Фандом: Naruto. На Рождество все акацуки неожиданно для себя получили странные подарки, переданные им Дедом Морозом от некоего неизвестного лица. Чей замысел стоит за этим? На что намекают эти подарки и какие тайны они раскроют?
263 мин, 7 сек 21950
Гаара, оставшись один, погрузился в размышления. Слова сестры принесли ему двойное облегчение. Казекагэ был рад, что его внезапная болезнь вполне излечима. Да что там — это, кажется, и не болезнь вовсе, а так, легкая бытовая травма… Но еще больше согрело ему душу обещание Темари выбросить его посылки. Слова, которые еще совсем недавно он воспринял бы как грубое вмешательство в его личные дела, теперь звучали как обещание свободы. Гаара подумал, что не так уж и плоха идея поручить брату и сестре незаметно, в несколько приемов, вынести всё это косметическое барахло из резиденции, отвезти очень далеко и уничтожить. Может, никто ничего и не заметит. И тогда одна из двух проблем в его жизни наконец-то исчезнет…
Жаль, что другую его проблему им не под силу решить. Это вообще никому не под силу… Отгоняя мысли о той, другой проблеме, Гаара терпеливо дожидался лекаря. Конечно, потребуется некоторое время на приготовление нового настоя. Ну да ничего, ради такого дела можно еще немного подождать, превозмогая боль.
Шли минуты… Наконец тихо скрипнула дверь. «Быстро управился!» — одобрительно подумал казекагэ о старом медике. Прозвучали легкие шаги, и на закрытые глаза Гаары легла новая примочка: мягкая ткань едва уловимо пахла ромашкой и чем-то еще, приятным и успокаивающим. А затем нежная рука ласково погладила его по щеке и знакомый девичий голос тихо произнес:
— Всё будет хорошо, Гаара-кун…
Казекагэ оцепенел. Он с трудом поднял руки, ставшие внезапно какими-то деревянными, чтобы наконец-то обнять ту, которую так долго ждал.
А здесь, по эту сторону окна, была маленькая комнатушка, известная фанатам не столько по фото (хозяин не любил ее фотографировать), сколько по шуточному рисунку-чертежу, размещенному в одном из выпусков манги. В глубине комнаты, недалеко от знаменитого холодильника (набитого, как знают все поклонники творчества сенсэя, исключительно раменом!), сидели за столиком-котацу двое: моложавый мужчина лет сорока, во фланелевой рубашке и джинсах, и толстый старик с белой бородой, одетый в красный халат.
Тот, что помоложе, накинул на ноги одеяло, свисающее с края котацу, под столешницей которого вместо традиционного угольного очага таилась электрическая нагревательная спираль. Старик же и не подумал воспользоваться одеялом: он расселся на подушке-дзабутоне, распахнув халат на груди, словно на дворе было жаркое лето.
— Я хочу вас поблагодарить, Санта-сан… — проговорил тот, что помоложе, наливая гостю саке в плоскую чашечку (а тот, уважая местный обычай, в свою очередь взял кувшинчик и тоже налил собеседнику). — Это был лучший подарок мне от вас за всю мою жизнь. И простите меня, пожалуйста, за некоторые… э-э-э… неудобства.
— Да ладно вам, мой дорогой Масаси, — ответил старик, оглаживая пышную бороду. — Мне и самому было интересно побывать в еще одном вымышленном мире. А что касается адресатов, которым вы послали подарки, то вы не в ответе за их поведение. Да, вы их создали, друг мой — этих своих акацуки, да и всех остальных. Но потом они начали жить своей жизнью… Это частенько происходит с теми, кого мы создаем, не так ли?
— Да, но в данном случае я за них в особом ответе. Ведь все акацуки — фактически, мои собственные воплощения. Варианты того, каким я мог бы стать… В моральном плане, конечно, а не в смысле каких-то сверхспособностей.
— Даже если и так, — улыбнулся Дед Мороз, — то будем считать, что я просто-напросто поближе познакомился с одним из своих самых любимых подопечных. А теперь… кампай!
