Цутому Миядзаки

Четырехлетняя Эрика Нанба возвращалась из дома подруги, когда Миядзаки уговорил ее сесть в машину. Она плакала в то время, когда он парковался на стоянке около Молодежного общества Природы в Нагури. Он приказал Эрике раздеться на заднем сиденье, затем начал фотографировать ее со вспышкой. Фары случайно проезжавшего мимо автомобиля на мгновение осветили лицо Миядзаки. Эрика начала рыдать снова. Тогда Миядзаки схватил ее за горло и сел на нее верхом, прижимая ее тело к сиденью, в то время как она пыталась оказать хоть какое-то сопротивление и лягнуть его ногой. Силы были явно неравны и, в конце концов, он задушил ее. К 19:00, его третья жертва была мертва. Миядзаки тщательно обернул тело простыней и положил в багажник. Затем он избавился от ее одежды в лесу позади стоянки и выехал на дорогу. Миядзаки не мог полностью сконцентрироваться на дороге. Когда он поворачивал, одно из передних колес его Ниссана Лэнгли соскользнуло в сточную канаву; автомобиль застрял. Таким образом, ему пришлось включить аварийные огни, сам же он покинул машину и исчез в темноте окружающего леса с обернутым простыней телом в руках. Когда он вернулся обратно со смятой простыней в руках, он увидел, что около его машины стоят двое. Небрежно открывая багажник, чтобы спрятать простыню, он объяснил свою проблему своим помощникам, которые помогли отбуксировать застрявший автомобиль. Миядзаки сел в свой Ниссан, и, не произнеся ни слова благодарности, резко рванул с места.

На сей раз, полиция Кавагоэ быстро соединила исчезновение Эрики Нанба воедино с похожими случаями исчезновений Мари Конно и Массами Йошизава. В префектуре Сайтама был создан центр специальных операций, чтобы расследовать три схожих случая исчезновения маленьких девочек.

На следующий день, рабочий в Молодежном обществе природы в Нагури нашел часть одежды Эрики, и сотни полицейских начали прочесывать область. Тем временем были расклеены листовки вокруг комплекса квартир, в котором жила семья Нанба. Полиция нашла труп Эрики через день, ее руки и ноги были связаны нейлоновым шнурком. Место убийства располагалось в 50 км от дома Эрики. Пятьсот полицейских охраняющих общественный порядка прочесали лес, для того чтобы найти больше улик, но ничего не было найдено.

Двое мужчин, которые помогли Миядзаки с его автомобилем в ночь убийства, вызвались свидетелями, чтобы помочь идентифицировать автомобиль предполагаемого убийцы. Они правильно вспомнили, что автомобиль имел номера г. Хатиодзи, но определили модель автомобиля как Тойота Королла — ошибка, которую полиция поняла только после того, как они проверили больше чем 6 000 Тойот этой модели. Эта грубая ошибка лишила следствие того, что, возможно, было их самой сильной уликой на тот момент.

Обнаруженное тело Эрики, исчезновение Мари и Масами указывало на то, что в префектуре Сайтама совершена серия преступлений. Все девочки были из префектуры Сайтама, все жили в пределах 30 км друг из друга. «Как только они нашли тело третьей девочки, они сразу же начали рассматривать этот случай как дело рук серийного убийцы», — сказал корреспондент полицейской хроники.

Полиция выяснила, что у семей всех девочек было сходство еще в одном: все семьи пропавших девочек были обеспокоены странными телефонными звонками. Телефон звонил, но когда они поднимали трубку, человек на другом конце провода молчал; если же никто вообще не поднимал трубку — телефон мог звонить, не переставая в течение 20 минут.

Меньше чем через неделю после убийства его дочери, Шиничи Нанба, как и Конно, получил открытку. Она была составлена из букв вырезанных из журналов и газет, затем фотокопируемых и увеличенных, чтобы скрыть их происхождение. В записке было написано: «Эрика. Холод. Кашель. Горло. Отдых. Смерть.»

Пропажа девочек вызвала огромный общественный резонанс. Едва ли один день обходился без репортажей и комментариев этих случаев по телевидению. Однако, поиски Мари и Массами по-прежнему не давали никаких результатов, и не было новых свидетельств и улик, проливающих свет на убийство Эрики. После обнаружения тела Эрики атмосфера неясных предчувствий и опасений среди родителей и учителей Сайтамы сменилась откровенной паникой. Передовая статья Асахи Шимбун в конце 1988 словно уловила настроение подавленной паники: «Мы зависим от полиции… Таким образом, нам остается только обратится к ним с просьбой: удвойте свои усилия!»

Миядзаки не убивал снова до следующего лета. Но в то же время и не давал забывать о себе. Приблизительно в 6 утра, 6 февраля 1989 года, отправляясь на работу Шиджео Конно, отец Мари, нашел коробку на пороге своего дома и вызвал полицию. Наряду с пеплом, грязью, фрагментами обугленных костей, и 10 молочными зубами, в коробке лежали также фотографии шорт ребенка, нижнего белья, и сандалий — и одинарный лист бумаги для ксерокса с пятью словами: «Мари. Кости. Кремация. Расследовать. Доказать».