Фандом: Гарри Поттер. Рольф Саламандер возвращается в Англию после долгого отсутствия. В его прошлом — масса секретов и драм, а в настоящем — удивительная встреча с необычной девушкой. Сможет ли новое чувство распутать клубок прежних противоречий — или только запутает ещё больше? А если эта девушка — Луна Лавгуд?
162 мин, 57 сек 4842
Он запрокинул голову в небо и раскинул руки, словно ожидая, что валериановый дурман пристально наблюдает за ним с верхушек деревьев. Но ни малейшего просвета среди деревьев, хоть как-то напоминающего Поляну, так и не показалось. Рольф шёл и шёл, не разбирая дороги, периодически вопя «где ты?» и рубя подлесок Секо. То и дело Саламандеру казалось, что он слышит за спиной какие-то шорохи. Но каждый раз, оборачиваясь, он не замечал ничего подозрительного: Лес был пустынен и тих. Похоже, что шум здесь производил он один…
Наконец, окончательно выдохнувшись, Рольф решил повернуть к замку. «Может быть, эта поляна и правда легенда», — вымученно подумал он. А что? Вдруг это был ещё один сон. Или галлюцинация… Рольф устало прикрыл глаза и сжал переносицу, пытаясь отогнать подкрадывающуюся сонливость. Открыл глаза снова и так и остался стоять, поражённый произошедший переменой. Всего в нескольких шагах от него была Поляна. И перепутать невозможно — тёплый, словно июньский, ветер нёс запах валерианы. На негнущихся ногах Рольф пошёл в направлении белого цветочного пятна. Шаг, ещё шаг и вот у его ног колыхалось тревожащее, тревожное море перистых листьев и белых цветов. На него снова накатила тоска, но уже не такая острая и мучительная. Рольф шёл всё дальше и дальше, пока не оказался в самом центре.
Странно… ему могло показаться, но в этот раз запах как-то «опошлился». Он был тяжёлым и словно маслянистым, мускусным. В нём не было лёгкости и полёта, не было грусти и пронзительной хрустальной мелодичности. Словно этот запах разучился мечтать. На смену грусти пришли безразличие и апатия, равнодушная холодность рептилии. Но всё же тоска осталась. «Поиск утраченного. Неутолимый зов. Навязчивое ощущение неполноты. Пустота сердца». С каким удовольствием Рольф отвернул бы время на полгода назад, когда он вышел с драккловой поляны и познакомился с Луной. Луна… Вот теперь его сердце словно сжала стальная перчатка.
Рольф упал на колени и осел на траву. Его скручивало и ломало такое ощущение безнадёжности, словно весь мир умер и покоился в руинах. Он метался, приминая зеленоватые стебли, и мычал что-то нечленораздельное. Наконец, Саламандер выдохся и затих. «Может быть, попробовать способ Невилла и покориться судьбе? — размышлял он, чувствуя, как его снова охватывает апатия. — Хотя для чего?» Дар«у меня уже есть»… В этот момент Рольф внезапно с предельной ясностью понял, что именно ему следует сделать. Он перекатился на спину, сложил руки на груди и прошептал:
— Поляна! Я отрекаюсь от твоего дара. Я возвращаю его тебе. Как свободная душа, принявшая свободное решение.
Он повторил эту фразу трижды. И ничего не изменилось. Не подул ветер, не исчез запах. С колдовских цветов не начали опадать лепестки. Рольф подождал ещё немного, но по-прежнему не заметил перемены. Против воли, он почувствовал себя разочарованным. Вернее… он просто не знал, что делать дальше. Все его мысли были устремлены к этому маленькому клочку земли, затерянному в дебрях Запретного леса. Он думал, что найдёт здесь ответ. Но Поляна молчала, не желая выдавать свои секреты. На Саламандера внезапно навалилась запредельная, космическая усталость. Идти никуда не хотелось… Да и куда ему было теперь идти? Всё кончено, так или иначе — всё кончено… Сердце Рольфа разрывалось от боли, но разве у него не было для этого причин? Поэтому он не чувствовал ни удушающего страха, ни потребности убраться с Поляны поскорее. Зачем? Эта боль будет с ним везде…
Но всё-таки, увидев в отдалении тропу, ведущую в сторону замка, Рольф пошёл. Не задумываясь, автоматически. Шаг, ещё шаг, хотя каждое движение отзывалось болью в сведённых утомлением мышцах.
Когда Рольф обернулся, чтобы бросить последний взгляд на Поляну, то обнаружил, что та исчезла: вместо неё между деревьями вдалеке маячила обычная прогалина, занесённая снегом. На секунду Саламандер даже засомневался: а существовала ли поляна вообще? Рольф апатично махнул рукой и обернулся, чтобы продолжить путь… Как вдруг откуда-то сбоку снова раздался шорох, теперь сопровождавшийся хрустом сломавшейся ветки.
Этот звук моментально стряхнул с Саламандера сонливость. Он быстро обернулся и снова застыл на месте, теперь уже от ужаса: к нему приближался акромантул. Большой и, видимо, старый, почти белёсый, словно случайный сугроб снега, пробившегося сквозь плотные кроны деревьев. Акромантул приближался слишком быстро. Как минимум в два раза быстрее, чем можно было ожидать, исходя из дедушкиных книг. Правда, согласно книгам Ньюта Саламандера, зимой гигантские пауки должны были вообще впасть в спячку. «Ага, а цветы в зимнем лесу тебя не смутили?»