И старик поднял чашечку с саке, приветствуя хозяина. Тот ответил тем же жестом. И оба замолчали, смакуя ароматный напиток.
Жаль, что другую его проблему им не под силу решить. Это вообще никому не под силу… Отгоняя мысли о той, другой проблеме, Гаара терпеливо дожидался лекаря. Конечно, потребуется некоторое время на приготовление нового настоя. Ну да ничего, ради такого дела можно еще немного подождать, превозмогая боль.
Шли минуты… Наконец тихо скрипнула дверь. «Быстро управился!» — одобрительно подумал казекагэ о старом медике. Прозвучали легкие шаги, и на закрытые глаза Гаары легла новая примочка: мягкая ткань едва уловимо пахла ромашкой и чем-то еще, приятным и успокаивающим. А затем нежная рука ласково погладила его по щеке и знакомый девичий голос тихо произнес:
— Всё будет хорошо, Гаара-кун…
Казекагэ оцепенел. Он с трудом поднял руки, ставшие внезапно какими-то деревянными, чтобы наконец-то обнять ту, которую так долго ждал.
Глава 60. Две чашки саке
Над городом сгущались сизые сумерки. За окном, в обрамлении по-зимнему голых веток, тонул в полумраке пейзаж престижной токийской окраины. Неширокая ухоженная улочка с аккуратными рядами двухэтажных частных домов по обеим сторонам, петляя, спускалась к более крупной трассе. Далеко на горизонте, за крышами домов и ажурными кронами сосен, посреди бескрайнего моря еще бледных огней мегаполиса, на вечернем небе вырисовывалось скопление небоскребов в Синдзюку.А здесь, по эту сторону окна, была маленькая комнатушка, известная фанатам не столько по фото (хозяин не любил ее фотографировать), сколько по шуточному рисунку-чертежу, размещенному в одном из выпусков манги. В глубине комнаты, недалеко от знаменитого холодильника (набитого, как знают все поклонники творчества сенсэя, исключительно раменом!), сидели за столиком-котацу двое: моложавый мужчина лет сорока, во фланелевой рубашке и джинсах, и толстый старик с белой бородой, одетый в красный халат.
Тот, что помоложе, накинул на ноги одеяло, свисающее с края котацу, под столешницей которого вместо традиционного угольного очага таилась электрическая нагревательная спираль. Старик же и не подумал воспользоваться одеялом: он расселся на подушке-дзабутоне, распахнув халат на груди, словно на дворе было жаркое лето.
— Я хочу вас поблагодарить, Санта-сан… — проговорил тот, что помоложе, наливая гостю саке в плоскую чашечку (а тот, уважая местный обычай, в свою очередь взял кувшинчик и тоже налил собеседнику). — Это был лучший подарок мне от вас за всю мою жизнь. И простите меня, пожалуйста, за некоторые… э-э-э… неудобства.
— Да ладно вам, мой дорогой Масаси, — ответил старик, оглаживая пышную бороду. — Мне и самому было интересно побывать в еще одном вымышленном мире. А что касается адресатов, которым вы послали подарки, то вы не в ответе за их поведение. Да, вы их создали, друг мой — этих своих акацуки, да и всех остальных. Но потом они начали жить своей жизнью… Это частенько происходит с теми, кого мы создаем, не так ли?
— Да, но в данном случае я за них в особом ответе. Ведь все акацуки — фактически, мои собственные воплощения. Варианты того, каким я мог бы стать… В моральном плане, конечно, а не в смысле каких-то сверхспособностей.
— Даже если и так, — улыбнулся Дед Мороз, — то будем считать, что я просто-напросто поближе познакомился с одним из своих самых любимых подопечных. А теперь… кампай!
И старик поднял чашечку с саке, приветствуя хозяина. Тот ответил тем же жестом. И оба замолчали, смакуя ароматный напиток.
Страница 71 из 71
