«Однако в тот же день около полудня доктор Риэ, остановив перед домом машину, заметил в конце их улицы привратника, который еле передвигался, как-то нелепо растопырив руки и ноги и свесив голову, будто деревянный паяц. У старика Мишеля неестественно блестели глаза, дыхание со свистом вырывалось из груди. Во время прогулки у него начались такие резкие боли в области шеи, под мышками и в паху, что пришлось повернуть обратно…»
19 мин, 23 сек 6781
Да, но в чем же тогда причины неслыханной смертности, принесенной пандемией XIV века? Ведь она на века затормозила прогресс в Европе. Быть может, корень бед надо искать в цивилизационном перепаде, случившемся тогда? Города бурно развивались, население выросло, коммерческие связи неслыханно интенсифицировались, купцы путешествовали на огромные расстояния (к примеру, чтобы от истоков Рейна добраться до его устья, чуме понадобилось всего 7,5 месяца — а ведь сколько границ пришлось преодолеть!). Но при всем этом санитарные представления оставались еще глубоко средневековыми. Люди жили в грязи, нередко спали среди крыс, а те носили в своей шерсти смертоносных блох Xenopsylla cheopis. Когда крысы дохли, голодные блохи перескакивали на людей, находившихся всегда рядом.
Но это общее соображение, оно применимо ко многим эпохам. Если же конкретно говорить о «черной смерти» то причину ее неслыханной«эффективности» можно усмотреть в цепочке неурожаев 1315—1319 годов. Еще один неожиданный вывод, который можно сделать, анализируя скелеты с чумных кладбищ, касается возрастной структуры жертв: большинство из них составляли не дети, как это чаще случается при эпидемиях, а люди зрелого возраста, чье детство пришлось на тот великий недород начала XIV века. Социальное и биологическое переплетено в истории человечества более прихотливо, чем кажется. Эти исследования имеют огромную значимость. Вспомним, как заканчивается знаменитая книга Камю: «… микроб чумы никогда не умирает, никогда не исчезает, он может десятилетиями спать где-нибудь в завитушках мебели или в стопке белья, он терпеливо ждет своего часа в спальне, в подвале, в чемодане, в носовых платках и в бумагах, и, возможно, придет на горе и в поучение людям такой день, когда чума пробудит крыс и пошлет их околевать на улицы счастливого города».
Но это общее соображение, оно применимо ко многим эпохам. Если же конкретно говорить о «черной смерти» то причину ее неслыханной«эффективности» можно усмотреть в цепочке неурожаев 1315—1319 годов. Еще один неожиданный вывод, который можно сделать, анализируя скелеты с чумных кладбищ, касается возрастной структуры жертв: большинство из них составляли не дети, как это чаще случается при эпидемиях, а люди зрелого возраста, чье детство пришлось на тот великий недород начала XIV века. Социальное и биологическое переплетено в истории человечества более прихотливо, чем кажется. Эти исследования имеют огромную значимость. Вспомним, как заканчивается знаменитая книга Камю: «… микроб чумы никогда не умирает, никогда не исчезает, он может десятилетиями спать где-нибудь в завитушках мебели или в стопке белья, он терпеливо ждет своего часа в спальне, в подвале, в чемодане, в носовых платках и в бумагах, и, возможно, придет на горе и в поучение людям такой день, когда чума пробудит крыс и пошлет их околевать на улицы счастливого города».
Страница 6 из 6
