Фандом: Ориджиналы. Племя номадов Цеплин смело движется вглубь вулканической пустыни навстречу своей судьбе. Неизбежность то ли таится в глубоких ущельях впереди, то ли упрямо идёт по следу, создавая новых монстров.
438 мин, 29 сек 10864
При этих словах все охотники начали пристально вглядываться в горизонт. Но везде, сколько видел глаз, были лишь скалы, камни и пепел. Охотникам все время казалось, что земля шевелится под ногами, ворчит на тех, кто топчется по ней… В этих землях не было стабильности, не было уверенности в том, что завтра всё будет так же, как сегодня. Время от времени под землей слышались какие-то глухие взрывы, рокот… Если бы их не предупредили, что так и должно быть, они бы наверняка запаниковали и вернулись в Диффоук.
Как могло в этих землях по несколько месяцев выживать целое племя номадов? И какая опасность могла сразить их, таких выносливых и храбрых людей? Арпад не знал ответа на этот вопрос, и у него на душе было тяжело от этой мысли. Возможно, они доберутся до последней стоянки Цеплин. Возможно, обнаружат какие-то следы… Арпад не задумывался об этом ранее, но теперь он чувствовал невыносимую грусть. Цеплин шли сюда, полные надежд, полные жизни: мужчины и женщины, старики и дети… Их ждали весной в Бадабэй — семь племён номадов, собравшиеся на ярмарку невест. Но Цеплин так и не пришли. Ради них старейшины приняли решение не закрывать ярмарку, ни один брачный союз не был заключён в том году. Многие добровольцы из оставшихся племён согласились отправиться в пустыню, чтобы поискать следы… Но когда они явились к вулканам, те встретили их лишь невыносимым жаром: было ясно, что если кто-то и остался в пустыне на лето, выжить он никак не мог. Цеплин не объявились до осени, и с первым же достаточным похолоданием поиски в пустыне возобновились, теперь уже с участием гардианов и профессиональных спасателей.
Теперь же, идя по пустыне, охотники время от времени наталкивались на следы старых кострищ и лагерей, хотя понять, кому они принадлежали — спасателям, простым авантюристам или Месарош — было невозможно. Да это и не имело значения. В голове была одна лишь жара. И грусть.
Жители Диффоука прозвали монстра «Чудовище Цеплин», из-за того, что он появился на их землях, и, возможно, являлся призраком погибшего племени. Они побаивались его, потому что чудовище, судя по всему, защищало оставшиеся вещи Цеплин от мародёрства. Если это правда, то странно, что оно появилось так поздно, когда почти всё уже было разграблено. Когда же оно появилось, и каким образом? Если это произошло сразу после гибели племени, почему монстр не показался гардианам в первую же зиму? Почему не мешал Месарош грабить стоянку во вторую? Появилось лишь на третью зиму, и действовало как-то странно, издалека… Может, оно и не связано с гибелью номадов. Просто очередной вулканический монстр.
Арпад изначально не испытывал восторга по поводу этого задания: ему было откровенно плевать на то, кто убил Тои Игараси. Она была гемофилом, кровососом, нечистью, и это был её выбор. Пусть она соблюдала закон и держала одного постоянного миньона, одобренного Гильдией Охотников, это не отменяло того факта, что она в любой момент могла сорваться. Теперь же, из разных источников собрав кое-какую картину происходящего, он понял, что в глубине души не хочет, чтобы их поход увенчался успехом. От этого монстра могли пострадать только мародеры, к Ахаонгу он не приближался. Так зачем его трогать?
На самом деле проблему представляет только исчезновение Мато. Пусть Риота Игараси формулировал заказ так, будто ему нужен только убийца Тои, сейчас расследование привело их к тому, что Тои погибла за пределами Ахаонга во время авантюры, в которую ввязалась на свой страх и риск. Если бы речь шла только о ней, можно было и не идти в этот поход. Но исчез Мато, и надо было понять, причастен ли к этому монстр. Возможно, он обладает ментальным влиянием на своих жертв, или каким-то другим оружием замедленного действия. Возможно, Мато по каким-то причинам просто оказался более уязвимым, чем другие люди, и не сегодня-завтра начнут исчезать другие мародёры из Диффоука. Может, чудовище не так уж привязано к месту, а просто путешествует незаметно, и лично явилось за Мато и подстерегло его на пустынной дороге. В этом им предстояло разобраться.
— Привал, — скомандовал Пагрин, и они повалились прямо на землю под ближайшей скалой. Арпад даже рискнул снять маску и проверить воздух — он бы сейчас два года жизни обменял на свежий воздух. Но предложений не поступало.
