Было однажды, а может, и никогда не бывало… Жили-были однажды старик со старухой, такие бедные, что, как говорится, нечего было им водой запивать. Коль заводилась у них кукурузная мука — так соли не было; соль и кукурузу раздобудут — овощей нет. Так и жили дед да баба, перебиваясь со дня на день. Было у них трое сыновей, таких оборванных да грязных, что жаль смотреть. Младший, видать, был поумнее, чем двое старших, но зато калека на обе ноги. Звали его Цугуля.
— Покажи-ка, мудрец, какая сила в твоей волшебной палке.
— Мог бы царь задать задачу и потруднее — это пустяки, — отвечает тот.
Прошел он по горницам, пошептал что-то каждой женщине, стукнул их легонько палкой по спине и ушел. До утра все они родили одна за другой.
Пришел наутро царь, услышал, как орут дети — хоть уши затыкай, — схватился за голову и тотчас обратно повернул. Но когда перешагивал он порог, удирая к себе во дворец, колдун и его стукнул своей палкой, и вдруг неведомо откуда взялся выводок утят, и они с кряканьем побежали за царем.
Засмеялись и царица, и царские советники, как увидели царя с утятами.
Испугался царь проделок Цугули, не осмелился больше испытывать его силу и решил отдать ему дочь.
Забрал Цугуля царевну и отправился в путь. Со всем почетом провожал его царь: с войском, с трубами и барабанами до самых крепостных стен.
Попрощался Цугуля с царем и поехал своей дорогой, расставаясь с товарищами в тех местах, где повстречался с ними.
Едет он и примечает, что царская дочь грустит. Спросил он ее, отчего она печалится, а она отвечает:
— Руки я на себя наложить готова оттого, что отдашь ты меня царю, который тебя послал, а не берешь себе в жены.
Обрадовали Цугулю эти слова, запали они ему в душу. Да что делать! Надобно сдержать слово, которое дал он тому, кто послал его… По пути встретился им орел. Цугуля вынул стрелу из колчана, натянул лук и прицелился. А орел говорит ему человеческим голосом:
— Не убивай меня, богатырь Цугуля, сослужу я тебе добрую службу, когда будешь ты в нужде и вспомнишь про меня.
Цугуля не стал его убивать и поехал дальше. Добрались они до темного леса и там заночевали. Развел Цугуля большой костер и лег отдохнуть. Вдруг царская дочь в испуге кричит:
— Медведь!
Цугуля, хоть и задремал у огня, сразу вскочил и схватился за лук и стрелы. Как завидел он медведя, сразу взял его на прицел. А медведь остановился и зарычал:
— Не убивай меня, богатырь Цугуля. Вытащи мне лучше колючку из лапы. А я сослужу тебе добрую службу, когда будешь ты в нужде и вспомнишь про меня.
Остановился Цугуля. Подошел к нему медведь, повозился Цугуля, вытащил колючку из медвежьей лапы и перевязал ему рану.
Зарычал медведь и пошел в лес, откуда явился.
На следующий день отправились они спозаранку в путь и ехали до вечера. А на закате добрались до владений того царя, что послал Цугулю. Отдал ему Цугуля царевну.
Царь, как увидел Цугулю, до смерти испугался. Он думал, что богатырь погиб.
Принял он девицу с почестями и отвел ей горницу, где жила его мать. Цугуле тоже отвели палату в царских хоромах. Потом рассказал Цугуля царю все, что вынес он, чтобы добыть девушку.
Ночью царь созвал совет и говорит своим боярам:
— Как посоветуете, бояре, что делать нам с этим Цугулей? Спас он нас от проклятой Змеи-колдуньи и ее родичей. А ну как придет ему охота царствовать! Что мы тогда будем делать? Много крови прольется, а в конце концов, думается мне, он все равно нас победит.
— Не бойся, царь, — говорит самый завистливый боярин.
— Прикажи лишь кому-нибудь отравить его либо еще как-нибудь извести.
— Что ты говоришь! — возразил другой советник.
— Ты хочешь отравой расплатиться с тем, кто сослужил нам такую службу и спас от страшной беды.
— Правильно ты сказал, — говорит третий советник.
— Я так считаю: надо воздать Цугуле царские почести, возвести его на высшую должность в царстве и дать ему самый почетный боярский титул.
Один говорит одно, другой — другое, но никак не могут они прийти к согласию из-за завистливого боярина. Прервал их царь и говорит:
— По-моему, справедливо будет отдать Цугуле в жены царевну, которую добыл он и привез сюда, хоть и мне она пришлась по душе. Потом одарю я Цугулю по-царски за все услуги, какие оказал он мне и моим подданным, и пусть едет он в свои родные края. Так избавим мы несчастных бедняков от кровопролития; не верю я, чтобы такой богатырь захотел отнять у меня престол, доставшийся мне от отцов и дедов.
Только надо спросить девицу, согласна ли она взять его в мужья.
— Мудро ты молвил, государь, — ответили почти все советники.
— И да будет угодно Господу твое царское решение.
Наутро позвал царь Цугулю и царевну и сказал им, что порешил его совет. Обрадовалась царевна:
— Да пошлет тебе Господь долгую жизнь, государь, и да будешь ты править в спокойствии и мире. По моему разумению, решил ты справедливо. Я и сама хотела сказать тебе об этом, если бы ты сам не додумался. Счастлив народ того царства, где владыка столь справедлив и мудр!
— Благодарю и я тебя, государь, за честное решение, — сказал Цугуля.
— И за то, что дал ты мне счастье, рука моя будет покорна тебе. Если постигнет твой народ беда какая, вспомни, что есть на свете Цугуля, который готов пролить кровь свою за тебя и за твою страну.