Саламандер навёл на паука палочку и выстрелил первыми заклинаниями, пришедшими ему в голову, исходя из опыта общения с опасными животными:
— Коньюктивус! Коньюктивус Максима! Инкарцеро!
Наконец, окончательно выдохнувшись, Рольф решил повернуть к замку. «Может быть, эта поляна и правда легенда», — вымученно подумал он. А что? Вдруг это был ещё один сон. Или галлюцинация… Рольф устало прикрыл глаза и сжал переносицу, пытаясь отогнать подкрадывающуюся сонливость. Открыл глаза снова и так и остался стоять, поражённый произошедший переменой. Всего в нескольких шагах от него была Поляна. И перепутать невозможно — тёплый, словно июньский, ветер нёс запах валерианы. На негнущихся ногах Рольф пошёл в направлении белого цветочного пятна. Шаг, ещё шаг и вот у его ног колыхалось тревожащее, тревожное море перистых листьев и белых цветов. На него снова накатила тоска, но уже не такая острая и мучительная. Рольф шёл всё дальше и дальше, пока не оказался в самом центре.
Странно… ему могло показаться, но в этот раз запах как-то «опошлился». Он был тяжёлым и словно маслянистым, мускусным. В нём не было лёгкости и полёта, не было грусти и пронзительной хрустальной мелодичности. Словно этот запах разучился мечтать. На смену грусти пришли безразличие и апатия, равнодушная холодность рептилии. Но всё же тоска осталась. «Поиск утраченного. Неутолимый зов. Навязчивое ощущение неполноты. Пустота сердца». С каким удовольствием Рольф отвернул бы время на полгода назад, когда он вышел с драккловой поляны и познакомился с Луной. Луна… Вот теперь его сердце словно сжала стальная перчатка.
Рольф упал на колени и осел на траву. Его скручивало и ломало такое ощущение безнадёжности, словно весь мир умер и покоился в руинах. Он метался, приминая зеленоватые стебли, и мычал что-то нечленораздельное. Наконец, Саламандер выдохся и затих. «Может быть, попробовать способ Невилла и покориться судьбе? — размышлял он, чувствуя, как его снова охватывает апатия. — Хотя для чего?» Дар«у меня уже есть»… В этот момент Рольф внезапно с предельной ясностью понял, что именно ему следует сделать. Он перекатился на спину, сложил руки на груди и прошептал:
— Поляна! Я отрекаюсь от твоего дара. Я возвращаю его тебе. Как свободная душа, принявшая свободное решение.
Он повторил эту фразу трижды. И ничего не изменилось. Не подул ветер, не исчез запах. С колдовских цветов не начали опадать лепестки. Рольф подождал ещё немного, но по-прежнему не заметил перемены. Против воли, он почувствовал себя разочарованным. Вернее… он просто не знал, что делать дальше. Все его мысли были устремлены к этому маленькому клочку земли, затерянному в дебрях Запретного леса. Он думал, что найдёт здесь ответ. Но Поляна молчала, не желая выдавать свои секреты. На Саламандера внезапно навалилась запредельная, космическая усталость. Идти никуда не хотелось… Да и куда ему было теперь идти? Всё кончено, так или иначе — всё кончено… Сердце Рольфа разрывалось от боли, но разве у него не было для этого причин? Поэтому он не чувствовал ни удушающего страха, ни потребности убраться с Поляны поскорее. Зачем? Эта боль будет с ним везде…
Но всё-таки, увидев в отдалении тропу, ведущую в сторону замка, Рольф пошёл. Не задумываясь, автоматически. Шаг, ещё шаг, хотя каждое движение отзывалось болью в сведённых утомлением мышцах.
Когда Рольф обернулся, чтобы бросить последний взгляд на Поляну, то обнаружил, что та исчезла: вместо неё между деревьями вдалеке маячила обычная прогалина, занесённая снегом. На секунду Саламандер даже засомневался: а существовала ли поляна вообще? Рольф апатично махнул рукой и обернулся, чтобы продолжить путь… Как вдруг откуда-то сбоку снова раздался шорох, теперь сопровождавшийся хрустом сломавшейся ветки.
Этот звук моментально стряхнул с Саламандера сонливость. Он быстро обернулся и снова застыл на месте, теперь уже от ужаса: к нему приближался акромантул. Большой и, видимо, старый, почти белёсый, словно случайный сугроб снега, пробившегося сквозь плотные кроны деревьев. Акромантул приближался слишком быстро. Как минимум в два раза быстрее, чем можно было ожидать, исходя из дедушкиных книг. Правда, согласно книгам Ньюта Саламандера, зимой гигантские пауки должны были вообще впасть в спячку. «Ага, а цветы в зимнем лесу тебя не смутили?»
Саламандер навёл на паука палочку и выстрелил первыми заклинаниями, пришедшими ему в голову, исходя из опыта общения с опасными животными:
— Коньюктивус! Коньюктивус Максима! Инкарцеро!
Страница 46 из 48
