Чудовище Цеплин

— Ну, я-то точно не обсуждал. Эти гемофилы не очень-то общительны, кроме тех моментов, когда им что-то нужно.

Арпад обернулся к гардиану, пристроившемуся рядом, и спросил:

— А к вам поступали какие-нибудь жалобы на монстра?

— Да, Инди Хабро пытался уговорить Бона разобраться с этим. Но пустыня — не наша территория. Что бы в ней ни водилось, оно нас не касается, пока не угрожает посёлку напрямую.

— Резонно.

Охотники ненадолго задумались о том, что ещё они могут узнать, чтобы лучше понять происходящее. Но им нужно было уложить в голове уже полученную информацию, прежде чем принимать какие-то решения, и они поднялись в комнату. Похоже, какой-то монстр в пустыне таки завёлся. И хотя прежде его шипы ни в кого не попадали, Тои Игараси не посчастливилось быть первой. Если она действительно погибла в пустыне от неизвестного монстра, на этом работу можно и закончить — то, что происходит за пределами Ахаонга гильдии не касается. Но что, в таком случае, произошло с Мато? Ведь он благополучно покинул пустыню, и добрался аж до Миддлбоса, а потом куда-то исчез… эта часть не позволяла закрыть дело так быстро.

— Может, монстр преследовал его и догнал? — предположил Фирмин.

Арпад пожал плечами. Они ничего не знали о монстре, кроме неправдоподобных рассказов трактирщика. Всё же им придётся расспросить непосредственных очевидцев.

Отдохнув немного и пообедав, охотники составили план действий на оставшийся день. Чтобы разобраться со всем поскорее, они решили разделиться — Фирмин должен был пообщаться с местными авантюристами-людьми, а Арпад собирался вернуться к Месарош и расспросить о монстре гемофилов.

Но Йерне лишь недоуменно пожала плечами, а другие члены семьи, которые побывали на месте последней стоянки Цеплин, лишь посмеялись. Они слышали россказни людей, но сами никакого чудовища не видели. И хотя что-то в их словах и поведении показалось Арпаду странным, он так и не сумел поймать их на лжи или каких-то нестыковках. Ему пришлось уйти ни с чем.

Фирмин, который вернулся чуть больше, чем через час, тоже был не в настроении. Инди Хабро оказался не самым приятным человеком, и о своём поражении в пустыне говорил неохотно. Он явно преувеличивал и размеры и грозность «чудовища», но показал шрам на ноге, оставшийся от шипа.

— Вулканический мусор, насколько я знаю, сыплется сверху, — сказал Фирмин. — Но шрам горизонтальный и очень прямой. Другие рассказывали более сдержанно, но описание, в целом, сходится. Большое, мохнатое, с рогами.

— Никто не прихватил шип на память?

Фирмин покачал головой.

— Улепётывали, только пятки сверкали. Но, похоже, что в пустыне всё-таки что-то завелось.

Арпад досадливо скривился.

— Придётся проверить. Но раз монстр не подходит под известные нам описания, мы не можем идти сами. Придётся вызвать команду.

Фирмин равнодушно пожал плечами.

— Ну и что? Сейчас зима, никто не избалован заказами. А новые чудовища — это всегда интересно. Пиши запрос, а пока придёт ответ — отдохнем.

Арпад так и поступил. Он написал детальный отчёт о том, что им удалось узнать, и запросил дальнейшие распоряжения. Потом ещё одна мысль пришла ему в голову, и он написал запрос в гильдию охотников Ункуда, чтобы они поговорили с Иштваном Месарош и выспросили у него кое-что о его разговорах с Тои Игараси. Если и можно было узнать ещё что-то о том, почему она полезла в пустыню, и полезла ли она туда на самом деле, то только у Иштвана. А пока они ждут распоряжений от руководства, возможно, придёт ответ и из Ункуда.

Курьер на Вормрут проезжал Диффоук рано утром, в Ункуд — ближе к обеду. Арпад оставил оба письма у ключника гостиницы, а сам вернулся в номер, чтобы отдохнуть и поразмыслить. Он достал из сумки все вырезанные фигурки из дерева и расставил их на подоконнике. Больше всего было коней: сонные, хитрые, резвые, гордые; в упряжке и без, с всадником и одинокие, разных пород, размеров и форм. Были ладьи, хоть и в меньшем количестве, и три ферзя. Единственный офицер был вырезан грубо — одна из первых фигурок, которые он создал. Пешек Арпад не любил, и их было всего пятеро, и все они были разные — каждая другой формы, но ни у одной не было лица. Он посмотрел на своё хаотичное воинство и сгруппировал фигурки по оттенкам. Он никогда не придавал значения цветам и не ставил перед собой цели вырезать полный набор. Здесь были и темные фигуры, и более светлые — из самых разных пород дерева. Были абсолютно черные, красноватые, и с серым оттенком. Арпад вытащил из сумки новый брусок и прикинул, кого не хватает компании. Коня, определенно.