более сложной. Ярость подбросила Нору, словно она ничего не весила, и ей пришлось обхватить саму себя за плечи, чтобы не броситься вперед и не разорвать его на мелкие кусочки.

— Прекрати, придурок! — закричала она, пятясь обратно к стене. Керо, как ни странно, подчинился, а ещё через секунду Нору уже обнимал Арпад, и теперь-то уж точно ничего непоправимого случиться не могло.

— В следующий раз просто попроси, — язвительно сказал Керо, явно довольный произведённым эффектом. — С вашего позволения, господа, я всё-таки немного утолю голод. Наоми, дорогая?

В его голосе на последних словах была такая удивительная нежность, что Норе стало совсем уж не по себе. Уединяться эти двое не собирались. Керо уселся у стены, а Наоми опустилась ему на колени. Он не торопился — с выдержкой у него действительно всё было в порядке — прижал к себе миньона, осторожно расстёгивая воротник. Он что-то говорил ей — шёпотом, абсолютно беззвучно для окружающих. Наоми расслабилась и обмякла в его объятьях и лишь едва слышно застонала, когда острые зубы впились в её шею. Нора вздрогнула от отвращения, но Арпад всё ещё удерживал её от необдуманных поступков.

Прошло всего несколько секунд, и Керо оторвался от трапезы. Сладко причмокнув, он слизал капли крови с шеи Наоми, а потом по-пижонски промокнул губы белым платком и вытер кожу своего миньона.

— Что, всё? — растерянно переспросила Наоми. — Ты же голоден, я чувствую…

— Мне за это платят, детка, — холодно сказал Керо, заботливо застёгивая её воротник. — Не беспокойся, я буду в порядке. Сама-то ты как?

— Отпусти, — негромко рыкнула Нора, отводя взгляд от недоступного её пониманию зрелища.

Поколебавшись лишь несколько секунд, Арпад подчинился. Нора сняла с шеи шнурок с Хвостик, засунула её в рюкзак, а сама вышла из пещеры. Ощущение опасности осталось, даже когда она ушла вниз по пологому склону, но теперь, по крайней мере, никого не хотелось убить. Она опустилась на один из камней и обхватила голову руками. Так и с ума сойти недолго. И чего вдруг взорвалась? Каждый живёт, как считает правильным. Керо не выглядит сумасшедшим, а Наоми не похожа на полную дуру, так почему бы не оставить их в покое? В конце концов, его природа — факт свершившийся. Не убивать же его за одну лишь потребность в особой диете! А поводов для казни он не даёт. Пока.

— Эй, всё хорошо?

Нора обернулась. Арпад выглядел так, словно вся ситуация его забавляла. Нора тоже усмехнулась, вообразив, как могла выглядеть её детская непримиримость с реальностью со стороны.

— Что-то я психанула, — сказала она.

— Бывает, — со знанием дела отозвался Арпад, садясь рядом и снова обнимая её за плечи.

Нора опять почувствовала его запах — особенный, ни на что не похожий. Она могла бы узнать его из сотни или даже из тысячи, и вдыхать его было приятно.

— Я, наверное, тоже немножко монстр, — сказала она.

— Все мы немножко монстры, — философски заметил Арпад. — А почему ты подумала об этом?

Говорить о запахе было почему-то неловко.

— Ну, так. Пришло чего-то в голову.

Она глубоко вздохнула, и окончательно расслабилась, забыв о недавнем инциденте. Арпад чуть повернул голову, и его губы оказались вблизи от её лба.

— Смотри, не убеги ночью в лес. А то останешься здесь, в Шигго, со своими родственными душами.

Его горячее дыхание шевелило короткие волосы у неё на макушке, и ей в голову вдруг пришла немного странная мысль. Что, если его поцеловать? Нора знала, что такое иногда происходит, и даже пробовала один раз, на ярмарке пять лет назад, пока родители зазевались, но сама инициатором никогда не выступала. Потом она на четыре года застряла одна в пустыне, а в последние месяцы, когда она была уже в городе, ей не до того было. И вот сейчас почему-то пришло в голову. Ни с того, ни с сего.

— О чём задумалась? — полюбопытствовал Арпад, но что-то в его голосе подсказывало, что он догадывается об ответе.

— О м… монстрах, — солгала Нора.

— То-то ты так напряглась, — понимающе сказал Арпад. — О симпатичных, надеюсь?

— Ну, ничего так.