За два дня они прошли от силы миль пятьдесят. Дважды им встречались водные источники, и оба раза вода оказывалась непригодной для питья — кристально прозрачная, но слишком кислая на вкус. К счастью, воды они с собой взяли достаточно, а на крайний случай у них была миниатюрная перегонная система.
Как могло в этих землях по несколько месяцев выживать целое племя номадов? И какая опасность могла сразить их, таких выносливых и храбрых людей? Арпад не знал ответа на этот вопрос, и у него на душе было тяжело от этой мысли. Возможно, они доберутся до последней стоянки Цеплин. Возможно, обнаружат какие-то следы… Арпад не задумывался об этом ранее, но теперь он чувствовал невыносимую грусть. Цеплин шли сюда, полные надежд, полные жизни: мужчины и женщины, старики и дети… Их ждали весной в Бадабэй — семь племён номадов, собравшиеся на ярмарку невест. Но Цеплин так и не пришли. Ради них старейшины приняли решение не закрывать ярмарку, ни один брачный союз не был заключён в том году. Многие добровольцы из оставшихся племён согласились отправиться в пустыню, чтобы поискать следы… Но когда они явились к вулканам, те встретили их лишь невыносимым жаром: было ясно, что если кто-то и остался в пустыне на лето, выжить он никак не мог. Цеплин не объявились до осени, и с первым же достаточным похолоданием поиски в пустыне возобновились, теперь уже с участием гардианов и профессиональных спасателей.
Теперь же, идя по пустыне, охотники время от времени наталкивались на следы старых кострищ и лагерей, хотя понять, кому они принадлежали — спасателям, простым авантюристам или Месарош — было невозможно. Да это и не имело значения. В голове была одна лишь жара. И грусть.
Жители Диффоука прозвали монстра «Чудовище Цеплин», из-за того, что он появился на их землях, и, возможно, являлся призраком погибшего племени. Они побаивались его, потому что чудовище, судя по всему, защищало оставшиеся вещи Цеплин от мародёрства. Если это правда, то странно, что оно появилось так поздно, когда почти всё уже было разграблено. Когда же оно появилось, и каким образом? Если это произошло сразу после гибели племени, почему монстр не показался гардианам в первую же зиму? Почему не мешал Месарош грабить стоянку во вторую? Появилось лишь на третью зиму, и действовало как-то странно, издалека… Может, оно и не связано с гибелью номадов. Просто очередной вулканический монстр.
Арпад изначально не испытывал восторга по поводу этого задания: ему было откровенно плевать на то, кто убил Тои Игараси. Она была гемофилом, кровососом, нечистью, и это был её выбор. Пусть она соблюдала закон и держала одного постоянного миньона, одобренного Гильдией Охотников, это не отменяло того факта, что она в любой момент могла сорваться. Теперь же, из разных источников собрав кое-какую картину происходящего, он понял, что в глубине души не хочет, чтобы их поход увенчался успехом. От этого монстра могли пострадать только мародеры, к Ахаонгу он не приближался. Так зачем его трогать?
На самом деле проблему представляет только исчезновение Мато. Пусть Риота Игараси формулировал заказ так, будто ему нужен только убийца Тои, сейчас расследование привело их к тому, что Тои погибла за пределами Ахаонга во время авантюры, в которую ввязалась на свой страх и риск. Если бы речь шла только о ней, можно было и не идти в этот поход. Но исчез Мато, и надо было понять, причастен ли к этому монстр. Возможно, он обладает ментальным влиянием на своих жертв, или каким-то другим оружием замедленного действия. Возможно, Мато по каким-то причинам просто оказался более уязвимым, чем другие люди, и не сегодня-завтра начнут исчезать другие мародёры из Диффоука. Может, чудовище не так уж привязано к месту, а просто путешествует незаметно, и лично явилось за Мато и подстерегло его на пустынной дороге. В этом им предстояло разобраться.
— Привал, — скомандовал Пагрин, и они повалились прямо на землю под ближайшей скалой. Арпад даже рискнул снять маску и проверить воздух — он бы сейчас два года жизни обменял на свежий воздух. Но предложений не поступало.
За два дня они прошли от силы миль пятьдесят. Дважды им встречались водные источники, и оба раза вода оказывалась непригодной для питья — кристально прозрачная, но слишком кислая на вкус. К счастью, воды они с собой взяли достаточно, а на крайний случай у них была миниатюрная перегонная система.
Страница 32 из 120
